капитана держали этот ухмыляющийся бледный упырь Скане и воин из отделения разрушителей, хотя Лотара не была уверена, что в этом все еще есть необходимость. Сержант посмотрел на нее и усмехнулся. Возможно, улыбка должна была напоминать акулью, но капитан видела больше пустые десна, чем зубы, а акулам не было свойственно пускать слюни.
— Флаг-капитан, — прохрипел он, напрягая аугметические голосовые связки. — Мы пытаемся решить, кто наградил его этими новыми шрамами — рулевой «Мецгерая» или ваш навигатор. Ну, бывший навигатор. Не припоминаю никого, кто бы разрезал ему лицо, даже в бойцовых ямах. Это стоит отметить. И все же счеты надо свести.
Лотара не ответила. Капитан привыкла видеть Кхарна в крови, но она выглядела ярче и неприятнее, когда принадлежала в основном ему.
Она повернулась. Рамош и группа его спутников не отрывали глаз с собственных ног.
— Кхарн, — позвала Лотара. — Он здесь.
В ответ она услышала всего лишь вопросительный рык. Лотара дал знак Рамошу пройти вперед.
— Главный навигатор с «Скатлока». Он из дома Теву. Мы не нашли никаких кровных уз с Андрастой.
Рамош низко поклонился и даже опустил свою астролябию.
— Лорд, для нас честь служить вам и примарху. Безусловно, у вас нет причины вспоминать подобный пустяк, но несколько лет назад мы какое — то время состояли в свите госпожи Ниши.
Кхарн зарычал.
— Больше не произноси ее имя. Безвольная сучка.
Сделав паузу, чтобы бросить на Рамоша язвительный косой взгляд, Лотара приготовилась, чтобы снова проявить свое упрямство.
— Он — лучшее, что у нас есть. Никто и близко не подойдет, чтобы направлять «Глориану».
К ее удивлению протестов больше не было, но Кхарн беспокойно пошевелился под весом апотекария.
— Ты еще не закончил? Слезь с меня Плюющийся кровью. Сейчас же.
Каргос поднялся, вытерев свои инструменты о тыльную сторону кожаной перчатки, пока двое разрушителей поднимали сопротивляющегося пациента.
— Восстань, Кхарн Кровавый! — рассмеялся Скане, хлопнув его по наплечнику. — Будь…
Кхарн свалил сержанта одним ударом голой руки в голову. Тот отлетел в подъемную телегу для пустых гильз. Наступила долгая пауза.
— Где мы? — спросил капитан. Кожа вокруг креплений из грубого металла опухла и покраснела, левый глаз был наполовину закрыт и налился кровью. — Ты. Навигатор. Можешь сказать хоть это?
Рамош по-прежнему не поднимал глаз.
— Мы сверили позицию флота с картами, лорд. Мы думаем, что находимся где — то на периферии Рутанской марки. Безусловно, за пределами радиуса местной системы обнаружения.
— Рутан. Одно из завоеваний Дорна. Нам ожидать присутствия Седьмого Легиона?
— Маловероятно, — ответила Лотара. — За последние годы было мало докладов о его действиях за пределами Сегментум Солар, так что я сомневаюсь, что мы встретимся с ними раньше Тронного мира. Если только он все еще наша цель.
Под ногами тихо вибрировала палуба. Бросив беглый взгляд на ряды тел в комнате, Кхарн повернулся и собрался выйти без лишних церемоний.
— Прикажите всех сжечь. Не беспокойтесь на счет похоронных церемоний. И немедленно задействуйте нашего нового навигатора. Мы должны быть готовы.
— Готовы к чему? Лорд Аврелиан руководил нашими совместными нападениями от системы к системе, а теперь он ушел. У нас нет цели.
— Мне не нужно разрешение Лоргара на ведение войны, — прошипел Кхарн, переступив бессознательное тело Скане. — Теперь мы сами по себе, Лотара. Мы будем служить нашему примарху. И больше никакому.
Она устало кивнула, перевязав свои гладкие волосы.
— Так куда мы направляемся?
— Время на исход. Прошло больше месяца с тех пор, как мы проливали кровь врагов. Мне сказать Ангрону, что его брат бросил его здесь умирать? Или нам просто спросить его, кого нам убить следующим?
Легионеры из охраны расступились, но Кхарн неуверенно остановился у открытой двери. Он прижал ладони к черному железу переборки и медленно приложил одно ухо к металлу.
Другие Пожиратели Миров просто смотрели, не уверенные в том, что видят.
— Что — то не так? — спросила Лотара.
— Возможно, — пробормотал капитан. — Впервые за долгое время я не слышу рев моего отца.
Что за варпорожденное колдовство может превратить пласталь и адамантий в пульсирующую плоть? После возвращения на Нуцерию я часто проходил по этим залам, но они по-прежнему тревожат меня. Здесь пульс огромного реактора корабля словно становится настоящим сердцебиением. Вот только сейчас меня больше беспокоит тишина за ударами сердца.
Когда — то это была широкая колоннада, которая вела к триумфальному залу Ангрона. Вестибюль с его огромными дверьми, широкие ступени, ведущие все вниз и вниз. Давным-давно, после Де’шеа, горстка нас стояла здесь и узнавала, что его продолжительные промежутки тишины могли предвещать.
Вздувшиеся и пронизанные венами эти живые залы почти, но не полностью, скрывали древние миры, которые украшали арку высоко над головой.
IRA VINCIT, IN SANGUIS LAVANTO[10].
XII Легион теперь и в самом деле купается в крови.
Два воина стоят под этой надписью. Их громоздкие доспехи «Катафракт» оставили вмятины на палубе, там, где они прохаживали вперед и назад. Они облачены в красное, медь и бронзу, в подражание марсианской броне примарха с поздних лет Великого крестового похода.
Мы, все мы — эхо Ангрона, в той или иной степени. А может быть, осколки его расколотой души?
— Поглотители, — обращаюсь я. — Расступитесь. Я пройду.
Первый поднимает клинковые кулаки, пренебрегая моим званием, узоры энергии извиваются между бритвенно-острыми когтями. Над краями его слишком большого зубастого горжета видны усталые глаза.
— Стой, капитан. Тебе здесь не рады.
Его зовут Таругар. Обычный, ничем не примечательный центурион, который занял свое место в предполагаемой почетной страже примарха после того, как я убил его предшественника Борока и ушел. Таругар даже не заслужил эту жалкое место.
Он — не чемпион Легиона.
Я не замедляю шага. Иду прямо на них. Второй воин поднимает цепную глефу и запускает моторы.
Щелчок-вой тяжелых приводов терминаторского доспеха выдают его намерения. За миг до слишком очевидного выпада, я одной рукой отбиваю лезвие вниз и ломаю сапогом рукоять оружия.
