обстрелов на границе. Только здесь устраняют несогласных, а в нашем варианте…тоже несогласных с идеей.
Впервые, но с Генкомом прошёл спор на повышенном тоне, пока я не обратил его к спокойствию.
– Сидоров: Спорить будешь? Спор не решает проблему и не даёт ответов.
Но эта ситуация оставила на мне значительный осадок. Никогда меня не притесняли здесь по этому взгляду, до этого момента.
С тех пор, как Данислав дал мне свои слова, мне пришла мысль принять новое, важное решение. Над этим я раздумывал целые месяцы, начиная со 2 января до наступившего осеннего апреля.
30 апреля 3022 года стало для меня важной датой. Я уже сообщал Алексею о намерении уйти, но мне не одобряли.
Теперь, я был намерен просто уйти. Я не хочу, чтобы я упоминался в истории. Перед уходом я встретил Фёдора, увидев меня с вещами и понимая, что я желаю сделать, он смотрел на меня шокировано, но понимающе.
– Викторенко: Сидор?…
– Сидоров: Я ухожу.
– Викторенко: Почему.
– Сидоров: Я прошу без шума.
– Викторенко: Без шума.
– Сидоров: Я давно хотел покинуть это место, на самом деле говорил об этом ещё товарищу Генкому.
Я хотел уйти тихо и без особого шума, мне не нужно какое-то особенное обращение или добавляющая суета касательно моего ухода.
Ухожу, потому как работу считаю завершённой и не хочу более здесь находится.
– Викторенко: На самом деле это было видно ещё тогда, когда ты сделал заявление о прекращении работы над Камберизом.
– Сидоров: Значит, ты всё понимаешь.
– Викторенко: Куда ты теперь?
– Сидоров: На запад. В степной. Я займусь фермерством. Для этого у меня есть средства.
– Викторенко: Я пойду за тобой.
– Сидоров: Я не собирался идти туда с кем-то ещё.
– Викторенко: Сейчас я сам потерял смысл нахождения здесь. Подам в отставку, уйду в Камбериз работать.
– Сидоров: Дело твоё, но я бы не хотел твоего ухода из армии. Ты ещё нужен здесь. Одна просьба к тебе.
Сообщи о моём уходе остальным офицерам сам. Не нужно поднимать тревоги или что-то в этом духе, чтобы никто мне не преградил дорогу.
– Викторенко: У меня создаётся ощущение, что после всего, ты меня просто отталкиваешь, Сидор.
– Сидоров: Тебе кажется. Выполни мою последнюю просьбу.
Сказав свои слова другу, я ушёл. Люцера я так и не встретил. В последнее время у него наблюдаются проблемы со здоровьем,
из-за чего он чаще проводит время в больнице. Но должность министра за ним всё ещё стоит, судя по всему временно.
Уехать за пределы Цитадели оказалось просто. Видимо, Федя выполнил мою просьбу. Проверяя мои документы, пограничный пункт востока без проблем пропустил меня.
Он заселён не так сильно, как огромный Сити-16, или как город Цитадели.
Теперь я начинал новую жизнь. Я присматривал это место ещё ранее, во время своих поездок по командировке.
Степь. Вокруг одна степь и небольшой городок. Реки вокруг, не такие крупные, как к северо-западу.
Пришлось развивать навыки земледелия с нуля. Благо сразу нашёлся человек опытный, решивший мне помочь.
За быстрые недели я овладел средними навыками работы на ферме. Позже, я решил трудиться над этим один.
Периодически, но появлялись воспоминания яркой службы, мои прошлые товарищи. Теперь я оставил их, уйдя сам.
Начинал с простой походки по неизвестному городку, а теперь собственноручно покинул его и живу в глуши равнин.
Однако меня это вполне устраивало. Покой. Пожалуй, вот чего я желал найти.
Моё спокойствие прерывали кошмары, которые мне периодически снились. А снились мне они часто.
Отголоски воспоминаний, яркие жизненные события часто сверкали в них.
Но я никак не могу избавиться от неё!
