всё. Так что не нужно мне тут лишнего целомудрия.
Жду минуту, пока придёт в себя. Подумает и прекратит бросаться. У неё ещё будет время, когда мы приедем на мою квартиру. А пока зову охрану обратно, можно ехать.
— Успокоилась? — улыбаюсь, сжимая её ладонь. Давненько меня девчонки не пытались ударить. — Тебе что-то нужно прямо сейчас? Оформлю доставку.
— Эм… Вещи?
— Снова?
— Я не особо собиралась. Меня больше волновало, что кто-то хочет похитить.
Киваю, принимая такой ответ. Сообщаю Сане, чтобы привез все вещи Сони. И побольше оливок купил, без этого никуда нельзя. Чувствую, спокойный вечер мне только снится.
Соня, удивительно, не из тех, кто будет просто молчать. Вроде милая и тихая, но с характером. Тем и цепляет всё сильнее. Принимает многие правила, но может и биться в ответ. И это интригует, заставляет ждать нового взрыва.
Девчонка с сомнением осматривает старый дом, возле которого мы останавливаемся. Недовольно кусает губы, но сжимает мою протянутую руку. Выбирается из машины, молча идет за мной.
Дворик встречает нас тишиной, бабули на лавочках уже сбежали домой. Осталось лишь пару собачников, но те не обращают на нас никакого внимания.
— Тебе ведь можно подниматься по лестнице? — впервые этим интересуюсь. Хотя порой мне кажется, что Соня может просто рассыпаться. Всё из-за этого глупого резус-конфликта. С Верой таких проблем не было. — Никаких противопоказаний?
— Можно. Физические нагрузки даже полезны. Я думала после пойти на специальную йогу, для беременных. Но теперь, видимо, надо будет заниматься дома?
— Да.
Не извиняюсь, потому что не я завали эту кашу. Авдееву нужно было думать о последствиях, когда он решил убрать мою семью. Теперь по-другому не получится. Влад должен был понимать, что прилетит ответ его семье.
Охрана проверяет квартиру, после этого заходим мы с Соней. Маленькое помещение, где не развернуться. Но здесь меня искать не будут точно. Отвык от подобного.
— Не Хилтон, извини, — усмехаюсь в ответ на взгляд девушки. — Переживешь? Спальня слева. Это моя квартира, которую выдало государство. Старая, но для пары ночей — самое то.
— Хорошо, — кивает, проходя дальше. — Подожди. Ян, здесь только одна спальня?
— Одна, — пожимаю плечами, рассматриваю румянец на щеках Сони. — Знаешь, страна у нас не очень щедрая. Повезло, что мне квартиру выдали, а не комнату. И не послали два года в очереди стоять.
— Но… Мы здесь останемся на ночь?
— Даже на несколько.
Наблюдаю за девушкой, прислоняюсь к дверному косяку. Я прекрасно знаю, к чему ведет Соня. И не спешу ей помогать, хочу услышать прямой вопрос. Все эти недомолвки — не моя тема.
Золотко, наконец, тяжело вздыхает и снимает с себя пальто. Осматривается, но её взгляд постоянно возвращается к небольшой двуспальной кровати.
Жду, что начнет предлагать Соня. Рука автоматом тянется к карману, проверить новости. Обрубаю себя, напоминая, что сейчас связь в крайнем случае. Не нужно излишне светиться. Достаточно того, что охрана сняла квартиры в подъезде, обеспечивая безопасность.
Успел даже забыть, как это. Никогда не лез в подобные разборки, не слишком погружался в криминальные разборки. У меня был свой бизнес, пусть и не совсем легальный. Но все эти перестрелки, разборки и махинации — мимо меня.
Лишь по касательной, не слишком задевали. Но когда в игру влез Авдеев — всё сильно изменилось.
— И где ты будешь спать? — спрашивает невинно, её реснички трепещут. — Если кровать только одна.
— Здесь и буду спать, — отбиваю удар. Соня хмурится всё сильнее, складывает руки на груди. — Проблемы?
— Тогда где буду спать я?
— Кровать большая.
— Я не буду спать с тобой!
— Почему?
Соня задыхается от возмущения, но ответа нет. Вместо этого направляюсь в прихожую, в дверь звонят. Саня уже довез весь заказ, оперативно. Поэтому ещё и не гуляет по лесу, из-за того, что слишком близко находился к моему золотку.
— Ян, не игнорируй меня! — девчонка следует за мной. Ни капли не смягчается, увидев оливки на столе.
— Это ты проигнорировала мой вопрос.
— Ну ты же должен понимать, что это неправильно! И мне нужно своё пространство. А не лежать с тобой в одной кровати и…
— И что? Заметь, золотко, ничего большего я не предлагаю и не говорю. Ты сама себе всё надумала. Тем более, на больничной койке ты спала с радостью. А здесь кровать шире.
— Но ты… Я беременна.
— Слабый аргумент.
Подобную точку манипуляции нужно прижигать сразу, пока не переросло в привычку. За свою семью я готов рвать. Но не позволю на это просто давить, когда Соне хочется чего-то.
— Ты мог бы лечь на полу.
— Не мог бы.
— Ты даже не пытаешься мне помочь! — вспыхивает, недовольно сжимает в руках вилку. Но банку оливок всё-таки открывает, накалывая лакомство. — Никаких уступок.
— Золотко, никто ещё не получал столько уступок, как ты. И поверь, ты единственная не получила ответ за такие удары.
— И девушек бьешь?
— Не бью. Но и себя не позволяю. Ты же сегодня отлично размялась, Сонь. Не стоит проверять выдержку. Ляжем в одной спальне, ничего не случится. Я не кручусь во сне, по животу не попаду. К тому же, в моей квартире тоже спали вместе. И ничего не произошло.
— Это… Другое.
Фыркает, опуская взгляд. Больше ничего не говорит, признавая свой проигрыш. Я мог бы сыграть джентльмена, лечь на полу. Заказать надувной матрас или что-то придумать.
Но я не хочу. И это главная причина чего-либо в моей жизни. Хочу другого. Чтобы спала рядом, прижималась. Хрупкая и нежная. Дочь Авдеева, но сейчас это волнует намного меньше.
Первым делом я разберусь с отцом Сони, решу все вопросы. Закрою такую долгую месть
