Это рабство!
Я падаю на колени. Вид его страданий терзает мою душу, как и понимание, что мы держим его здесь по собственным эгоистичным причинам. Это гораздо больше, чем бойня ради бойни. Ради собственных грехов мы приковали Ангрона к материальному миру, к чему нас побудил Лоргар.
Мы просто не хотим снова потерять нашего отца.
Я не хочу потерять его.
Но, если потеря себя — это цена бессмертия, то я не хочу следовать по его стопам. Я не хочу потерять его, но я не потеряю себя.
Демон-принц поднимается в полный рост, раскрывает свои кожаные крылья так широко, что они почти касаются столбов по обеим сторонам зала. Палуба под его раздвоенными копытами начинает содрогаться от бушующих вокруг нас потусторонних энергий. Он снова ревет, от чего с арок сыпется пыль.
— Я получу кровь! Кровь! Кровь для Кровавого Бога! Кровь для моего повелителя Кхорна!
Руны на его клинке пульсируют в такт с его черным сердцем, освещая самые острые углы его выкованной в преисподней брони. Я жду, когда его удар снесет мою голову с недостойных плеч.
Прошло больше часа, прежде чем Кхарн вернулся на мостик. Он небрежно нес боевой шлем с растрепанным гребнем центуриона.
Лотара провела пальцами по внутренней стороне воротника униформы. Кожа на шее саднила.
— Я не знала, вернешься ли ты в этот раз, — пробормотала она. — Это была скверная тряска. Мы лишились энергии в системе жизнеобеспечения верхней части левого борта. Я приказала выполнить полную герметизацию посадочных палуб в качестве меры предосторожности.
Легионер, проходя мимо, на миг задержал на ней взгляд.
— Ты побрила голову.
Она пожала плечами и поднялась на командную платформу, вложив в ножны боевой нож.
— Да. Здесь всегда было чертовски жарко.
Лицо легионера скривила свирепая улыбка, но ненадолго. Кхарн поморщился, когда тонкая струйка крови выбежала из — под скобы под глазом. Она почти выглядела, как кровавая слеза.
— Где Вел-Хередар? — спросил он, вытирая ее.
— Наблюдает за ремонтными работами.
— Вызови его, Лотара. Мне нужны его таланты.
Флаг-капитан вздохнула и заняла свое место на троне. С ее места Кхарн выглядел силуэтом на фоне мерцающего окулюса. Его внимание сосредоточилось на запятнанных палубных плитах.
— Восхищаешься своей работой? — спросила Лотара, резко цокнув языком. — Если хочешь, не стесняйся, бери щетку. Уверена, мне не нужно тебе говорить, что от крови практически невозможно избавиться без помощи воды.
Он не ответил.
Она вытерла воображаемую грязь между медными кнопками на клавиатуре подлокотника.
— Итак… лорд Ангрон отдал нам новые приказы? У нас есть конкретная цель?
Кхарн покачал головой.
— В таком случае, милорд, каковы ваши приказания?
Он устало прошел к своему обычному месту слева от площадки и осторожно надел шлем.
— Прикажи мастеру Теву связаться с его товарищами-навигаторами на флоте, — ответил он, — и проложить курс на ближайшую оккупированную систему. Если мы хотим, чтобы наш примарх продержался до того, как достигнем Тронного мира, то должны принести жертву.
Флот Пожирателей Миров бороздил пустоту во главе с «Завоевателем». За флагманом волочились несколько поврежденных Медвежьих когтей. Огромные магнитные гарпуны стучали об иссеченный корпус спешащего корабля. Он пренебрегал всякой стратегией, кроме как безотлагательной гонкой за кровопролитием.
Первым, на кого они наткнулись, стал мир леденящего холода Текели. Дом для одного из огромных комплексов-донжонов, возведенных Рогалом Дорном на пике крестового поход. Он задумывался как оплот, из которого будущие поколения смогут править значительным населением Рутанской марки. В те невинные времена искренне верили в идеи галактического Единства и Имперской Истины, и даже XII Легион неохотно согласился, что может наступить день, когда они смогут навсегда отложить свое оружие.
Конечно, этого не произошло.
Не было ни орбитальной бомбардировки, ни пустотной войны. Пожиратели Миров просто набросились на планету, отчаянно желая почувствовать под ногами твердую землю и оружие в руках. Небо почернело от ошеломляющей мощи десантного штурма — от высоких горных перевалов до замерзших морей. Защитники знали, что уже обречены.
Манипула машин из Легио Танатарис — единственного подразделения Титаникус в секторе — приняла командование над местным гарнизоном. Развернувшись на низменностях за стенами донжона с наземными силами секуторов, занявших земляные укрепления на их флангах, они собирались заставить предателей дорого заплатить за каждый метр земли.
Но когда первые волны десантных капсул изменников приземлились в гражданских центрах к северо-западу, принцепс понял, что совершенно неправильно оценил намерения Пожирателей Миров.
Легион прибыл не с целью разрушить бастион, но вырезать всех до последнего мужчин, женщин и детей на Текели.
Это продолжалось несколько дней. Пока действовала вокс-сеть открытые каналы наполнились какофонией мучительных криков, предложениями о капитуляции и мольбами о пощаде. Наконец, все растворилось в прерывистых помехах.
На восьмой день, когда пал последний из титанов, зловещая тень, наконец, раскинула крылья над самыми высокими бастионами донжона, а в небесах багровая молния разорвала тучи.
Окутанный дымом сотни погребальных костров, демон Ангрон воздел к небесам свой черный клинок и заревел в нечестивом триумфе. А через ворота ворвались его обезумевшие от крови воины.
Кажется, Вел-Хередар хорошо знает меня.
Архимагос перековал Дитя Кровопролития. Теперь он перековал меня.
22.
Я буду носить красное, медь, бронзу, только что из арсенала и выкрашенные моей собственной рукой, хотя я не Поглотитель. Я плюю на Таругара и остальных. Наш примарх — новорожденное существо варпа, принц крови. Ему не нужна защита, которую могут предложить легионеры.
Скорее я освящен цветами, которые, как говорят, более всего радуют нашего нового бога.
Но я не потеряю себя.
23.
Многие из моих братьев последовали моему примеру, равно как и следуют теперь за мной на полях войны. Пламя в мозгах поддерживает жар в нашей крови. С каждым взмахом наших клинков мы помазываем ледяную землю перед нами.
24. 25.
Мы последуем Восьмеричным путем.
Мы наденем знак каэдере ремиссум, даже если примарх запретил это.
Мы взбунтуемся, как он взбунтовался.
Мы будем убивать
