Узкая полоса песчаного пляжа резко переходила в мелководье, заросшее тростником, рогозом, голубыми и фиолетовыми лилиями с листами шириной по меньшей мере в пару шагов. Стрекотали насекомые, пели лягушки. Лун шагнул туда, где волны омывали песок, присел и зачерпнул горсть воды, чтобы проверить. На вкус она была пресной, так что это могло быть как большое озеро, так и пресноводное море. Он встал и оглядел берег. Земля изгибалась большой дугой, и нигде не было видно ни следа каких-либо земных созданий, которые могли обитать на побережье.
Остальные приземлились на берегу чуть дальше, и Нефрита поставила Цветику на ноги. Утес дважды заложил над ними круг, затем спикировал вниз, сел рядом с остальными и принял земной облик. Лун присоединился к ним, и, когда он примял траву когтями, она испустила сладковатый аромат.
Утес потянулся, затем поморщился и потер шею.
– Я поищу остров, а вы пока ждите здесь.
Другого выбора у них не было. Полеты над водой всегда представляли собой непростую задачу. Раксура не могли улететь далеко без еды и отдыха, а восстанавливали силы они, лишь остановившись и приняв земной облик. Одно дело – лететь над мелким Желтым морем, зная, в какой стороне находятся острова и что до них меньше дня полета воина. И совсем другое – лететь над незнакомыми водами. Но Утес с легкостью покрывал втрое большее расстояние, чем мог пролететь даже молодой консорт вроде Луна.
– Ты хочешь начать сразу же? – Нефрита посмотрела вдаль, на воду. – Тебе стоит отдохнуть и отправиться поутру.
Утес одарил ее испепеляющим взглядом, с которым Лун был хорошо знаком.
– Я не собираюсь терять впустую большую часть дня.
– Тебе стоит хотя бы поесть, – сказал Лун. – Мы потеряем гораздо больше, если ты свалишься вниз и утонешь.
Испепеляющий взгляд уперся в Луна. И Утес, похоже, был в еще худшем расположении духа, чем им казалось, поскольку он зарычал – низко и угрожающе.
Все испуганно вздрогнули, кроме Луна, на которого рык не произвел впечатления, Нефриты, лицо которой приобрело язвительное выражение, и Цветики, которая зевнула.
Утес почти всегда отвечал колкостями, но он редко рычал, особенно в земном облике. До сих пор праотец хорошо скрывал свое нетерпение, но он явно не забыл, что двор вернулся в исполинское древо из-за него. Лун подумал, что если кому-то и светит оглушительный подзатыльник, то пусть лучше этим «кем-то» будет он. Он сказал:
– Хорошо, давай подеремся. Так мы точно сбережем время.
Утес сдержанно зашипел, стиснув зубы. Затем он всплеснул руками.
– Ладно! Тогда подняли свои задницы – и бегом охотиться!
Когда Утес сердито зашагал прочь, Звон, Елея и Вьюн разошлись, двинувшись в сторону леса.
– Ха, – выразила свое мнение Цветика и пошла по берегу, пробираясь через высокую траву.
Нефрита посмотрела на Луна, приподняв бровь. Он, чтобы избежать ее взгляда, отвернулся к морю и уставился вдаль. До этого места их путь был предельно ясен. Теперь же, если карта окажется неверна и они не смогут найти остров, то им придется повернуть назад и вернуться в Туман Индиго. А затем придумать, где им найти новую колонию.
Они разбили лагерь на одной из широких нижних ветвей небольшого исполинского древа на краю леса, всего в ста шагах над землей. Нефрита дежурила рядом с Цветикой и Утесом, пока они спали, а Елея и Вьюн отправились на охоту. Звон копошился на мелководье, ища корешки, и нашел несколько песчаных дынь и больших белых моллюсков, пока Лун прохаживался по берегу и следил, чтобы никакие твари не попытались его съесть.
Вскоре Елея и Вьюн вернулись, неся двух прыгунов из стада, бродившего чуть дальше, в глубине леса – одного для Утеса и одного, чтобы разделить между остальными. Когда они умылись в озере, Елея полетела обратно на дерево, чтобы поговорить с Нефритой. Вьюн остался на пляже, и Лун воспользовался возможностью, чтобы спросить его:
– Почему ты теперь так рвешься помочь Нефрите?
– Разве похоже, что я куда-то рвусь? – сказал Вьюн, вытирая когти о траву у края воды.
Лун не отреагировал на попытку пошутить, и Вьюн неохотно сказал:
– Я старше Потока, я больше Потока, и он меня недолюбливает. А я не в восторге от того, что мне приходится ему подчиняться. Но все останется как есть, пока он не надоест Жемчужине. – Вьюн пожал шипами. – У Флоры таких проблем нет. Ни один воин не станет пытаться помыкать воительницами. Они слишком большие и держатся вместе.
В его словах была доля истины. Лун сказал:
– Значит, ты думаешь, что с Нефритой тебе повезет больше?
Вьюн правильно понял его намек.
– Я думаю, что мне не придется терпеть Потока и его приказы. Нефрита всегда была близка с Елеей, да и воины-мужчины ее никогда не интересовали. А теперь, когда здесь ты, думаю, у воинов не будет с ней никаких шансов.
Это Вьюн рассудил верно. Лун все еще не до конца доверял ему, но мотивы воина хотя бы стали ему понятны.
Когда они поели, Утес лишь сказал:
– Меня не ждите, отдыхайте, – а затем перевоплотился и полетел над водой.
Сидя на ветке, они смотрели ему вслед сквозь завесу листвы, пока силуэт Утеса не растаял вдали. Лун с досадой вздохнул. Он не мог просто сидеть на месте и ждать.
День выдался хороший для полета – ярко-голубое небо было чистым, если не считать нескольких облаков в вышине. Лун повернулся к Нефрите.
– Мы можем слетать на разведку вдоль берега. Может быть, найдем следы того, что здесь побывали земные обитатели.
Он порадовался, когда Нефрита не спросила, зачем им тратить на это силы или какое им сейчас дело до следов земных обитателей, – потому что Лун и сам не мог на это ответить. Она вопросительно посмотрела на воинов.
– Ну так что? На разведку или будем отдыхать?
– Я полечу на разведку, – сказала Елея, подавшись вперед. Ей, похоже, тоже не терпелось чем-нибудь заняться.
Звон кивнул. Вьюн сказал:
– Я полечу с Елеей.
– Нет. – Нефрита посмотрела в сторону побережья. Она была в облике арборы, и ее укоротившаяся грива из шипов задрожала, когда она принюхалась к воздуху. – С Елеей полечу я. Вьюн останется с Цветикой.
Вьюн чуть не задохнулся от такой несправедливости.
– Почему я?
Нефрита повела хвостом, но в ее голосе было больше усмешки, чем гнева:
– Потому что я так сказала.
«Это проверка», – понял Лун. Еще одна проверка. Нефрита наверняка тоже заметила, что Вьюн, похоже, пытается перейти из лагеря Жемчужины на ее сторону. Если он и правда переметнется, то Нефрите это пойдет
