— Я не разглядела как следует его глаза, — честно призналась Темперанс. — На нем была черная полумаска с длинным крючковатым носом.
Уинтер фыркнул.
Она посмотрела на него.
— И он был в пестрой красно-черной одежде, как у Арлекина.
При этих словах брат приподнял брови, проявляя хотя и слабый, но интерес.
— В театральном костюме? Похоже, он сумасшедший.
— Сумасшедший актер. — Нелл поежилась от восторга.
— Для сумасшедшего он слишком хорошо дрался, — с сомнением заметила Темперанс.
— Может быть, он просто разбойник со склонностью к театральности? — сухо предположил Уинтер.
— Или настоящий призрак, пришедший в Сент-Джайлс, чтобы отомстить за свою смерть, — сказала Нелл.
Темперанс покачала головой:
— Это был не призрак. Я видела человека из плоти и крови, высокого и худощавого. — Она загадочно улыбнулась. — Его фигура почти не отличалась от твоей, братец.
Нелл сдержалась и не хихикнула. А Уинтер лишь вздохнул.
— Но кем бы он ни был, — поспешила сказать Темперанс, — я обязана ему жизнью.
— Вот поэтому тебе лучше не встречаться больше с лордом Кэром, — ответил Уинтер.
Темперанс поморщилась, понимая, что брат прав. Если бы она не так устала! Она потерла виски:
— Уинтер, пожалуйста, давай перенесем этот разговор на завтра.
Он посмотрел на нее, его грустные карие глаза помрачнели, затем он кивнул и встал.
— Сегодня я избавлю тебя от спора, но сон не изменит моего мнения. Твоя связь с этим человеком подвергла тебя опасности, помешала тебе выполнять свои обязательства перед приютом и детьми и, боюсь, заставила утратить здравый смысл и добродетель. Я не хочу, чтобы ты опять виделась с лордом Кэром.
Он вежливо кивнул и вышел из кухни. Темперанс опустила голову на сложенные на столе руки. Нелл кашлянула, нарушив короткое молчание. — Мне всегда помогает чашка чая, особенно перед сном. Темперанс сдержала слезы, готовые хлынуть из ее глаз.
— Спасибо.
У них с Уинтером никогда не было горячих споров. Эйса и Конкорд могли свести ее с ума своим упорным нежеланием и неспособностью понять другого человека, но Уинтер никогда не повышал голоса. Он был думающим человеком, которого нелегко рассердить, и сознание того, что она сделала в эту ночь, страшно расстроило Темперанс.
Нелл поставила на стол чайник и две чашки и села напротив. Разлив горячий чай, она сказала:
— Мистер Мейкпис не хотел быть таким… таким… э… — Нелл умолкла, явно не в состоянии найти подходящего слова.
Темперанс мрачно усмехнулась:
— Нет, хотел.
— О, но…
— И он прав. — Темперанс придвинула к себе чашку. — Мне не следовало оставлять его и шататься по Ист-Энду с лордом Кэром. Я пренебрегла своими обязанностями.
— Лорд Кэр очень… красивый мужчина, очень приятный, по-моему.
Темперанс взглянула на служанку. Нелл прикусила губу.
— А эти волосы, такие длинные, густые и блестящие. Как серебро! Просто поразительные волосы.
— Мне нравятся его глаза, — призналась Темперанс.
— Правда?
На столе расплылась капля чая, и Темперанс, окунув в нее кончик пальца, нарисовала круг.
— Я никогда не видела таких синих глаз.
— И у него очень неплохой нос, — задумчиво сказала Нелл.
— А губы такие полные и приподняты в уголках. Ты заметила?
Нелл вздохнула, что было достаточно ясным ответом.
— Они такие твердые и в то же время такие мягкие, что дух захватывает.
Темперанс поняла, что, вероятно, сказала слишком многое, и торопливо глотнула чаю. Нелл задумчиво смотрела на нее.
— Он, кажется, имеет к вам особый… интерес. Темперанс снова опустила глаза. Ее чайный круг уже высох.
— Что ты болтаешь?
— Так говорит Полли, — сказала Нелл. — Полли сказала, что он так смотрел на вас, что ее бросало в дрожь.
Как же он смотрел на нее? Не принимала ли Нелл похоть за чувство? И почему это так много значит для нее? Темперанс положила ладони на стол.
— Его желания неестественны. И даже если это не так, какой я буду женщиной, если дам волю своей чувственности?
— Вероятно, обыкновенной, — тихо сказала Нелл.
Темперанс молчала, вспоминая рыжеволосую женщину с шарфом на глазах, и как сама была возбуждена этой сценой. Она так устала, пытаясь сдерживать свои желания, а тут появился лорд Кэр, который даже и не пытался их сдерживать. Казалось, он наслаждается ими.
Нелл кашлянула.
— У меня когда-то был друг, который любил поразвлечься в спальне.
— В самом деле?
Нелл почти никогда не говорила о своей прежней профессии.
Служанка кивнула.
— Во всех отношениях он был обычным джентльменом, он делал часы, но в спальне ему нравилось связывать леди.
Темперанс старательно не отрывала глаз от стола и своих рук, но все равно чувствовала, как пылают ее щеки. Обсуждать все это было ужасно стыдно, но мысленно проделывать это с лордом Кэром… О Боже!
— А… — Темперанс запнулась и облизнула губы. — А тебе было больно?
— О нет, мэм, — ответила Нелл. — Не путайте, есть джентльмены, которым нравится причинять девушкам боль, но мой джентльмен не из них. По-моему, ему просто нравилось, что я не могла двигаться.
— О, — только и произнесла Темперанс.
Ей вообще не следовало об этом думать; эти мысли пробуждали в ней самые греховные желания. Но вместе с ними в ее груди назревал бунт. Что такого ужасного в том, что она просто поразмышляет о сексуальных отношениях с Кэром? Представит, какое ощущение вызывает этот шарф? Вообразит, что бы он делал, если бы она, связанная и беспомощная, лежала перед ним?
— А я думала, ты не одобряешь лорда Кэра.
— Я не знаю его, — осторожно сказала Нелл. — Я знаю только, какой репутацией он пользуется в Сент-Джайлсе среди дам ночной профессии.
Темперанс задумалась.
— Того, что он вообще имеет репутацию среди таких дам, уже достаточно, чтобы вызвать неодобрение.
— Может, вы и правы. — Нелл вздохнула. — Конечно, мужчина должен оставаться целомудренным, если он не женат. Ему не следует посещать шлюх, если у него возникают желания.
Темперанс нервно кивнула. Конечно, не следует, связи вне брачных уз — грех.
— Дело в том, мэм, — тихо сказала Нелл, — что просто не представляю, что это может быть больно.
Темперанс мгновенно подняла на нее глаза.
— Что ты хочешь этим сказать? Нелл передернула плечами.
— Ну, альковные игры. Думаю, всем мужчинам и большинству женщин они нравятся, даже вне брака. Что в этом плохого?
Темперанс изумленно смотрела на нее, не в силах сказать и слова.
Нелл придвинулась к ней.
