руку.
— Минарет украшен внутри изумительной мозаикой из голубых и белых плитка. Идем, посмотрим.
— …только первый этаж…
— Разумеется. Я знаю, ты боишься высоты.
Она подтянула ее к галере, поднимавшейся к спиральной лестнице. Никки крепко сжала ее руку.
— …слишком узко…
— Мы с тобой достаточно стройные, чтобы пройти. Идем.
— …вы спятили. я туда не полезу…
— Делай, как я говорю.
— …черта с два…
Фатима достала из-под куртки клинок и приставила к горлу Никки.
— Тогда тебя и Рэйвен ждет долгое падение в геенна огненная — и раньше, чем вы обе думай.
Свободной рукой она схватила ее за длинные волосы и потянула за собой вверх по лестнице. Минарет огласился криками Никки. Фатима поднялась с ней на самый верх башни и вытащила на парапет. Там она отпустила ее, и ветер подхватил светлые волосы и разметал по лицу несчастной.
— Ты Никки, так?
Она кивнула.
— Давай говори, что Рэйвен сказала мистеру Тедеску.
— …иди лесом…
Фатима подтащила ее к краю парапета.
— Видишь, как мы высоко? Ты будешь страдать, когда упадешь. А потом Рэйвен будет страдать в огонь, — Никки старалась не смотреть, но Фатима держала ее крепко. — Ты будешь помогать мне? — Никки кивнула. — Слушай внимательно. До того, как тебя стали звать Никки, Рэйвен звала тебя просто сестренка. Ты была с ней, когда Рэйвен читала на память пророческий загадки. Но, когда ваш отец гипнотизировал ее, ты была в стороне. Тебя, Никки, не подвергали гипнозу и не давали внушение забыть, что ты слышала.
— …не совсем…
— Объясни.
— …я запомнила только второе четверостишие. которое про что. а про где и как не помню…
— Как это?
— …потому что я отвлеклась, когда услышала, как вы ходите за ширмой…
— Значит, ты знаешь второе пророчество, а все три знает только Рэйвен.
— …верно…
— Ты можешь войти в подсознание Рэйвен и узнать первый и третий катрен?
Повисло молчание. Затем Никки сказала:
— …надеюсь. там, типа, все закрыла кирпичная стена…
— Скажи мне, что ты слышала.
Никки закрыла глаза и заговорила дрожащим голосом:
— что… семена медленной смерти в наших норах, мы покараем крестоносцев. иншалла. святые воины теперь наши товарищи, о да, мы разнесем заразу стригалей по городам…
— Это нам не надо. Секретарша Тедеску уже отправила нам это. Мы — «Моджахедин-э халк» — святые воительницы, и в наши туннели спрятаны семена смерти.
— …я не виновата…
— Ты должна сказать мне первый и третий катрен.
— …знала бы, сказала. вам придется узнать их у рэйвен. но если убьете меня, ничего не получите…
Никки была права.
— Ты слышала хоть что-то еще?
— …только строчку. совершенно дурацкую…
— Скажи мне.
— …окей. геройский подвиг пятый — загаженные стойла очистить от навоза…
— Ты знаешь, что это значит?
— …нет. может, рэйвен знает…
— Дай мне говорить с Рэйвен.
— …я попытаюсь…
Никки закрыла глаза. Снова открыв их, она осмотрелась с недоумением.
— Почему мы на башне?
— Рэйвен?
— Это я. А вы ожидали кого-то еще?
— Тедеску когда-то говорил на лекции такие слова: «Геройский подвиг пятый — загаженные стойла очистить от навоза»?
— Ну, да.
— Что это значит?
— Пятый подвиг Геракла — выгрести дерьмо из Авгиевых конюшен.
— А как это связано с другие пророчества?
— Не имею ни малейшего понятия.
Фатима попыталась скрыть свою досаду. Теперь, когда последнее средство оказалось тщетным, она решила избавиться от Рэйвен, отдав ее мужчинам.
Учитывая годы воздержания членов МЕК, они наверняка не устоят и изнасилуют Рэйвен. А после этого, согласно шариату (ведь Рэйвен теперь мусульманка), они побьют ее камнями за разврат и закопают в пустыне.
Кого же они изнасилуют — Рэйвен или Никки? И кого побьют камнями и похоронят заживо?
Глава тридцать пятая
Афины
Дугана разбудил звонок секретного телефона. Он уставился на него. Харон убит, а ФБР от него отказалось. Кто же ему звонит? Тия заворочалась в постели.
— Не отвечай.
Он взял телефон и вставил чип.
— Кто это?
— Это Палаточник. Я говорю с Дантистом?
Дуган покрутил головой, разгоняя остатки сна.
— Рад вас слышать, но как это вы связались со мной?
— Теперь, когда наш лодочник больше не ходит через реку, а река разлилась, я должен взять его весло.
— Я весь внимание.
— Ситуация здесь критическая. МЕК узнали второй катрен Тедеску. Фатима сказала генералу Хассан, она постарается узнать у Рэйвен первый и третий картрены под гипнозом, но если не получится, она намерена избавиться от девушки.
— Время поджимает. Вы узнали второй катрен?
— Записывайте быстро. И я отключусь.
Дуган протянул руку, и Тия дала ему ручку.
— Окей.
— «Что. Семена медленной смерти в наших норах, мы покараем крестоносцев. Иншалла. Святые воины теперь наши товарищи, о да, мы разнесем заразу стригалей по городам». К вашему сведению, МЕК располагают сетью туннелей на северо-восточной ирако-иранской границе. Но они не пускают в Ашраф инспекторов ООН, ищущих ОМП.
— Тогда понятно, о каких норах идет речь. Есть догадки по семенам смерти или заразе стригалей?
— Пока нет. Кто-то идет. До связи. Удачи.
Телефон смолк. Дуган откинулся на спинку стула.
— Дай взглянуть, — сказала Тия и всмотрелась в нацарапанные строчки. — Ну, это очевидно. Святые воины — это «Моджахедин-э халк». В 1988-м они присоединились к брату Саддама, Химическому Али— курдистанскому палачу — и помогли ему убить тысячи курдов в городе Халабджа. Я так думаю, это либо горчичный газ, либо нервно-паралитический.
Дуган сложил пальцы домиком.
— Слово семена предполагает, что это, скорее, биологическое оружие, а не химическое.
— Жаль, я мало учила биологию в школе.
— Я учил. В рамках моей работы по анализу международных перевозок я отслеживал биологическое оружие массового поражения. После одиннадцатого сентября.
— Ты все больше удивляешь меня с каждым днем. Так что это за семена?
Он вертел в уме всевозможные варианты, но одна мысль не оставляла его в покое.
— Если я правильно понимаю, спящие агенты планируют распространить семена, которые второй катрен называет заразой стригалей.
— Не понимаю. Что за семена?
— Те, кто стрижет овец, часто болеют. Зараза стригалей — это сибирская язва.
— Боже! Разве Тедеску не подумал о сотнях тысяч невинных людей, которые будут убиты?
— Террористы не думают, — сказал он. — Они начинают фанатиками и становятся психопатами.
— Ну, если они безумны, они проиграют.
— Твое очередное древнегреческое убеждение?
Она закрыла глаза.
— Еврипид написал: «Кого боги хотят покарать, того они сперва поражают безумием».
Глава тридцать шестая
Ашраф
Рэйвен открыла глаза. Сплошная темнота. Или она ослепла? Она почувствовала, что лежит на одеяле, на твердом полу, и нащупала свою сумочку. Это реальность? Или просто сон? Открылась дверь. Кто-то
