— Четверо наших драккаров пристали к берегам королевства Гутрум, Угги изначально повёл нас на земли вашего конунга, но там мы застали полуразрушенные дома… Какая-то часть людей укрывалась в лесах, прячась от гнева Орма, ведь не все перешли на сторону этого гада, — вещал напряжённо Бродди. — Эта горстка выживших мужчин примкнула к моему отряду. Они также жаждут мести… Сильно жаждут… Угги повёл нас через земли королевства Гутрум в сторону Темзы, он знает дорогу… нашей целью является крепость Рендлшир…
Нил лишь печально вздохнул, ведь сколько Ульвар вкладывал средств в свои посёлки, оказывал всяческую помощь своим подданным, снабжая провизией в трудные времена… А многие отплатили предательством, переметнувшись на сторону сводного брата.
— Те псы, что предали вашего Ульвара ушли в посёлки Орма, забрав с собой женщин и детей… Так мне поведали те, кто остались… — Бродди сплюнул в сторону. — А на счёт подземного хода идея рискованная, но стоит попробовать…
— Я поведу часть людей в подземелье, — молвил бесстрастно Нил, словно говорил о погоде. В голосе этого мужчины абсолютно не ощущалось страха. — Основная же часть воинов пусть ожидает у главных ворот… Если Господь нам будет сопутствовать, то мы проникнем на территорию крепости и впустим остальных…
— Как же у тебя всё хорошо да гладко, Хлипкий Сакс… — Бродди задумчиво теребил косички на своей бороде, неспешно шагая грузной поступью по мёрзлой почве. — В подземелье с тобой пойдут несколько моих берсерков… Даже если вас будут ожидать при выходе люди Орма, мои звери сумеют их порубать… Скорее всего, этот подземный ход уже успели обнаружить… Что ж, будем действовать по обстоятельствам… Крови будет пролито много…
— Ну и Рождество… — молвил с горечью один из воинов Нила. — Всякое бывало, но чтоб так…
— У нас в эту пору почитают погибших воинов, которые отправились в Вальхаллу, — мрачно молвил Бродди. — Ваше Христианское Рождество в этом году будет кровавым…
Горстка людей Нила примкнула к отряду Бродди, сам же Гаррад вёл воинов в нужном направлении, за ним бесшумно кралась Гудрун. По краям организованного строя практически беззвучно и ловко передвигались ульфхеднары, казалось, они то возникали, то растворялись в полумраке рощи, аки призраки. В отличии от берсерков, эти воины были облачены в волчьи шкуры, отличались ловкостью и скоростью реакции, а также умением хорошо ориентироваться в темноте. Считалось, что дух волка покровительствует им, ульфхеднары уподоблялись этим хищникам, перенимая их повадки и звериное чутьё.
Внезапно морозный воздух вспорол звук летящей стрелы, что пролетела прямо возле Гудрун и вонзилась в землю у её ног. Ошеломлённая женщина даже не успела ничего предпринять, как с деревьев наземь повалилось несколько убитых ульфхеднарами человек, воины-волки уже успели выследить во мраке засаду Орма, притаившуюся на ветвях раскидистых дубов.
— Благо их тут немного, — рявкнул кто-то из воинов. — Теперь пока чисто… Можем продвигаться далее.
— Лучше бы ты с сыновьями ушла, меньше бы я волновался… — процедил Нил, обращаясь к своей растерянной супруге.
— Так опасно сейчас везде, мой дорогой, — ехидно, но спокойно ответила Гудрун, хотя у самой сердце бешено колотилось, ведь летящая стрела могла угодить в неё.
Вход в подземелье был завален брёвнами и ветками, очевидно, что люди Орма его всё же обнаружили, а значит задача усложняется. Когда проход был расчищен, в его темноту нырнуло пятеро берсерков, за ними последовали Гаррад и Гудрун, затем с три десятка воинов Бродди, идущие впереди мужчины озаряли путь факелами.
Передвигались люди под землёй в напряжённом молчании, каждое мгновенье ожидая подвох, словно сама смерть дышала им в спины. Прошло чуть более часа, когда впереди показалась долгожданная деревянная дверь, ведущая наружу.
— Пришли… вот выход… — тихо молвил Нил.
Один из берсерков толкнул дверь, она оказалась запертой.
