в сумке занял место ведомого.
Открытые пространства, кустарник по обочинам, заправочные станции, супермаркеты, сувенирные лавки, таверны, опять кустарник, опять открытые пространства… опять супермаркеты… указатели, повороты, перекрестки… когда Янис осторожно похлопал его по спине между лопаток, предупреждая, что приближается нужный поворот, он уже потерял всему этому счет и гнал мотоцикл бездумно, как запрограммированный.
Повинуясь сигналу, Константин свернул с главной дороги на второстепенную, проехал под мостом, перекинутым непонятно от чего к чему, некоторое время полз со всей возможной медлительностью по растрескавшемуся асфальту, потом еще раз свернул налево и оказался на грунтовке. Янис похлопал его по спине вторично, намекая, что пора слезать с коня и топать на своих двоих, иначе враг услышит рев двигателей. Катить по земле, пусть даже ровной и твердой, двухсоткилограммовые байки, было, мягко говоря, не легко. Худощавые наездники пыхтели и обливались потом. К тому же ночь выдалась жаркая и безветренная, что тоже не облегчало задачу.
– Здесь, – прошептал Янис, указывая на небольшую полянку среди высоких и почти непролазных зарослей. – Можно оставить байки здесь, чтобы в случае чего быстро до них добраться.
Хорошо еще, небо было ясным. При свете луны и звезд они закатили мотоциклы на полянку, развернули, поставили на подножки.
– Кому первому представится возможность увезти отсюда Алину, тот пусть увозит ее без промедления, – сказал Нестор. – Не дожидаясь остальных. Понятно?
– Да.
Повернувшись, Янис скользнул во мрак между деревьями. Константин последовал за ним. За своей спиной он слышал тяжелое дыхание Нестора.
Длинное двухэтажное здание с плоской крышей стояло на ровном, как доска, участке земли. Два корпуса, соединенные на уровне второго этажа открытым переходом, вытянулись вдоль береговой линии. Место вокруг было совершенно открытое, но от дороги, как и говорил Янис, отель отделяла широкая полоса растительности, состоящая из деревьев вперемешку с кустарником, а от моря – кустарник. В просветах между ветвями поблескивала агатово-черная вода.
– Где их машины? – тихо спросил Нестор, выглядывая из-за плеча Константина. – Откуда они заехали?
Обернувшись, тот уловил легкий запах алкоголя.
– Думаю, оттуда же, откуда и мы, но проехали вдоль всего здания и, возможно, припарковались с другой стороны. Кажется, в одном из окон первого этажа горит свет. В самом последнем. Янис, ты видишь?
– Да, – подтвердил Янис.
– Я схожу посмотрю, – Нестор попятился назад.
– Я с тобой, – сказал Константин.
– Только без самодеятельности.
В зарослях вокруг отеля можно было разместить целое спецподразделение. Ни здание, ни площадка для парковки автомобилей не охранялись, так что двое мужчин беспрепятственно добрались до своей цели и приступили к осмотру транпортных средств. Джип «чероки», «ниссан альмера» и «рено меган». Нестор поочередно посветил фонариком смартфона на их номера.
– Узнаешь? – шепотом спросил Константин, глядя на его помрачневшее лицо.
Нестор указал на «чероки».
– Зенон Франгос здесь. – Затем на стоящий рядом «ниссан». – И его правая рука Павлос Манитакис.
– И что?
Губы Нестора чуть дрогнули. Он посмотрел Константину в глаза.
– Это хорошо для моих целей, Костас. Но не очень хорошо для твоих. – Он улыбнулся. – Ладно, не имеет значения. Все равно мы сделаем то, зачем пришли.
– Ты нормально себя чувствуешь? – Взгляд Константина скользнул по его телу, по одежде, скрывающей ссадины и кровоподтеки. – Ничего не болит?
Нестор отвернулся и некоторое время смотрел, прищурив глаза, на единственное светящееся окно давным давно заброшенного отеля.
– Болит. Ровно так, как нужно, чтобы довести дело до конца.
Хороший ответ. Впрочем, он и не ждал другого.
Прижимаясь спиной к высокому дереву, практически сливаясь в темноте со стволом, Константин внимательно разглядывал отель.
Невзрачное здание, сложенное из серых бетонных блоков и панелей, покрытых трещинами и подтеками. Стены первого этажа местами украшены черно-красными граффити и надписями непристойного содержания, нанесенными черной краской из баллончиков. По второму этажу тянется балкон с заржавленным ограждением, боксы-номера отделены друг от друга тонкими вертикальными перегородками. Зрелище и впрямь унылое и жутковатое. Все балконные двери и окна на обоих этажах наглухо закрыты рольставнями, а первый этаж плюс к этому еще и затянут сеткой-рабицей, без кусачек не совладать…
Нет, не все! Не все двери и окна закрыты наглухо. В одном отсеке на втором этаже полотно ставни сдвинуто в сторону, и рядом с разделительной перегородкой зияет черная вертикальная щель.
Глядя на нее, Константин тихонько засвистел арию тореадора из оперы «Кармен».
– Я иду или ты? – выдохнул ему в ухо Нестор.
Янис остался около мотоциклов.
– Ты уже ходил один раз, – сердито сказал Константин. – Там, в Наусе. И все мы знаем, чем кончилось дело.
– Ладно, давай ты.
– Пожелай мне удачи.
– Не буду, – отозвался Нестор со смешком. – У тебя с этим все в порядке.
Ну, может быть.
Оттолкнувшись от дерева, Константин погладил через курточную ткань свой «глок», глубоко вздохнул и медленно двинулся через открытый участок двора к зданию отеля, ставшего для его подруги тюрьмой.
15
Она старалась чаще менять позы, чтобы не застаивалась кровь, но стянутые за спиной руки уже онемели от боли, и все мышцы, связанные с шейным отделом позвоночника, ощущались как каменные. Если бы можно было следить за временем! Но у нее не было ни часов, ни мобильного телефона, ни возможности всем этим пользоваться. Даже фонарь великодушный надзиратель – тот самый, что дал ей напиться, – унес с собой. Алина просила оставить свет, но он только покачал головой и ушел. В принципе она его понимала. Если в этой импровизированной тюрьме других заключенных нет, пробивающийся изнутри свет безошибочно укажет ее местоположение тому, кто придет ей на выручку… если придет.
«Минуточку. Что значит «если»? Придет обязательно! Не думаешь же ты, – обратилась к ней притихшая было Авелин, – что твой мужчина оставит тебя подыхать в этой дыре?»
Она вздохнула и ничего не ответила. Препираться не было сил.
Воздух в закрытом со всех сторон боксе без кондиционера был спертый и тяжелый. Кто знает, что происходило в этом здании с тех пор, как оно перестало выполнять функции отеля. Может, здесь тусовались наркоманы, ширялись, курили и заодно справляли нужду. Выраженных неприятных запахов она не чувствовала, но под действием препарата, который ей вкололи перед похищением, и от последующего долгого сидения взаперти у нее могло притупиться обоняние.
Закрыв глаза – все равно в обступившей тьме почти ничего не было видно, – Алина сползла по стене на корточки и слегка запрокинула голову, прижавшись затылком к холодному шершавому бетону. Нет, она не думала, что Константин ее оставит. Но она панически боялась, что он допустит ошибку. Хотя что в данной ситуации считать ошибкой? Обратиться в полицию, столкнуться с
