как ни экономила советская сторона, перерасход средств, к сожалению, был допущен305.
И в том же году военно-морская группа и группа внешних сношений через Импортное управление НКВВТ, Отдел внешних заказов НКО и УВМС РККА произвели комплексную проверку состояния оборонных заказов СССР в Италии. Основанием для неё послужили материалы, поступившие в ЦК ВКП(б) от уполномоченного Комиссии советского контроля (КСК) при СНК СССР в Германии В.З. Карпова306, секретаря парторганизации советских учреждений в Италии Рубинчика и из Торгпредства СССР в Риме. В ходе проверки выяснились многочисленные факты нарушений служебной и финансовой дисциплины. По её результатам председатель КСК Н.В. Куйбышев и заместитель начальника Импортного управления НКВВТ С.Б. Жуковский направили на имя председателя Комиссии партийного контроля Л.М. Кагановича служебную записку «О недостаточном контроле Торгпредства СССР в Италии за выполнением оборонных заказов». В ней, в частности, были отмечены и «виновники» сложившейся ситуации: «Непосредственное руководство и наблюдение за состоянием оборонных заказов должны были осуществлять замторгпреда по импорту т. Шапиро, зав. инженерным отделом т. Сучков и военно-морской атташе т. Чикунский».
В итоге рассмотрение данного вопроса вынесли даже на заседание Политбюро ЦК ВКП(б), состоявшееся 27 декабря 1934 г. 1:го постановление гласило: «Передать т. Ворошилову на надрание виновных». «Разбор полётов» не замедлил себя ждать: ряд ответственных работников советского Торгпредства СССР в Италии были «сняты с заграничной работы», а военно-морской атташе Л.В. Анципо-Чикунский307 отделался выговором, сохранив свою должность вплоть до назначения в феврале 1936 г. военно-морским атташе в Англию. Но его судьба, как и П.Ю. Ораса, А.К. Сивкова, А.И. Азарова308 и многих других, выезжавших за рубеж, была предрешена.
В том же 1936 г. произошёл провал в Италии по линии военной разведки. В декабре был арестован местной контрразведкой полковник Л.Е. Маневич (позывной «Этьен»). Начиная с 1930 г., Лев Ефимович находился на нелегальной работе в этой стране и в Австрии, где в течение шести лет под именем Конрада Кертнера успешно занимался военно-технической разведкой в интересах РККА и РККФ, возглавляя Международное бюро изобретений и патентов «Эврика». За это итальянская Фемида осудила советского разведчика на 12 лет тюремного заключения309.
В итоге в числе репрессированных на Родине оказался и большой отряд военных разведчиков, в разное время командировавшихся на Апеннинский полуостров: военные атташе комкор Г.К. Васканов (1925—1931 гг., вт.ч. в Турции и Финляндии), комбриг С.В. Петренко (03.1934 г. — 03.1936 г.), секретарь военного атташе и радистка нелегальной резидентуры политрук Р.Л. Гинзбург, капитан О.Ф. Голубовская и др.310.
Советско-итальянские военно-технические отношения серьёзно осложнились в годы гражданской войны в Испании (1936—1939 гг.), где Италия выступила на стороне фашистского режима генерала Ф. Франко, а СССР поддержал республиканское правительство. А полностью они были свёрнуты накануне Великой Отечественной войны.
Интересно, что после сближения, произошедшего между Германией и СССР в 1939—1940 гг., в декабре 1940 г. Италия открыто высказала намерение пересмотреть или «освежить» действующий советско-итальянский Договор о дружбе (1933 г.) в «духе современной обстановки, в духе новых интересов». И Советский Союз поддержал это предложение, направив будущие переговоры на «установление более тесных взаимоотношений, как в области политической, так и в области экономической». Тем более, что в этот период по предложению немецкой стороны, между Германией и СССР серьёзно обсуждался вопрос о присоединении Советского Союза в «качестве четвёртого партнёра» к тройственному Пакту между Японией, Германией и Италией от 27.09.1940 г.311.
Неслучайно ещё осенью 1939 г. СССР направлял в Италию комиссию по заказам машин для увеличения района плавания миноносцев и лидеров и технической помощи по этим машинам. Но об этом расскажем ниже.
Тем не менее контакты советских военных моряков с итальянской стороной в межвоенный период не остались незамеченными органами ОГПУ—НКВД СССР. Как были взяты на контроль и их связи с французами, американцами, англичанами и японцами.
Глава V
ОТ ПАРИЖА К ТОКИО И ОБРАТНО
30 сентября 1930 г. в системе организации импорта советских военных заказов за рубежом произошла реорганизация. Приказом по НКВТ СССР № 1255 предписывалось: «...Инженерные отделы Торгпредств СССР за границей полагать спецотделами ОВЗ и содержать их по смете последнего». В этот и последующий периоды Инженерные отделы функционировали при советских Торгпредствах в Германии, Италии, Англии, Франции, Чехословакии, а также в США, при американском акционерном обществе «Амторг» с текущими счетами во Внешторгбанке и Госбанке СССР. Неслучайно именно с этими странами в 1920—1930 гг. успешно развивались военно-технические связи СССР.
Через Отдел внешних заказов НКО СССР312 сотрудничество поддерживалось с целым рядом иностранных фирм и компаний: в Германии их насчитывалось 225, во Франции — 77, в США — 71, в Англии — 58, в Италии и Швеции — по 16, в Финляндии — 7, в Чехословакии — 6, в Дании — 3, в Канаде и Японии — по 2, Голландии и Литве — по 1313.
Как видно, наибольшее число иностранных фирм, с которыми контактировал СССР, после Германии занимала Франция. И это тоже не было случайностью. Ведь до этого именно с этой страной Россия; развивала военное сотрудничество на протяжении двух столетий. К примеру, ещё при царе Петре 1, в 1723 г. Франция вела с ним переговоры о приобретении русского линейного 92-пушечного фрегата, оцениваемого по тому времени в 92 тыс. рублей314.
Военно-технические контакты между Россией и Францией начались сразу же после окончания Франко-прусской войны (1870—1871), когда перед Парижем встала проблема возрождения национальной армии после её поражения от Германии. Первая делегация во главе с начальником Генштаба вооружённых сил Франции дивизионным генералом Р. Буадерфом посетила Петербург в августе—сентябре 1890 г., а группы российских офицеров выезжали в Париж. Весной 1891 г. французское правительство поставило вопрос о необходимости заключения военного союза с Россией. Уже в июле в Кронштадт прибыла с визитом эскадра французского флота. Франция предложила заключить военную конвенцию, текст которой был согласован летом 1892 г. во время очередного визита начальника французского Генерального штаба в Петербург. В декабре 1893 г. русская эскадра демонстративно нанесла ответный визит во французский порт Тулон.
В том же году между Россией и Францией была заключена Военная конвенция, которая определяла: «Если Франция подвергнется нападению Германии или Италии, поддержанной Германией, Россия употребит все свои наличные силы для нападения на Германию. Если Россия подвергнется нападению Германии или Австрии, поддержанной Германией, Франция употребит все свои наличные силы для нападения на Германию»315.
В 1895 г. специальная комиссия, возглавляемая генерал-лейтенантом Боголюбовым, изучала крепостные работы в Бресте, Шербуре, Туле, Фонтебло и Версале.
