но понимаю, что время работает против нас.
Керни помогает забраться в карету, сам захлопывает дверцу и подает знак Лисе. Слышу щелчок поводьев, и мы, слегка дернувшись, отправляемся в путь.
На душе так тоскливо, что аж плакать хочется. Кажется, вот-вот сорвусь, распахну дверь и кинусь обратно.
Нельзя. Я могу тогда вообще не уехать.
Сжимаю пальцами юбку и закусываю губу. Дыхание сбивается от волнения, а сердце колотится быстро-быстро.
— Эйра, — на мою кисть ложится нежная ладонь Айлин. — Не знаю, веришь ли ты, но боги никогда не ошибаются. И если все случилось так, а Рэгвальд не вмешался, то все будет хорошо.
Выдавливаю из себя грустную улыбку. Хорошо бывает по-разному. Может быть хорошо для нас с Керни. Может быть хорошо для всего мира, учитывая, что здесь замешан Проклятый бог. И эти два «хорошо» могут быть взаимоисключающими. Увы.
Но не только это терзает меня.
— Я переживаю за Мару, — признаюсь я Айлин — Я понятия не имею, оставили они ее в живых, или она где-то там, на пепелище. Меня убивает мысль, что я могла не успеть ее спасти. А если они и жива, что ей сделали?
Айлин откидывается на спинку, какое-то время смотрит в окно, а потом говорит:
— Если честно, Эйра, я ни в чем не уверена. Но мне кажется, что она — это единственное с помощью чего они могут влиять на тебя. Особенно когда Керни нет рядом. Поэтому пока ты им нужна, а я больше, чем уверена, что теперь они знают, кто ты, Мару будет в безопасности. Наша задача — быть подальше от них.
Эти слова зарождают в моей душе призрачную надежду.
Айлин отвлекает меня рассказами о своем сыне, о том, как он подружился с сыном Ника, о том, как они вместе хулиганят. Потом описывает свою первую встречу с Диким и то, как с людьми Керни создали специальные обсервации для них.
Но при этом упоминает, что Дикие тоже бывают разные. Что есть те, кто раскаивается в содеянном и пошел на какое-то преступление только из нужды. А есть такие, что ничего не осознали. Для них Керни создал резервации в Окраинных степях, где за ними присматривают.
Через пару часов мы устаем обе от разговоров и, под мерное покачивание и поскрипывание кареты, начинаем дремать. Из-за припекающего солнца и духоты он получается вязкий, тягучий и тяжелый. Как будто я провалилась в болото и никак не могу из него вылезти. В нем мелькают какие-то тени, голоса, я словно пытаюсь бежать, но меня утягивает на дно. А потом появляется он. Потрясающей красоты серебряный олень с огромными ветвистыми рогами. Заглядываю в его глубокие, темные глаза и читаю в них зов. Он намекает, что нужно идти за ним. А потом разворачивается, бьет копытом и удаляется. Хочу бежать за ним, но из сна меня выдергивает громкий крик Лисы:
— Горгулья срань!
Глава 34. Керни. Подготовка
Отправляю пару своих оборотней-птиц, чтобы они сопроводили карету и убедились, что женщины выехали за пределы кольца наступления. Я хоть и сказал, что нам нужно сделать так, чтобы нас не окружили, прекрасно понимал, что это неизбежно.
Какая бы армия ни была сосредоточена у меня тут, пусть даже драконы, у недооборотней явно сил побольше будет. И, учитывая, что они направляются конкретно в Канвард, им нужно что-то именно здесь.
Из всех вариантов, которые мне приходят на ум, самым логичным кажется то, что им нужно попасть к святилищу Луноликой. К месту, где все началось. И, кажется, я понимаю зачем.
Мы исследовали последний камень, который я принес с собой из разоренной деревни. Он неоднозначно реагировал на близость к источнику силы. С одной стороны, его емкость становилась больше, с другой — он будто лишался силы. Заставил поднять все легенды относительно Луноликой и Проклятого бога.
Все, что мы смогли найти — это то, что воды ручья в тот день были смешаны с кровью Эрниола, ныне Пресветлого бога, потому считаются священными и очищают от любого проклятия. Когда-то мои предки на месте ручья создали фонтан, действующий до сих пор.
Может ли именно это быть причиной нападения недооборотней? Стремление разрушить фонтан?
— Ваше Величество, — один из орлов, которых я послал проследить за каретой, возвращает себе человеческий вид и склоняется в почтительном поклоне. — Карета с Говорящими проехала место, где ожидается наступление тумана. Они успешно пересекли часть степи, прилежащую к Канварду и въехали в степи, граничащие с лесами территории Орланд.
Рэгвальд, стоящий позади меня, передает оборотню плащ, а я очередной раз думаю о том, что надо бы попросить артефакторов ускориться с разработкой того, что поможет сохранять одежду.
— С твоего позволения, Керни, я дал знать своим приграничным патрульным, чтобы они сопроводили Айлин и Эйру, — говорит черный дракон. — Но сам знаешь, там места такие, что любят наводить морок.
Он снова что-то недоговаривает. Но вряд ли бы он стал рисковать женой даже ради спасения моей страны.
Перевожу на него взгляд. В глубине его золотых глаз явно клубится волнение и сомнение. Нечасто его таким увидишь. Значит, не все так просто и так гладко.
— Хорошо, сейчас присоединяйся к группе разведки на западном направлении, — отдаю приказ и отпускаю бойца.
Замок наводняют эвакуированные из города жители. Мой распорядитель суетится, размещая всех так, чтобы это не мешало обороне, я расставляю войска, Рэгвальд точечно укрепляет позиции с помощью тех нескольких драконов, которые прибыли с ним в качестве охраны.
Хотя нет, он никогда не летает с охраной. Значит, он их намеренно взял, зная, что нам предстоит.
— Там кто-то летит, — слышится голос с наблюдательного пункта. — Золотой… Золотой дракон. И еще с ним несколько!
В голосе воодушевление и надежда. Все же одно дело надеяться на свои силы, другое — иметь крепкую поддержку от драконов.
Николас.
Драконы делают небольшой круг над крепостной стеной, а потом приземляются, перекидывясь в людей.
— Недолго мы наслаждались тишиной, — Ник подает руку сначала мне, потом Рэгвальду. — На территории Сайланд и Квиланд не