— Ожидаемо… — мрачно констатировал один из воинов.
— Отойдите назад! — рявкнул берсерк, который шёл в авангарде, затем замахнулся своим массивным бродексом, явно намереваясь рубить дверь, ну или хотя бы выломать кусок дерева у основания замка. Для этих безумных воинов преград не существовало, берсерк рычал аки лютый медведь, орудуя топором, а после каждого удара огромной силы летели щепки и куски дерева на землю.
— Ох, шуму поднимется… Будьте наготове сражаться! — отдал приказ Нил остальным. В этот момент продырявленная дверь, выбитая безумным берсерком, поддалась и с грохотом отворилась. Сам же северянин с яростью ринулся на первого встречного охранника Орма, двумя ударами топора-бродекса отправив того в мир иной. К выходу из подземелья на шум сбежались остальные охранники, которые находились рядом. В этот момент пятеро берсерков уже вовсю рубили врагов, казалось, им абсолютно всё равно, дверь ли то дубовая или человеческая плоть… Каменный пол и стены рендлширского подземелья были залиты потёками крови, остальные охранники Орма медленно отступали в сторону темницы, где находились узники. За широкими спинами берсерков атаки врага отражали Гаррад и Гудрун, что изредка переглядывались, ведь основную кровавую работу выполняли эти пятеро воинов-медведей.
Орм оставил около шестидесяти человек охранять крепость, ведь он даже представить не мог, что сюда нагрянут лютые воины-северяне. Отчаянно сражавшиеся люди Орма отступали назад, в ту часть темницы, где слышались голоса пленных.
— Там люди! — крикнула Гудрун, обращаясь к Нилу. — Я тебя ключи от замков, Нил! Там может быть мой брат!
Часть выживших людей Орма оказались в ловушке из каменных стен, которые возникали за их спинами. В тусклом полумраке факелов совершалось кровавое возмездие.
— Освин… Это ты? Предатель… Но зачем? — эхом прозвучал с горечью растерянный голос Гаррада, который диким взором впился в бледное от страха неминуемой смерти лицо противника.
— Помилуй, Нил! — воззвал отчаянно Освин. — Ульвар там! — указал он рукой в конец тёмного коридора.
— Нет тебе прощения… — одноручный меч Нила проткнул грудь предателя, обмякшее тело Освина рухнуло на каменный пол подземелья.
— Брат! Ты где? — Гудрун лихорадочно искала Ульвара, бросаясь от одной решётке к другой. Все люди Орма, охраняющие подземелье были убиты, Нил Гаррад ступал по лужам крови, стараясь держаться максимально хладнокровно, сейчас это давалось ему с трудом.
— Скорее всего во дворе остальные охранники, те, кто охраняет ворота, — молвил он, обращаясь к воинам Бродди. — Вы знаете, что делать. Нужно отворить ворота и впустить остальных воинов Бродди. Я же хочу освободить пленных…
У Гаррада дрожали руки, хотя голос казался спокойным. Он отцепил от широкого пояса маленькую кожаную сумку, в которой была огромная связка разных ключей.
— Тут темно, посвети мне, Гудрун, — обратился Нил к супруге, что держала в руках факел. — Подойди ближе. Вроде все нужные ключи на месте…
С лязгом отворилась решётка, где Орм удерживал пленных воинов Ульвара, они лежали на сыром каменном полу связанные и полуживые от голода и жажды. Нилу помогало помимо супруги шестеро его человек, люди поспешно разрезали тугие верёвки на конечностях пленников. Полуживых узников насчитывалось около сорока, те верные воины, которые не предали своего конунга и готовы были отправиться за него на смерть. Среди них были и ярлы, а также несколько англосаксов, которые подчинялись Гарраду.
— Не уж-то Хлипкий Сакс? — прохрипел полушёпотом один из ослабленных пленников. — А мы уж думали, что Вы переметнулись на сторону этого псины Орма… Но я верил, что это не так… Верил, что боги нас спасут… Наш конунг в дальнем конце подземелья… Шлюха Малинда морит его голодом, уж не ведаю, жив ли он ещё…
Свет факела озарил дальний конец длинного коридора, эта часть подземелья фактически всегда была погружена во мрак окромя тех моментов, когда тут являлась графиня Рендл собственной персоной взглянуть на муки конунга.
