руку, и Янис пожал ее.
– Я сожалею, что мы не приехали раньше, и тебе пришлось все это терпеть, – хрипловато произнес он, потрясенный увиденным. На его побледневшем лице даже выступили капельки пота, которые он торопливо смахнул носовым платком.
Константину тоже стало не по себе. Мелкий авантюрист Нестор Беглитис показал еще один маленький кусочек своей изнанки. Офисный планктон, да? Не просто получить порцию острых ощущений, не просто отдать долг совести нежданному спасителю, но и осуществить возмездие, рассчитаться с обидчиками. Как, интересно, он собирается с ними поступить?
Общая неловкость, ранящее молчание… Конец этому положило явление Йоргоса. При неярком холодноватом освещении кабинета его худое горбоносое лицо казалось маской арлекина.
– Выпить не желаете, господа мои? Нет, я не уговариваю. Только, мне кажется, у вас тут серьезные дела, которые требуют крепких нервов. Суета ни к чему, да? Так, может, немного Метаксы? Совсем чуть-чуть. Для ясности сознания и твердости руки.
Они переглянулись. Первым заговорил Константин.
– Да, Йоргос, спасибо. Мне большую рюмку.
Янис громко застонал.
– Что? – смеясь, спросил Нестор. И кивнул бармену. – Мне тоже, Йоргос.
– Завидуй молча, – посоветовал Константин, окидывая разрываемого противоречивыми чувствами Яниса насмешливым, хотя и дружелюбным, взглядом. – Или присоединяйся к нашему празднику.
– Искусители, – отозвался тот, страдая. – Кто-то же должен быть трезвым, когда начнется экшен.
– Должен? – удивился Нестор. – Почему?
– Я понял, три большие рюмки, – с этими словами Йоргос исчез и появился вторично через десять минут. Расставил на столике коньячные рюмки, бутылку Метаксы семь звезд, три чашки с горячим черным кофе и керамическое блюдо с наломанным темным шоколадом. – Сигары, господа? Сию минуту… – Наклонился к Нестору. – Отонас приехал, ждет внизу.
– Я сейчас спущусь.
– Платишь наличными?
– Да. Как обычно.
Йоргос прищелкнул языком.
– Ты мой золотой!
Его кривляния слегка напрягали Константина, но он допускал, что таким образом Йоргос снимает нервное напряжение, возникающее в процессе решения некоторых проблем.
Едва за барменом закрылась дверь, Нестор ткнул в Константина указательным пальцем.
– Давай, брат, звони.
Ну да, вот оно. То самое мгновение, от которого зависит успех всей операции.
Он глубоко вздохнул, задержал дыхание… резко выдохнул и взял в руки смартфон.
Тип, ответивший на звонок, выслушал его очень внимательно. Не хамил, не угрожал. Сказал только: «Оставайся на связи. В течение получаса тебе перезвонят». И отключился.
– Либо он не может передать трубку Алине, потому что находится совсем не там, где она, и, возможно, толком ничего о ней не знает, либо боится проявлять инициативу и предпочитает лишний раз запросить распоряжения начальства, – задумчиво произнес Нестор, обращаясь к Константину. Покинул свое место и присел на широкий мягкий подлокотник его кресла. – Мне нужен номер, с которого тебе перезвонят.
Ему сказали «в течение получаса», и он никак не ожидал, что это случится через пять минут. Положил смартфон на край стола, взял рюмку, отметив, что пальцы подрагивают от волнения, сделал большой глоток… посидел с закрытыми глазами, стараясь не думать ни о чем… открыл глаза, потянулся за сигаретами…
…и тут раздался звонок.
Вздрогнув всем телом, Константин изменил траекторию движения руки, и пальцы его встретились с пальцами Нестора. Тот ловко перехватил смартфон, уставился на высветившийся номер. Шевельнул губами, словно бы отвечая невидимому собеседнику, отдал смартфон Константину и замер, весь превратившись в слух.
