клинком насквозь.
Ёжик схватился своими короткими толстыми лапами за рану, как только из него вытащили меч, упал, закашлял кровью и затих. Его труп превратился в труп рапанишу, и все синие создания исчезли. Пернатые, перепончатокрылые и все, кто пытался укусить, ужалить и залезть на наших героев с земли, стали улетать, уползать и разбегаться.
- Молодец! – похвалил Габриэля Вивер. – Я не мог его выявить из-за этой мелочи вокруг.
Ему ещё и на сражение приходилось тратить больше внимания и энергии, чем могучему вампиру-лорду. Но об этом он умолчал.
*****
- Фух… Исчезли… Славная битва! - еле проговорил задыхающийся и смертельно уставший Рогнар.
- Наконец-то! – воскликнула запыхавшаяся Дариэль. – Я думала, это никогда не закончится.
- Я тоже, - выдохнул Дилион и чуть не упал. – Думал, что пора сваливать.
Все, кроме Габриэля, стали вытряхивать насекомых из-под доспехов. Все вытряхивающие, кроме моркута, делали это одновременно с яростным чесанием лица и тела, а Рогнар ещё и вытряхивал обмороженных насекомых и лёд из своей бороды.
- Эти паразиты вас чуть не сожрали, - проговорил землянин, подскочив к «танцующим» соратникам.
- Что, сильно страшно? – спросила эльфийка, щупая своё лицо.
- Твою красоту ничто не испортит.
- Спасибо, - улыбнулась девушка.
Чешущиеся стали смазывать воспалённые, опухшие и покарябанные лица и шеи. Крутые друзья уберегли их от повреждений других видов и степеней.
- Вот кайфуха, наверно, - указал гном на поверженного рапанишу. – Сражаться сразу несколькими созданиями. Минуту одним, минуту другим.
- Я тоже об этом подумал, - посмотрел на него вампир. – Рапанишу от этого боя получил больше удовольствия, чем все мы, вместе взятые. Только он не по минуте – он каждые пять секунд перемещался.
- Рапанишу любят сражаться, - проговорил Вивер, идя в сторону убитого монстра. Остальные направились за ним. – Поэтому и попадают в списки Гильдии. Они ведь не съедают своих врагов. И вещи с деньгами им не нужны. Они нападают потому что хотят сражаться.
- Губительная страсть, - покачал головой Габриэль.
- Хорошо попрактиковались? – спросил моркут у мажущихся.
Те уже смазали лица с шеями, выпили целебные зелья и засовывали пальцы с мазью под доспехи.
- Я неплохо постреляла, - ответила Дариэль. – Никого не убила, но ранила и шокировала многих.
- Та же история, - сказал маг. – Никого не убил, но в целом повоевал неплохо.
- А я убил! – растянул лыбу Рогнар. – Оленя! И ранил многих! Если б не устал, косил бы их направо налево!
- Как он сложен! – восхитился Дилион рапанишу.
Синий гуманоид лежал на спине. Его глаза и рот были открыты, на лице застыла ярость.
- Да, идеальное сложение воина, - кивнул гном, осматривая мощное тело убитого. – Ты же хотел его кровушки вкусить? – повернулся он к вампиру.
- Да что-то перехотелось, - ответил тот. – Мишку по пути поймаю.
- На таких монстрах трудно тренироваться, - сказал Дилион. – Надо слабых тоже отмечать. Чтоб мы сами с ними сражались. Ранили, убивали.
- Да, - кивнула эльфийка. – За восемьдесят-сто золотых. Чтоб мы их убивали, а вы, - она посмотрела на двух сильнейших членов команды, - только страховали.
- Согласен, - проговорил Габриэль. - С такими чудилами вам ещё рано сражаться. Я никакого кайфа от боя не чувствовал - переживал, что кого-нибудь из вас снесут. Давайте делать так: сначала все вместе сражаемся со слабым, вы тренируетесь на нём, потом отправляем вас отдыхать и сами убиваем сильного. Думаю, так будет лучше для всех.
- Да, - согласился Вивер. – Я за.
- Я тоже, - закачал головой маг.
Рогнар с Дариэль тоже были за полное отстранение от охот на крутых чудищ. Они замучились, устали и чувствовали, что натянули свои силы и возможности до предела, чуть не лопнули их. Монстры сильнее рапанишу казались им сейчас недоступными божествами.
- Значит в рейд не пойдём в Бардане? – спросил гном.
- Думаю, не стоит, - помотал головой вампир. – Ты уже был в них. Они ещё успеют, - кивнул он на мага с эльфийкой. - Целее будете.
- Да, не стоит торопиться, - согласился с ним командир.
Они стали вспоминать интересные моменты битвы. Каждый называл то, что показалось интересным – таким, о чём можно рассказывать восторженно и брызгая слюной, - именно ему. Все зафиксировали бой с разных позиций, у всех были различные восприятия и наборы зрелищ, которые они уже видели в жизни. Коктейли картин, цветов, звуков, запахов и чувств, которые могли бы вызвать интерес у одного из них, тоже отличались от тех, которые могли бы вызвать интерес у другого. Сейчас, слушая друг друга, они получали более полную, объёмную картину произошедшего сражения. Само сражение разрасталось и становилось сложнее и массивнее в их сознаниях. И это происходило не только потому, что каждый называл то, что не увидели другие. Это происходило ещё и потому, что каждый называл то, что не восприняли, пропустили мимо себя другие, хоть и увидели это.
- Да, хороший был бой, - проговорил Вивер и присел на корточки возле рапанишу. - Покойся с миром, воин, - сказал он и приблизил свой кинжал к его шее.
Габриэль услышал странные шуршания слева от себя. Его воображение нарисовало дюжину рослых, тяжёлых людей, бегущих к ним в мягких валенках. Он повернулся на звуки и стал вглядываться в лес.
Моркут тоже уставился в ту сторону, откуда раздавались звуки.
Остальные трое повторили за ними. Их уши улавливали только далёкие рыки, вои и крики монстров. Никакого приближающегося шуршания они ещё не слышали.
- Аракин! – воскликнул Вивер, вскочив. – Бежит сюда! Габриэль, купол!
Вампир поднял руку и окружил Дариэль, Дилиона и Рогнара ледяным куполом с толстыми стенами и небольшими дырками для воздуха снизу.
- Эй! А чтобы смотреть дырки? – закричал маг.
- Нет! – сказал моркут. – Опасно!
- Может тебя тоже в купол? – спросил у него землянин.
- Заманчивое
