— Брось трусить, дружище, — отмахнулся Корка. — Неужели тебе самому не интересно? Говорят, она источает Истинную Силу. Пробовал когда-нибудь такое? Я — нет. А потом мы просто сотрем ей память. Никто ничего не узна…
Его речь прервалась булькающими звуками. Он упал на землю, а между его лопаток торчала рукоятка кинжала. Метнувшаяся тень ослабила удавку, и Ланетта узнала Коросса. Освобождая ее от веревок, он встревожено спросил:
— Лани, с тобой все в порядке?
— Не прикасайся ко мне, — прохрипела она.
Коросс тотчас отодвинулся от нее.
— Эй, у вас веревка освободилась? — негромко окликнул их Шут.
Подобрав с земли то, что только опутывало ее саму, Ланетта, чуть пошатываясь, побрела к Шуту, чувствуя спиной взгляд кроссца. Но когда она, не выдержав, обернулась, сзади никого не было.
Шут подтащил обмякшее тело здоровяка к дереву и, крякнув, приподнял его, прислоняя к стволу. Дальше дело пошло быстрее. Привязав пленника, Шут отошел на пару шагов назад, любуясь делом своих рук.
— Привет, Отмычка. Что, интересно, привело тебя сюда? Ты ведь не любитель сельских пейзажей, — поинтересовался Линнок.
— Я не буду говорить с тобой, — тяжело дыша, прохрипел тот. — Ты, собака, предал свою госпожу. Ты достоин только презрения и смерти. Как бы я хотел сейчас выпустить твои кишки!
Шут хмыкнул, внимательно вглядываясь в лицо неудачного похитителя.
— Тут я тебе верю. Но свой шанс ты упустил. Ланетта, ты не могла бы мне снова помочь? — обратился он к девушке.
— Каким образом?
— Если ты снимешь ненадолго амулет Тагиль, я мог бы попытаться, пользуясь твоей Силой, вскрыть мозги этому выхолощенному воплощению верности.
— Ну, хорошо, — чуть смущенно ответила Ланетта, передавая амулет Линноку.
Оставшийся в живых похититель ухмыльнулся, а Шут, быстро отведя девушку в сторону, яростно зашептал:
— Прекрати, Лани! Мне не интересны твои плаксивые сожаления о растоптанных пламенных чувствах. Там слишком мало мыслей, а эмоциями я оперировать не умею. Сосредоточься на чем-нибудь более абстрактном. Ну, например, вспомни математику. Или что там еще тебе втирали в мозги? Ты в школу ходила? Тогда вспомни школу. Подойдут любые воспоминания, где информации больше чем эмоций.
Он выжидательно уставился на покрасневшую девушку. Ланетта попыталась что-нибудь воспроизвести из того, чему ее учил Лэппиус, но как назло в голову ничего не приходило. Шут зашипел от злости, словно раскаленный докрасна очаг, на который выплеснулась вода из кипящего чайника.
" — О чем ты задумался, Лэппиус? — спросила маленькая Ланетта, сидя на стуле и болтая босыми ногами.
Он снял фырчащий чайник с огня и аккуратно разлил по чашкам кипяток, разбавляя им заварку.
— Да, так. Ерунда. Все вертится в голове дурацкая задачка.
— Я люблю дурацкие задачи, — важно произнесла девочка. — Расскажи.
— Ну, слушай. Из Замка вылетело два Дракона. Что произойдет, если они окажутся в пересечении трех пространств, когда в одного из них попадет молния?
Она не поняла загадки, но словно воочию увидела Черных Драконов, ныряющих в грозовые облака. Искры молний оседали на их чешуе сверкающей мишурой. Они, поливая друг друга струями пламени, мчались прямо в эпицентр разыгравшейся бури. Там все светилось ослепительным белым светом от непрерывной череды разрядов. И Ланетте стало тогда до слез завидно. Ей тоже хотелось туда. Они оба были так прекрасны в своем стремительном полете!
— Это простая задачка, — заявила она. — Ничего с ними не произойдет. Драконы по-прежнему будут летать. Только они больше не будут ссориться.
