пенсию, его никто не остановил. Он принялся жить
спокойной мирной жизнью в одном из восточных населённых пунктов, в Западной Деревне.
Иван Диганов следом подал своё заявление об отставке. Он был намерен устроиться на работу в Западную деревню и мирно существовать, даже этому мы не могли помешать.
Мирная жизнь вдали за линией фронта продолжает налаживаться. С развитием клановой экономики, мы уверенно двигались к государственному устройству. Ассортимент рынка смешанной экономики, появление первых услуг Жилищно-коммунальных услуг, магазины одежды. Создание подобных государству институтов власти, развитие судебной и исполнительной системы.
Появляются первые предметы обмена, валюта, деньги.
Однажды Глеб Приходин поднял вопрос о большем расширении имущественных отношений, расширение понятия рынка, закрепление частной собственности законодательно. Проще говоря, стал инициатором рыночных реформ.
Привлек Приходин также сотрудников Министерства Строительства и Инженерии, для дальнейшего обустройства Цитадели, чтобы обратить её в крупный город наподобие Сити-16.
Всё шло успешно до тех пор, пока на процесс его реформ и строительства не обратили внимания из отдела политической работы.
Комиссар Щерменков всерьёз начал расследование дела по реформам Приходина. По итогу он пришёл к выводу, что реформы, а равно
следующие строительные работы по Цитадели являются отходом от постулатов Красной идеологии, и есть реставрация эксплуататорского
буржуазного режима.
Щерменков подал соответствующий рапорт к Политкому Тарасиму и Генкому Вернинскому. Вскоре Приходиным занялись офицеры ВКБ.
Вернинскому не удалось отговорить Приходина от работ по Цитадели и реформ. Даже проведя разговор с ним лично, по поручению
Алексея, мне не удалось образумить Глеба от таких стремлений.
Вопрос был очевидным, уже вскоре Приходин покинул ряды служебных обязанностей в Красном Союзе.
Кажется, что слова Хуборовой становились явью.
Пока был решён вопрос с Приходиным, комиссар Щерменков продолжил свои копания в работе и биографиях остальных офицеров.
Так, он угрожал подать соответствующий распорт в Рукбюро на Викторенко, за его неординарный взгляд на войну.
Своим наблюдением я заметил, что он желает докопаться и до меня.
– Сидоров: Алексей знаешь, если этот Щерменков решит докапаться до меня, то я дам приказ в Мин.Опер.Дел на его арест за злоупотребление уставом.
Правда, позже Щерменков таинственно исчез. Как видимо, решил сбежать. Почему? Не было ясно. На душе лишь было спокойнее,
что не будет этого нарушителя порядка.
Между тем, друг Приходина Егор Ефиренко внезапно покинул пост в Исполкоме. Оставленное им письмо обратило самого Вернинского
в шок от такого поворота.
Ефиренко ушёл к Ващеренскому. Свои действия он оправдывает тем, что там находятся его друзья, которых он не смог оставить.
С этим мне пришло воспоминание о нём, как я когда-то вёл с ним разговор ещё в Камбериз.
– Сидоров: Они могут звать меня кем угодно. Но разве они мне друзья, раз так поступили со мной? Я не вступал ни в какое восстание в Красном Союзе, а стойко и верно исполнял свой клановый трудовой долг, нежели они, поддавшиеся страстям.
После такого они меня предавшим считать станут? Их предал не я, они сами предали меня.
– Ефиренко: Для тебя Красный Союз дороже друзей?
– Сидоров: Вовсе нет. Все мои друзья рядом со мной, мы вместе. Они не предали меня, а я не предал их. Весь Красный Союз
для нас общая цель. Я бы мог пойти за Поляровым, поддержать его. Однако нет, я не предавал самого себя, и не предам.
– Ефиренко: Я восхищён тобою, Сидор… Я бы не смог, наверное, такой выбор сделать в эту пользу.
Ефиренко сделал свой выбор в пользу своих друзей в Свободном Синдикате. Для него это оказалось важнее.
В шоке находился сам Викторенко, который тоже с ним хорошо сдружился. Совершенно неверно сказать, что у Ефиренко не собралось товарищей в самом Красном Союзе.
Хуборова оказалась права и проницательной.
Но война продолжалась.
Ради чего она идёт? Ради уничтожения неверных нашей идее?
Но в чём она заключается? Все мы руководящие офицеры Красного Союза должны с точностью понимать, за что ведём борьбу и ради чего трудимся. Мы работаем во благо торжества равного и справедливого общества, которое нужно построить, чтобы вновь не опрокинуться в грязь анархии 3016-3017 годов. Но разве мы только одни?
Народное Движение Освобождения – стремятся к воссоединению всего континента под властью пролетарской вооружённой силы. Но если говорить точнее, то тоталитарной профессионально-вооружённой силы.
Монархисты Империи Львов – стремятся к созданию монархического государства в Блокстане, с абсолютной властью своего монарха Берзихова.
Всё ещё остаётся некоторой загадкой, почему бойцы империи так верны своему императору. Хотя большое количество
заговоров в его власти и не высокая мотивация его армии говорят о не лучшем всеобщем настрое.
Свободный Синдикат – их цель создание свободной территории в Блокстане. Очередной осколок наследия анархии, но Ващеренский заставляет поверить ему остальных, что модель кланового устройства Синдиката заключается в том, чтобы не приходить к государственной стадии развития, а остаться на прежней, но совершенствуя её.
Соединённые Штаты Блокстана – совершенно другая модель. Они считают, что уже перешли стадию “кланодарства” к государству.
Их экономика основана на свободной частной собственности, наличие конкуренции, борьба с монополией. Под собой они объединили многие нейтральные кланы, которые оказались по неволе в огне наступившей третьей войны.
Провозгласив за собой штаты, кланы решили объединиться в единую формацию.
Красный Союз не стремился к воссоединению всего континента под своей властью, в этом наше основное отличие от гегемонии Язовского. Мы стремимся к созданию отдельного государства на территории Блокстана, которое бы могло взаимодействовать с прочими формированиями. Но этому нам мешают идеологически настроенные НДО, а также монархисты империи. Неужели среди всего нельзя найти компромисс?
Со временем я понимаю, насколько длительным будет идти процесс движения к определяющему нашу реальность будущему.
За уходом старых офицеров приходили новые, не менее подававшие надежду на дальнейшее развитие.
Однажды Вернинский обратился ко мне, мы решили обсудить вопрос войны, что она представляет собой и ради чего она идёт.
Алексей твёрдо убеждал меня, что любая война ведётся в интересах властвующего капитала. Гибель солдат, людей в драке за территорию – есть доход для финансирующих эту войну людей. И пока во всём мире рабочий класс не возьмёт власть в свои руки, то войнам не придёт конец.
Как аргумент, Вернинский пользовался содержанием книги о вымышленном мире. Та же самая книга, которой увлекался Арсен.
В ней говорилось о том, как в настоящем современном мире вспыхнул новый конфликт на пространстве, развалах былой страны.
Одна республика погрязла в переворот и хунту, чем вызвала сепаратизм на другом краю своей территории. Не согласных на краю новая власть решает устранить, на это она тратит года, пока ближайший сосед не решает вступиться за этот край.
Генком уверяет, что это является примером яркой войны буржуазного типа. Я тоже увлекался этой фантастикой, но оказался категорически не согласен с Вернинским.
– Сидоров: А как же война, которую мы сейчас? Она что из себя представляет?
– Вернинский:. Это идеологическая война.
– Сидоров: Но в обеих вариантах всё началось из-за
