— Ты отключился, — пояснил Мортон. — Все перепугались и послали за доктором Лумом.
— Небольшое сотрясение мозга, — констатировал врач. — Два треснувших ребра. Я ввел вам обезболивающие и стимулятор, поскольку нынче ночью, как мне сказали, вам предстоит путешествие. Но могу его нейтрализовать, если угодно.
— Не надо, доктор. Вы сделали именно то, о чем бы я сам вас вопросил, будь я в сознании. Когда перестанут действовать лекарства?
— О, не беспокойтесь. Я буду рядом до полного вашего выздоровления.
— Вы меня не поняли. Мне придется очень быстро идти. Причем скрытно, и возможно, долго.
Лум улыбнулся.
— По-видимому, это вы меня не поняли. Я буду вас сопровождать, куда бы вы ни направились. Любой из нас окажет вам любую помощь.
— Этого требует ИМ?
— Совершенно верно. Что будем делать теперь?
— Пойдем пешком. Никаких машин. У военных есть приборы для обнаружения движущегося транспорта.
— А как насчет приборов для обнаружения людей? — спросил Стирнер. — Наверняка военные ими тоже располагают.
— Да, но человеческое тело — незначительный источник тепла его трудно отличить от животных.
— А также от других человеческих тел, — подхватил Лум, сообразительный, как все хорошие врачи, — Наверное, для маскировки следует разослать в разных направлениях побольше пешеходов?
— Неплохо бы, — кивнул я. — Но как это сделать?
— Очень просто. Я выйду на улицу и поговорю с первым встречным. Сразу после этого можно будет идти на электростанцию.
— А мы успеем добраться туда затемно?
— Вполне, — ответил Стирнер. — Разумеется, вы вправе не посвящать нас в свой замысел, но если бы мы имели о нем некоторое представление, то смогли бы, наверное, чем-нибудь помочь.
Очевидно, от усталости и побоев у меня плохо работала голова. Я забыл рассказать своим добровольным помощникам о том, как намерен воспользоваться их услугами, а ведь это невежливо.
— Прошу прощения, я злоупотребляю вашим гостеприимством. Дело вот в чем. С тех пор, как ваши предки подверглись гонениям за веру и бежали сюда, человечество маленько поумнело. Или повзрослело. Или стало культурнее. Есть, конечно, и исключения, подобные головорезам, что напали на вашу славную планету. Но почти везде люди живут в мире. Они создали Космическую Лигу, которая следит за очагами напряженности, налаживает связи с заново открытыми планетами и тому подобное. Представители этой Лиги снабдили меня устройством для связи. По причинам, слишком сложным, чтобы их объяснять, это устройство замаскировано под птицу. Я спрятал его на электростанции.
Стирнер нахмурился.
— Если Лига намерена прибегнуть к насилию, мы вынуждены отказаться от ее помощи.
— Не беспокойтесь, Лига против любого насилия.
— В таком случае, нет проблем. Что от нас требуется?
— Проводите меня до электростанции, только и всего. Остальное я сделаю сам. Пойдем втроем: вы, я и добрый доктор Лум. Нам понадобятся еда и питье в дорогу.
— Ты забыл обо мне, — сказал Мортон.
— Нет, не забыл. Ты вырвался из армии, вот и держись от нее подальше. Я обойдусь своими силами. Надеюсь, никто не готовит мне теплую встречу. Оставайся здесь, побеседуй с Шарлей, — думаю, это не потребует от тебя особых усилий. Постарайся узнать побольше. Завтра ночью я вернусь.
— Я охотно расскажу вам об индивидуальном мютюэлизме, — сказала Шарла медовым голосом. Мортон расплылся в улыбке и даже не заметил, как мы ушли.
Несмотря на седину, Стирнер годился в марафонцы. Доктор Лум был ему под стать, а мне (благодаря стимулятору) казалось, что если я сильно замашу руками, то оторвусь от земли и полечу. Мы шагали по грунтовой дороге, потом по лугу, где темные животные уступали нам дорогу. Через несколько часов огни города остались далеко позади, а впереди выросли черные горы, упирающиеся вершинами в безлунное, звездное небо. Стирнер предложил передохнуть, и мы уселись на траву под деревом.
— Здесь мы оставим припасы, так что советую поесть, — сказал он.
— Мы уже близко?
— Да. Неподалеку отсюда вход в дренажный туннель. В это время года там нет воды. Туннель выведет нас на берег реки возле электростанции.
— Замечательно. Сколько часов до рассвета?
— Минимум четыре.
— Прекрасно. Отдохнем немного, а потом доктор сделает мне укол—другой, и пойдем дальше.
— Но вам станет плохо после того, как прекратится действие стимулятора, — сказал Лум с тревогой в голосе.
— Это пустяки по сравнению с тем, что может произойти, если мне не удастся выкрасть птицу.
Мы наелись и напились, затем доктор спрятал в ветвях дерева наши припасы, сделал мне укол, и мы пошли дальше. Я был полон сил и боролся с желанием насвистывать и бежать вприпрыжку. Вскоре мы оказались у входа в туннель.
— А там не могло спрятаться какое-нибудь опасное животное?
— Маловероятно, — ответил Стирнер. — Совсем недавно кончился дождливый сезон.
— К тому же, — добавил Лум, — на этом континенте нет опасных животных.
— Кроме тех, с которыми я сюда прилетел.
Мы вошли в темноту, ступая в невидимые лужи, касаясь пальцами осклизлых стен туннеля. Пока мы пробирались по нему, наши глаза настолько привыкли к темноте, что пятно звездного неба в конце показалось нам светло-серым.
— А теперь молчок, — прошептал я. — Я скоро вернусь.
Осторожно высунув голову из туннеля, я увидел внизу реку. Бесшумно вскарабкался на обрыв и раздвинул траву. Метрах в двадцати, у входа в здание, стояла командирская машина.
Я тенью метнулся к ней и забрался на заднее сиденье. Ящик со спиртным был на месте. Прекрасно! Я вытащил фляги и поднял второе дно.
Пусто!
В этот миг за моей спиной распахнулась дверь. Я обернулся. В глаза ударил свет.
На пороге стоял сержант Блох с птицей в руке.
— Не ее ли ищете, капитан?
Я перевел взгляд с птицы на пистолет, нацеленный мне в лоб, и не нашел, что ответить.
Глава 20
— Капитан, вы — беглый преступник. — Сержант улыбался, довольный собой. Я по-прежнему не находил слов. — Сюда прилетела военная полиция, забрала ваше барахло. А когда вертолет улетел, я вспомнил, как вы нянчились со своими фляжками. Я-то думал, вы боитесь за свое любимое пойло, а потом смекнул: что-то тут не так. Когда нам сказали, что вы — инопланетный шпион, я решил порыться в машине и нашел эту птичку с начинкой. Уже собирался доложить кому следует, но тут узнал, что вы сбежали, и подумал: постерегу-ка я птичку, вдруг вы за ней вернетесь. Так оно и вышло. Ну что ж, пойдем потихоньку? Только ручки держите на виду, а рыпаться не советую.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
