на него, и он заткнулся. В боксе воцарилась тишина.
Опять Алина стояла перед царем горы, и его тяжелый взгляд – взгляд людоеда из пампасов – пронизывал ее до костей. Он был все в той же белой рубашке с закатанными до локтей рукавами. Крупный, смуглый, волосатый, каким она его и запомнила. Кошмар повторялся.
– Где и когда Дрёмов встретился с Беглитисом, чтобы передать ему телефон Геруланоса?
Значит, теперь называем вещи своими именами. Интересно, благодаря какому волшебству Франгос оказался на свободе. Возможно ли, чтобы его отпустили под залог? Если только он сумел доказать свою непричастность к убийству. Но все равно слишком быстро. Нужно иметь знакомства на очень высоком уровне.
– Вечером. Точного времени не назову. Было уже темно…
– Как Беглитис нашел его?
– Не знаю. Я специально отошла в сторону, чтобы не слышать их разговор.
– Специально? – насупившись, переспросил царь горы.
– Да. Я не хотела больше ничего об этом знать. Хотела посвятить несколько дней пляжному отдыху и вернуться в Москву. Я простой менеджер, а не героиня блокбастера.
– Ты ни о чем не спросила, а он ничего не сказал?
– Сказал, что они договорились встретиться чуть погодя… Косте надо было забрать мобильник из сейфа… ну и что завтра обо всей этой нервотрепке можно будет забыть навсегда.
– Почему он не передал телефон Геруланоса полиции?
Толком не понимая, откуда это взялось, Алина ответила:
– Кажется, он обсуждал этот вопрос со следователем. Может, следователь решил пока не забирать у него телефон, а дождаться… ну, не знаю… каких-нибудь действий со стороны господина Цафтариса.
Франгос призадумался. Человек, руководивший поиском чужаков на заводе в Наусе, заговорил с ним по-гречески. Потом Франгоса позвали из коридора, и он спешно удалился. Командир группы захвата последовал за ним.
– Что вы собираетесь делать? – спросила Алина, бессознательно оттягивая тот момент, когда «хороший охранник» тоже уйдет, оставив ее здесь в темноте и одиночестве. – Я имею в виду, со мной.
– До утра ты пробудешь здесь, – ответил «хороший охранник».
– До утра? – повторила она, холодея. – А что случится утром?
– Утром за тобой придет машина. Она уже в пути.
– Что за машина? Куда меня повезут?
– Постарайся понять, что криком, визгом, плачем, сопротивлением ты себе не поможешь, – сказал он, игнорируя ее вопросы. – Слушайся и останешься жива.
Она хотела сказать, что именно криком, визгом и сопротивлением помогла себе уже два раза, но, подумав, сказала другое:
– Я гражданка России. Вы же не думаете, что полиция и консульство останутся в стороне?
– Думать – не моя работа, – усмехнулся «хороший охранник». – Мне платят за другое. А теперь закрой рот и сиди тихо. – Он подвинул к ней стул. – Если еще раз завопишь, придется вколоть тебе успокоительное.
Уроды. Все до единого.
Чувствуя, как болезненно вибрируют натянутые до предела струны нервов, Алина присела на край пляжного стула и попыталась расслабиться. Хотя бы немного. Те страхи, которые преследовали ее поначалу – страхи, поднявшиеся из тьмы бессознательного, подпитанные в свое время чтением готических романов и просмотром ужастиков, – сменились другими, вполне реальными и рациональными.
Утром за тобой придет машина.
Что это значит? Ее собираются вывезти из страны? Продать в какой-нибудь Иран или Афганистан?
Призывать себя к спокойствию при наличии веских оснований для таких страхов было бесполезно. Оставалось только надеяться… на счастливую случайность или на Константина.
Он поднял голову, осмотрел ржавые горизонтальные прутья, к которым когда-то крепились пластиковые панели, ограждающие балкон второго этажа, примерился, подпрыгнул, ухватился, подтянулся – и через несколько секунд уже стоял перед полуоткрытой дверью, ведущей в здание.
Полотно рольставни откатилось с негромким скрежетом, и Константин, переступив порог, некоторое время прислушивался, стараясь определить, не привлек ли этот звук внимание призрачных обитателей отеля, а заодно и постояльцев из плоти и крови. Нет. Никто не устремился в его сторону с криками «держи, лови, хватай!» Лунный свет, проникающий через проем балконной двери, позволял разглядеть и дверь, ведущую в коридор, которая тоже была приоткрыта. Константина поразил запах, точнее, вся атмосфера помещения – атмосфера склепа. Именно так он представлял себе многоквартирный дом на Лос-Террос-стрит в Лос-Анжелесе после нашествия вампиров. Сигаретные окурки и пивные жестянки на полу. Обломки мебели, свернутые в рулон не то шторы, не то ковры, громоздящиеся в углу картонные коробки и стопки газет.
И полнейшее безмолвие. Теперь осталось по примеру отца Сильверы и юного толкача Рико отыскать под всем этим несколько завернутых в простыни укушенных, постепенно мутирующих в кровососов, узнать в одном из них Алину и с чистой совестью сойти с ума.
Стараясь ступать медленно и осторожно, Константин прошел через захламленный номер к двери, толкнул ее двумя пальцами, достал из кармана куртки пистолет и выскользнул в коридор. Прижался спиной к стене. Посмотрел направо, налево. По спине и вискам струился пот. Сердце выдавало сто двадцать ударов в минуту.
Теперь осмотреть весь этаж, найти лестницу и выход наружу. Спокойно. Без спешки. Не останавливаться. Течь, как вода.
Закончив обход, он опустил левую руку в карман, где лежал смартфон, но тут же застыл изваянием напротив лестничного марша. Снизу донесся шум. Сначала крик – кричал мужчина, причем во всю глотку, что называется, от души, – потом грохот отодвигаемых стульев, топот, звуки борьбы, голоса… Несколько мужских голосов и один женский.
Константин закрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. Опять открыл. Спустился на три ступеньки, чтобы лучше слышать. Подумал и вернулся обратно в коридор. Обнаружив место, где слышимость была наилучшей, он присел на корточки, глядя вниз, как будто стараясь взглядом прожечь дырку в полу, чуть погодя выпрямился, осмотрелся, пересчитал двери, добежал до противоположного конца коридора, где не было лестницы, зато был путь через балкон предпоследнего номера, которым он и воспользовался полчаса назад. Извлек из кармана смартфон.
– Слушаю, – отозвался Нестор.
– Я на втором этаже. Здесь чисто. – Он говорил очень тихо и очень внятно.
– Уверен?
– Да. Я осмотрел весь этаж. Внутри здания лестница одна. Со стороны парковки. Где расположен вход. И где сидят покойники.
Нестор коротко хохотнул.
– О, как ты прав, дружище! Продолжай.
– С другой стороны коридора – дверь, за которой открытый переход, соединяющий два корпуса. Она заперта.
– Где держат Алину?
– На первом этаже. В одном из номеров, пятом или шестом от входа.
– Значит, чтобы попасть туда, тебе придется пройти мимо…
– Мимо всей компании, – подтвердил Константин. – Они сидят в кабинете дежурного администратора, назовем это так, из которого, если держать дверь открытой, просматриваются и коридор, и главный вход. Устроили там штаб.
– Хреново.
– Да. Один я, может быть, и проскочу, но вдвоем… – Он немного подумал. – Я не буду отключаться, чтобы тебе
