мужу второй шанс и вернул в наш мир, выяснилось, что это все не прошло бесследно. Рэгвальд был наказан за то, что был непредусмотрителен, тем, что сейчас он видит будущее. Но… Не так, как ты бы этого ожидала. Он видит все варианты того, что может быть, если мы примем то или иное решение. И почти всегда знает больше нас, но… молчит, потому что иначе может повлиять на наши решения.
От этих слов в голове все идет кругом. Как-то все кажется сложно.
— То есть… Он знал, что должна появиться я, что я буду… особенной, что…
— Да, Эйра, — перебивает меня Рэгвальд. — Но что будет дальше, во многом зависит именно от твоих решений. Но боги верят в тебя, поэтому тебе отведена очень важная роль. Как и Его Величеству.
На мою руку ложится ладонь Керни и ласково сжимает пальцы.
— Я понял, откуда все берется. Сегодняшнее воплощение Эйры помогло сложиться мозаике, — говорит он. — Ты помнишь, Айлин, из-за чего, точнее, из-за кого ты оказалась в моих землях?
— Из-за Рэгвальда? — жена дракона поднимает бровь.
— Нет. Из-за Проклятого бога, который сложными схемами руками приспешников привел ваш брак на грань, — жестко произносит Керни. — А помнишь, из-за чего разыгралась вся война на границах клана Ника?
— Полагаю, если я скажу из-за жестокости и жажды власти Гардариана, это тоже будет не так? — шутит Айлин.
— Проклятый бог был его покровителем, — мой муж серьезен как никогда. — И мы долго не могли понять, кто же они, тайные и достаточно сильные союзники Гардариана. Но сейчас для меня это ясно как свет Луноликой.
Рэгвальд подается вперед, а Айлин выпрямляет спину, всерьез прислушиваясь к Керни. И сейчас мне страшно, как никогда раньше, потому что я начинаю понимать, рядом с кем я провела столько лет жизни.
— Этими странными недооборотнями и причиной тумана, захватывающего земли, являются приспешники Проклятого бога, — объясняет Керни. — Они имеют только одну живую сущность — звериную. Их человеческий облик — это то, что они получили от Проклятого бога. Но хуже совсем иное.
Чувствую, как мороз пробегает по коже.
— Мы долго сдерживали туман. Искореняли последователей Проклятого, которые жаждут возвращение своего бога. И согласно пророчеству он должен освободиться из тьмы, в которую его заточили Всемудрый и Вселюбящая, — Керни на мгновение замолкает, переводя взгляд на меня и чуть сильнее сжимая мои пальцы. — Свет Луноликой померкнет, а Проклятый вернется, когда на землю спустится лунная лиса.
Глава 31. Поймал!
— То есть то, что я появилась — это плохое предзнаменование? — уточняю я.
— Да, моя Эйра, — произносит Керни. — И никто не знает, как это произойдет и что будет дальше. Судя по всему, нам нужно готовиться к противостоянию.
— Но как можно противостоять богу, Керни? Это же не с обычным смертным сражаться. Это же… У меня даже в голове не укладывается, — я тру лоб ладонью.
Керни подносит к губам мою руку, которую он сжимал в пальцах, и нежно касается губами.
— Но и я не простой оборотень, — усмехается он. — Песец взял наш род под покровительство. Так что моя животная ипостась — прямой потомок песца Эрниола.
— Мне кажется, в моей голове слишком много всего божественного, чтобы я могла это быстро принять и разложить по полочкам, — нервно усмехаюсь я. — Кто я-то вообще? Говорящая, лунная лиса, оборотень? Кто я?
— Все вместе, — король пожимает плечами. — Воплощение Луноликой и самая большая ценность для всех оборотней.
Айлин тихо посмеивается:
— Видела бы ты, какой переполох ты устроила своим появлением в столовой, — говорит она. — Кажется, кто-то даже в обморок упал. Но, Керни, у меня тогда возникает другой вопрос. Ты говорил, что Говорящих не было уже очень давно. А тут, получается, сразу двое. Ну и я, естественно, совсем не воплощение Луноликой.
— Ну не скажи, Айлин, когда я тебя первый раз увидел, думал, что ты именно она, так серебрились твои волосы, — мой муж словно представляет в этот момент тот день, потому что взгляд становится таким отрешенным…
Я даже немного начинаю ревновать. Но в то же время понимаю, что это совершенно глупо. Керни не один раз доказал, что ему нужна именно я.
— Ладно, опустим этот момент. С такой раной ты и Вселюбящую вскоре мог увидеть, — отмахивается Айлин. — Ты мне объясни, почему теперь две Говорящих? Не могло это произойти случайно.
Керни задумывается, встает с дивана и прогуливается по кабинету, отходя к окну. Его мощная фигура резко выделяется на фоне залитого светом неба. Я вижу, как он сжимает и разжимает кулаки.
— Согласно легенде, не только песец остался на земле. Но и животное воплощение Эрдена — черный волк с огненным взглядом, — тяжело произносит Керни, как будто эти слова причиняют ему боль. — Никто не захотел принять его сущность. И в отличие от песца он не обрел человескую сущность и стал первым Диким. Потом все оборотни, совершившие преступление против богов, лишались человеческой ипостаси и попадали под это проклятие. Особенно последователи Проклятого бога.
Я потихоньку начинаю понимать, к чему клонит Керни. Только радостней от этого не становится. Особенно когда я окончательно осознаю, что Зордан, да и весь клан, поклоняются Проклятому богу и что мне даже страшно представить, какие ужасы они могли творить…
— Последние лет десять количество Диких стало резко возрастать. Мы не знали, как с этим бороться, это становилось все большей проблемой. Которую ты практически помогла решить, Айлин, — наконец, Керни поворачивается, опирается на подоконник и сжимает его своими сильными пальцами. — Ты показала нам, что с ними можно взаимодействовать, и ты помогла приготовить нужное зелье.
Для меня все больше приоткрывается общее прошлое, связывающее чету Орланд и Керни. Значит, не только Керни поучаствовал в воссоединении семьи, но и Айлин помогла оборотням.
— Опять же игра богов, а мы — их пешки. Проклятый бог рассчитывал заполучить Рэгвальда и твою силу, Айлин. А ваши боги привели меня с помощью серебряного оленя в лес и нарушили эти планы, — продолжает свои умозаключения Керни. — А потом Ник и Тиола испортили практически идеальную задумку Гардариана, когда он продал душу