— Почему? — удивился Лэппиус.
— Потому что я так хочу. А когда чего-то сильно хочется — это всегда сбывается».
— Отлично, Лани! — прошептал Шут, шумно вбирая в себя воздух.
Его руки слегка дрожали, когда он возвращал девушке амулет. Вытерев со лба пот, он вернулся к пленнику. Тот задергался, пытаясь освободиться от стягивающих его веревок, но послушно затих, когда ему резким рывком запрокинули голову, заставляя взглянуть в глаза. Через несколько минут Шут выпустил обмякшее тело и, брезгливо вытирая руки о полу своего плаща, сообщил Ланетте.
— Это Тагиль послала за тобой погоню. Можешь, гордиться, Лани. На тебя она выпустила около сотни своих лучших слуг. Только искали они не там где надо. Пару раз я говорил Тагиль о своей мечте посетить Южные острова. Вот она и решила, что я намерился сбежать с тобою на земли своей мечты. Поэтому большую часть людей и отправили в юго-западном направлении. Сюда Корка с Отмычкой забрели лишь для успокоения совести. Понятно что, когда Корка случайно наткнулся на тебя, он просто ошалел от счастья. Ведь за тебя причитается приличное вознаграждение.
— Значит, никто не догадывается, что вы с Лани путешествуете с циркачами? — поинтересовался Коросс, незаметно подошедший к ним.
Шут пренебрежительно фыркнул:
— Этим снобам такое даже в голову не придет. Они представить себе не могут, что я «опущусь до такой степени». Забавлять игрой простой народ за гроши — это выше их понимания.
— Относительно нас с тобой у принцессы были какие-то распоряжения?
— Про тебя ни слова. А меня было приказано отпустить, не причиняя вреда, — ответил Шут.
И в его тоне сквозило удивление этим обстоятельством.
— Звучит странно, — согласился Коросс.
Вдруг он выругался и выхватил меч из ножен, но было поздно. Их уже взяли в плотное кольцо вооруженные всадники. Один из них соскочил с коня и подошел к троице. В источающем ледяное презрение рыцаре Ланетта не сразу узнала галантного вельможу — брата Корэл и правителя Дома Долга Данэла.
— Думаю, у вас хватит ума не оказывать мне сопротивления.
— Что вы, господин Данэл! Вы льстите нашему уму, — засмеялся Шут.
— Тебе не стоит провоцировать меня, предатель. Ты заслуживаешь лишь всеобщее презрение и смерть. Если бы не приказ принцессы, ты уже сейчас бы висел на ветке этого дуба. Такие как ты не достойны даже Арены.
— Не унижайся до пустых оскорблений, правитель Данэл, — заметил Коросс. — Могу ли я тебя спросить, что ты собираешься с нами делать?
— Отпущу, — после недолгого молчания неохотно ответил тот. — Я дал слово. Правда тогда я еще не знал, кем будет твоя спутница. В принципе, я мог бы взять свое слово обратно, так как меня сознательно ввели в заблуждение, но при здравом размышлении решил, что не буду. Ты удивлен? Я возвращался домой, когда почувствовал ее Силу. Это производит впечатление! Я мчался сюда, и все во мне дрожало от предвкушения. А мои солдаты чуть не потеряли голову, так и норовя обогнать меня… Странное поведение для вымуштрованных слуг, не правда ли? Зато теперь я понимаю, почему Тагиль и моя кузина так восторгались своей новой куклой. Не знаю, чей адский замысел выдернул эту низшую в наш мир, но уверен, что на свободе она обязательно станет причиной раздора между Домами Митриля. Грядет война, и всеобщий разлад не пойдет на пользу моему государству. Ее Сила не стоит этого. Так, что забирай свою куклу себе, Коросс. Мне приятно думать, что ты понимаешь меня, но все равно ничего не можешь с собой поделать. Ты подсел на нее и уже готов сражаться за право обладания ею с другими Домами. Что ж, желаю в полной мере насладиться интригами и предательствами как своими собственными, так и своих близких из-за живого Источника Истиной Силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