Что ей от меня нужно? Я даже не знаю, как её зовут, не запоминаю её отличительную внешность, кроме её кажущегося прекрасного лица и чёрных волос.
За такое время я даже научился действовать сам во сне, стал задавать ей вопросы. Спросил, как её вообще зовут, но ответа мне не подавали.
В очередном сне мне приснился клановый парад, но совсем не такой, какой мог быть. Это больше похоже на выпускной какого-то училища.
Все вокруг молодые ребята и девушки собрались, чтобы провести последний танец перед уходом во взрослую жизнь и работу.
Тогда, я должен был выполнить важную роль. Но я отошёл ото всех и стоял один, сам наблюдая за ходом событий. Вспоминая моё самочувствие и настроение, я желал поскорее закончить всё это и уйти, из-за разговора с одним человеком во сне моё настроение резко ухудшилось.
Но в один момент все стали вдруг переспрашивать друг друга, пока их взгляд не дошёл до меня самого.
– Девушка: Эй, ты же должен участвовать в этом?
– Сидоров: Ну…
– Девушка: ТАК БЫСТРЕЕ ИДИ ТУДА!
Девушка меня толкнула в спину, указав куда идти. На этом сон закончился, опять. В этот же день 19 июля, к моему домику приехала служебная машина.
Вспомнили что ли?
Но её вёл исключительно один человек. Я думал, что это будет Викторенко. Но это оказался совершенно не он. Всемиров. Это был он.
– Всемиров: Хорошо устроился, Сидор. Так тихо вокруг. Рад тебя видеть, дружище.
– Сидоров: Ну, здоров будешь Сёма. Здесь спокойно.
– Всемиров: Я бы тоже хотел так отдохнуть, правда, не здесь, а на море. Жарковато в Степном летом.
– Сидоров: Я привыкну.
– Всемиров: Так ты в отставку ушёл, выходит?
– Сидоров: А по мне видно?
– Всемиров: Вроде как…
– Сидоров: Что-то случилось Сёма, раз приехал?
– Всемиров: Навестить тебя я пришёл. Хорошо ты так карьеру закончил.
– Сидоров: Ты бы лучше консервных банок принёс с КамЦеха, давно их не пробовал.
– Всемиров: Сам съезжай в Цитадель и купи их. Ну, извини, конечно. Хотел сказать, что ты был самым лучшим нашим участником. Как сослуживца тебя мы всё равно все помним. Меня-то самого Вернинский лишил удостоверения офицера Исполкома, потому я в гражданке. Но по связям у меня хорошо. Мне кажется, что тебя это заинтересует.
– Сидоров: Что это?
Всемиров предоставил мне документы. В документах фигурирует чрезвычайный приказ Ведомства оперативных дел Республики Блокстан
от 26 июня 2018 года. Помимо всей остальной воды, моя фамилия здесь чётко указывалась, наряду с моей фотографией.
"Дело было поручено Майору Внутренней Разведки ВОД Сидорову Антону Павловичу", – выделено в конце, что привлекло моё внимание.
– Всемиров: Антон.
Тут меня осенила память, это имя мне кажется сильно знакомым. Выходит, что это и есть моё имя!
– Сидоров: Откуда у тебя это?
– Всемиров: Викторенко подогнал, просил передать тебе.
– Сидоров: У него тогда это откуда?!
– Всемиров: Ты же знаешь, в Управлении Кланразведки он важная персона. Сейчас он уже в Комитете Обороны работает в основном, но до резкого перевода в должности его резидентура в НДО раздобыла этот документ. Язовский был очень заинтересован в научном комплексе на востоке. Но проникнуть вглубь всего комплекса им не удалось, не найдены входы.
– Сидоров: Был?
– Всемиров: Забыл ещё упомянуть. НДО исчезло начисто.
– Сидоров: Чего?
– Всемиров: Говорю же, НДОшники исчезли начисто.
– Сидоров: Как это исчезли, сквозь землю провалились?
– Всемиров: Похоже на то. С их позиций просто исчезли люди, ставка НДО пуста. Ощущение,