– Ты хотел убедиться, что твоя женщина жива и здорова – просипела трубка, – сейчас у тебя будет такая возможность. Ей велено говорить по-английски, чтобы мы ее понимали. Тебе я советую делать то же самое. Не пытайся перейти на русский, иначе ваш разговор тут же прервут.
Затем он услышал голос Алины, и сердце чуть не выпрыгнуло у него из груди.
– Костя, все в порядке, все в порядке, – следуя указаниям похитителей, она говорила по-английски, но такой невнятной скороговоркой, что он едва ее понимал, – со мной хорошо обращаются, – не меняя интонаций, она перешла на русский, – похоже на заброшенную общагу, – и обратно на английский, – дают пить воду и не обижают, только связывают руки… Эй! Куда?
Тогда только ему стало ясно, зачем она так частила, глотая половину слов.
– Погодите! – продолжала возмущаться Алина. – Дайте сюда телефон! – Голос ее постепенно затихал. – Вы же обещали…
Константин напряженно прислушивался. Увели? Кажется, да.
– Слушай и не перебивай, – просипела трубка. – Ты приедешь ровно в шесть утра в Неа Фокья, поднимешься на пешеходный мост через автомобильную дорогу недалеко от византийской башни, положишь на перила то, что нам нужно, и вернешься в Ханиоти. Если вся информация будет невредимой и доступной для чтения, в семь утра твоя подруга вернется в отель. Если часть информации окажется уничтоженной или закрытой паролем, мы снимаем с себя ответственность за ее благополучие.
– Вы давно не имели дела с полицией? – осведомился Константин. – В шесть утра я оставлю на перилах моста сотовый телефон Джонаса Геруланоса, а когда вернусь в отель, моя коллега должна быть уже там, живая и здоровая. Если да, то вы и ваш босс получите пароль к закрытому файлу, а если нет, то лет по пятнадцать тюрьмы. Мои условия вполне приемлемы, и вы это понимаете. Мне советовали не делать глупостей, возвращаю вам этот совет.
– Твоя подруга красива, – сообщил его собеседник с нескрываемым злорадством и на этом закончил разговор.
Нестор уже нажимал кнопочки на своем смартфоне. Почувствовав на себе пристальный взгляд, кивнул головой, продиктовал кому-то номер, с которого поступил звонок, сказал в трубку «спасибо, старина» и затем Константину:
– Теперь ждем. Терпение, Костас, терпение…
Тот издал короткий рычащий стон.
– Я не успел ничего ей сказать.
– А она? Что сказала она? Из того, что могло бы нам пригодиться.
– Она сказала «похоже на заброшенную общагу». Сказала по-русски. Все остальное по-английски. Значит, никто из них не знает русского языка.
– Что такое общага? – спросил Нестор.
– Общежитие, – пояснил Константин, – чаще всего студенческое. Думаю, Алина использовала это слово, чтобы не говорить «отель». Заброшенный отель.
– Заброшенный?
– Да.
Минуту Нестор молча смотрел в пространство. В его позе читалась решимость, которая и вызывала уважение, и пугала одновременно. Отчаянный малый, да. Только бы не наломал дров…
– Оʼкей. Что сказали эти люди?
Константин воспроизвел.
– Фу! – Нестор скривился, взял из пачки, лежащей на середине стола, сигарету, прикурил и с дымящейся сигаретой в зубах направился к двери. – Меня там ждут. Я быстро.
– Куда это он? – пробормотал Константин, чтобы не сидеть в убийственном молчании.
– Бармен же сказал, приехал какой-то Отонас, ждет внизу.
Янис тоже маялся от неопределенности.
– И что это может быть? Наркотики?
– Не думаю.
– Оружие?
– Это вполне.
– О черт…
Константин выбрался из кресла, дошел до окна с опущенными горизонтальными шторками-жалюзи
