Потирая рукой шею, Сирина насуплено смотрела на расписание. Его можно составить не так запутанно, размышляла девушка, если нанять еще одного крупье. Это позволил более гибко распределять часы работы и …
– Да, войдите. – Не поднимая глаз, Сирина продолжала изучать расписание. Дополнительный крупье, который сможет заменять уставших работников, позволит ей играть сменами. Внезапно на бумаги перед ней лег букетик фиалок.
– Думаю, это привлечет твое внимание.
Чувствуя, как забилось сердце, Сирина оторвала взгляд от бумаг.
– Джастин! – Она вскочила с кресла и бросилась в его объятья. Оба этого не ожидали.
Когда его рот накрыл ее губы, он понял, что впервые видит на ее лице такую непосредственную и беспредельную радость. И это из-за него. Утомление от длинного перелета, напряжение последней недели – все исчезло.
– Что есть такого в женщине, – спросил ее Джастин, – доставляющее такое удовольствие обнимать только ее?
Улыбнувшись, она склонила голову набок. Его лицо с такого близкого расстояния вызвало беспокойство.
– Ты выглядишь усталым. – Ее пальцы нежно скользнули по морщинкам вокруг рта. – Я никогда не видела тебя настолько утомленным. Было так плохо?
– У меня случались и более приятные недели. – Он прижался сильнее, желая полнее почувствовать ее запах, ее близость. Джастин подумал, что позже расскажет ей об аккуратно напечатанной записке, которую он получил. Еще одна угроза, без каких либо причин и подробностей, просто предупреждение, что это не конец. – Я исполнил свое обещание, – добавил Джастин, проводя руками по свободным от одежды частям ее тела.
– Ммм. Какое именно?
– Я был осторожным, но несчастным без тебя.
Сирина не засмеялась, как он ожидал, а подняла руки и обняла за шею. Борясь со слезами, она прильнула губами к его коже.
– Ты не позвонил. Я ждала, что ты позвонишь, – прошептала девушка. Испугавшись своих слов, Сирина разжала руки, сглотнула слезы и покачала головой. – Нет, я не это имела в виду. Ты был очень занят. – Она подняла руки, но затем беспомощно их опустила. – И я. И я тоже. У меня было столько разных дел … – Она снова повернулась к столу. – Мы оба – взрослые и независимые люди. Худшим из того, что можно придумать, были бы ограничения в нашей свободе.
– Ты начинаешь много говорить, когда нервничаешь, – прокомментировал Джастин.
Сирина резко развернулась, ее глаза сверкнули от ярости.
– Не смей надо мной смеяться.
– Я особенно скучал по такому убийственному взгляду, – сказал он, приближаясь. Нежно поднял ее голову руками, чтобы посмотреть прямо в глаза. Сирина почувствовала, как раздражение уходит, оставляя ее ослабевшей и дрожащей. – Сирина, – прошептал он, вздохнув, и накрыл ее рот своим.
Поцелуй из мягкого очень быстро перерос в голодный. Она чувствовала рвущуюся из него энергию, которая соединялась с ее собственной, как только их губы соединялись, а разъединялись только для того, чтобы при новом слиянии углубить удовольствие. Недельная разлука усилила жадные поиски двух пар горячих губ, двух пар мятущихся рук. Со стоном Джастин сжал ее в объятьях. Промелькнула мысль, что ни одна женщина никогда не заставляла его так страдать.
– Господи, я хочу тебя, Сирина. Я так хочу тебя, что не могу думать больше ни о чем, только чтобы быть с тобой.
Сирина прижалась щекой к его щеке, но движение за стеклом ее отвлекло.
– Глупо, – призналась она, – но я чувствую себя … выставленной на всеобщее обозрение. – Она засмеялась и немного отдвинулась. Когда Сирина подняла голову и взглянула в его глаза, ее сердце снова сильно забилось. – Почему бы тебе не закрыть панель, – предложила она шепотом, – и не заняться со мной любовью? – Стук в дверь вызвал у нее стон.
С продолжительным вздохом Джастин отстранился. Теперь он только слегка поддерживал ее за плечи.
– Я совсем забыл, что привез тебе подарок.
– Попроси их уйти, – настаивала Сирина. – А подарок отдашь мне позже. – Она протянула к Джастину руки. – Значительно позже.
Стук раздался снова. – Давай, Джастин, твои десять минут закончились.
– Кейн? – Джастин наблюдал, как по лицу Сирины разливалось удивление и удовольствие. – Кейн!
Поцеловав ее в нос, он позволил своим рукам отпустить девушку.
– Не хочешь их впустить?
Подбежав к двери, Сирина открыла ее.
– Кейн, Алан! – Со смехом девушка бросилась к братьям. – Что вы здесь делаете? – целуя их обоих, поинтересовалась Сирина. – Коллапс и в федеральном правительстве и в правительстве штата?
– Даже государственные служащие нуждаются в нескольких днях отдыха сейчас и в будущем, – пошутил Кейн и отодвинул сестру на расстояние вытянутых рук.
Он так мало изменился, подумала Сирина. Хотя оба ее брата унаследовали высокий рост отца. Кейн был более худощавым и гибким. Почти худым, задумчиво решила Сирина с сестринской объективностью. Лицо все такое же правильное, красивое, с привлекательной улыбкой, которую он часто использовал в своих целях, с глазами, почти такими же темными, как ее собственные. Волнистые, небрежно уложенные волосы были светлыми с красноватым оттенком. Рассматривая брата, она легко понимала, почему его репутация в отношении женщин была настолько же высокой, как и репутация юриста.
– Хмм. Она не стала хуже, не так ли, Алан?
Сирина приподняла брови и повернулась к старшему брату.
– Вроде нет, – ответил он и улыбнулся сестре легкой, но серьезной улыбкой, которая так подходила его темному задумчивому взгляду. Он был больше похож на мистера Хитклиффа[9], подумала Сирина, чем на сенатора США. – Думаю, она все еще немного худощава. – Он взял Сирину пальцами за подбородок и повернул ее голову вправо, затем влево. – Хорошенькая девушка, – продолжил Алан, прекрасно имитируя грассирующее произношение отца.
– Может быть, тебе стоит жениться на Арлин Джадсон в конце концов? – слащавым голосом спросила Сирина. Затем, смягчившись, она обняла обоих братьев. – Как я рада вас видеть!
Джастин сидел на углу письменного стола Сирины и смотрел на них. Девушка выглядела очень маленькой рядом с двумя высокими мужчинами. Джастин впервые смог заметить сходство Сирины и Кейна – в форме рта, носа, глаз. Алан был большим и более грубым вариантом Анны, хотя все трое имели общие черты с Дэниелом. Сейчас это было настолько очевидным, что Джастин пытался понять, как он не заметил семейного сходства при первой встрече с Сириной.
Возможно, надо было увидеть их вместе, чтобы представить Сирину в роли сестры. Мысль о Диане вызвала укол сожаления. Он сделал все, что смог, напомнил сам себе Джастин. До сих пор он не представлял, что значит иметь такой общий фундамент. С семьей совместно прожиты долгие годы, а это намного больше, чем он сможет когда-либо занять в сердце Сирины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
