— Меня вывернуло от того, что я увидел, меня стошнило прямо на пол. Не мог сдержаться. Вонь была ужасная.
— И что ты тогда сделал? — спросил лорд Кэр.
— Ну, я выбежал из комнаты, — сказал Томми, снова отводя глаза.
Лорд Кэр встряхнул его.
— А ты не подумал обыскать комнату? У нее были драгоценности — шпилька с бриллиантом, жемчужные серьги, пряжки с бриллиантами и кольцо с гранатом.
— Я никогда… — начал Томми, но лорд Кэр тряхнул его так сильно, что он замолчал.
— Томми, дорогой мой ягненочек, — вздохнула Пэнси, — скажи лорду Кэру правду, или ты мне больше не нужен.
Томми с мрачным видом опустил голову.
— Они ей больше были не нужны. Она умерла. И если бы я оставил эти вещи там, то их украл бы хозяин дома. У меня было больше прав забрать их, чем у кого-то другого.
— Почему это? — спросила Темперанс.
Томми поднял голову и посмотрел на Темперанс, как будто видел ее в первый раз.
— Почему? Потому что я был ее братом.
Темперанс взглянула на Кэра. Его лицо ничего не выражало, но он застыл от неожиданности. Она снова обратилась к Томми:
— Так ты был братом Мари Хьюм?
— Да, я же сказал, — торопливо заговорил он. — У нас была одна мать, одна. Хотя Мари была лет на десять, или больше, старше меня.
Темперанс задумалась. Она заметила, как переглянулись лорд Кэр и Пэнси. Что-то тут было лишено всякого смысла. Темперанс чувствовала, что она чего-то не знает, того, что знали все присутствующие.
— Так, значит, ты ее хорошо знал? Томми смущенно пожал плечами:
— Достаточно хорошо.
— Бывали ли у нее другие гости, кроме лорда Кэра и тебя? — спросила Темперанс.
— А вот этого я не знаю, — медленно ответил Томми. — Я виделся с ней только раз в неделю.
Темперанс подалась вперед.
— Но вы, конечно, разговаривали с ней о жизни? Сестра, должно быть, рассказывала тебе, как она живет?
Томми смотрел на свои башмаки.
— Чаще всего я просил у нее денег.
Темперанс поразилась такому отсутствию братской любви. Она бы подумала, что Томми уклоняется от ответа, чтобы не сказать лишнего, но этот мальчик совсем не умел врать.
— Ты не догадываешься, кто мог убить ее? — неожиданно спросил лорд Кэр.
— Она была привязана к кровати, руки связаны над головой, ноги раздвинуты, а лицо накрыто капюшоном. Я сразу понял, кто ее убил.
Лорд Кэр взглянул на мальчика. — Кто?
Томми улыбнулся, но с такой кривой усмешкой, которая лишила его всей красоты.
— Ну, как же, милорд. Разве не так вы получали удовольствие от моей сестры?
Лазарус удивленно посмотрел на хорошенького мальчика. Надо признаться, он не ожидал такого обвинения — хотя следовало бы. Старательно избегая взгляда миссис Дьюз, Кэр отпустил мальчика. Как она восприняла эти слова Томми? С ужасом и отвращением?
— Ты мне больше не нужен, — сказал Лазарус, отпуская мальчишку.
Казалось, Томми был разочарован. Несомненно, он ожидал возражений, волнения и оправданий.
Будь он проклят, если мальчишка этого дождется. Томми взглянул на госпожу Пэнси. Ее лицо было бесстрастно, она кивнула, и Томми вышел из комнаты.
Когда за мальчиком закрылась дверь, Пэнси обратилась к Лазарусу:
— Это все?
— Нет. — Он подошел к маленькому камину и, глядя на огонь, попытался обдумать создавшееся положение. Его расследование зашло в тупик. Если мальчишка — брат Мари — не знал, кто ее убил, где еще искать теперь ответа? Кэр рассеянно вертел в руке свою трость. И вдруг его осенило. Он никогда не привязывал Мари к кровати; следовательно, это сделал какой-то другой мужчина — тот; кто в какой-то степени разделял его наклонности.
Он повернулся к госпоже Пэнси:
— Вы сказали, что в вашем заведении удовлетворяют капризы таких, как я.
Карлица подняла темные брови.
— Да, конечно. Не желаете ли посмотреть на наш отборный товар?
Он знал, что миссис Дьюз затаила дыхание. Он знал, что она застыла в углу комнаты. Возможно, она застыла от отвращения.
Он покачал головой:
— Нет. Мне нужны только сведения.
Госпожа Пэнси склонила набок свою непропорционально большую голову, в ее глазах светились ум и предвкушение возможной наживы.
— Какие же сведения вам нужны, милорд?
— Я хочу знать имена мужчин, которым нравится использовать веревки и капюшоны.
Пэнси посмотрела на него, подумала и затем решительно покачала головой:
— Поймите, я не могу выдавать имена наших клиентов. Он достал из кармана кошелек, на этот раз больше прежнего и бросил его на стол.
— В нем пятьдесят фунтов.
Пэнси удивленно подняла брови, взяла кошелек и, высыпав его содержимое себе на колени, по одной пересчитала все монеты. Закончив счет, задумалась; затем сложила монеты обратно в кошелек и спрятала его на груди.
Она откинулась в своем низком кресле и посмотрела на Кэра.
— Некоторым джентльменам нравится смотреть на забавы других джентльменов.
Он ждал продолжения.
— Может быть, вы хотели бы понаблюдать?
У Лазаруса в волнении забилось сердце, и он лишь кивнул.
— Джеки! — громко позвала Пэнси. В дверях появился лакей.
Она поманила его пальцем:
— Пожалуйста, покажи этому джентльмену глазки в дверях. Думаю, самое интересное вы увидите в шестой комнате, лорд Кэр.
Джеки молча повернулся, а Лазарус подошел к миссис Дьюз и взял ее за запястье.
Она отшатнулась от него, но он, крепко держа ее за руку, потянул спутницу к двери.
— Что вы делаете? Я не имею ни малейшего желания смотреть на какие-то «забавы».
— Я не могу оставить вас одну, — тихо проворчал он. Это была правда, но не вся правда. Он хотел показать ей то, что скрывается в глубине его души. Он знал, что эта правда оттолкнет Темперанс, но он хотел увидеть, как она все это воспримет. Раскрыть перед ней все тайны и ждать ее приговора.
Джеки провел их по узкой деревянной лестнице в сумрачный верхний коридор, по обе стороны которого находились двери, на каждой из них был грубо вырезан номер. Но вместо того чтобы войти в одну из них, лакей повел их в конец коридора, к двери без номера.
Джеки ключом открыл замок и впустил их внутрь.
— Идите в тот конец. Один час. Не дольше. И закрыл за ними дверь.
Миссис Дьюз прижалась к Лазарусу, он чувствовал, как она дрожит. Он наклонился и прошептал ей на ухо:
— Тише. Дверь не заперта. Мы можем уйти, как только захотим.
— Давайте сразу и уйдем, — прошептала она в ответ.
— Нет. — И он еще сильнее сжал ее руку.
Они находились в низком узком коридоре. Следуя указаниям Джеки, Кэр шел, держась рукой за стену. Коридор сделал резкий поворот, и Лазарус, прищурившись, заглянул за угол. Сначала показалось, что там царила полная темнота, но когда глаза привыкли к темноте, Кэр разглядел крохотные светлые точечки, с равными интервалами расположенные на одной из стен. Он подошел к первой и увидел, что это дверной глазок. Под ним, едва заметный в свете, падавшем из этой комнаты, виднелся номер девять.
