необычное заметишь.
— Будет сделано! — браво отрапортовал хитрец, покосившись на весьма похудевший кулек в своих руках.
— Намек ясен, — рассмеялась я и отправилась ловить экипаж, оставив детей дальше играть в свои «игры».
Как и полагается «таксисту», каждый извозчик имел в голове встроенный навигатор, так что к цели мы добрались минут за пять-семь. И, выйдя возле нужного дома, я порадовалась, что память не подводит меня даже в новом мире.
Улица, на которой жил лорд Роберт, находилась на границе квартала, где обитали мальчишки и плутала Селестина, с другим, чуть более респектабельным районом. И когда я пыталась нарисовать планы лабиринтов, естественно, мне встречалось ее название. Если добавить к этому так вовремя возникшие вопросы по межевому акту, то в совпадение верится с трудом.
Ладно, постараюсь быть непредвзятой. Разное бывало в моей обширной практике. Опыт подсказывал: все надо проверять, и желательно не один раз!
Отдельный дом — это, конечно, не квартира в коммуналке, но и не особняк, как у моего Кеннета. Правда, Ховард упоминал, что обычно лорд Роберт живет в своем имении. Да и вообще он же мог просто уехать куда-то по делам, ведь его никто не предупредил о моем посещении.
Поэтому я заранее настроилась, что могу приехать лишь для того, чтобы постоять и полюбоваться на закрытую дверь. Однако мне повезло.
Глава 36
Первым делом я отметила внешний вид дворецкого. Выглядел он так, будто Ховард его бедный родственник из провинции. Но, приглядевшись, решила, что не променяю скромную элегантность и сдержанность на самую шикарную и вышколенную спесь.
Промелькнувшая парочка лакеев тоже выглядела очень пафосно. Словно здесь королевский дворец, а не дом в средненьком квартале. Интересно, хозяин окажется под стать слугам?
Приняли меня очень достойно, даже предложили местный кофе и какой-то дамский журнал, чтобы не скучала в тесноватом, но вылизанном и с претензией оформленном холле.
Но долго ждать мне не пришлось.
— Сударыня? Чем обязан?
Оторвав взгляд от журнала, я мысленно присвистнула. Вот это да!
Кеннет был очень красивым мужчиной, но лорд Роберт ему не уступал. Уверена, многие дамы предпочли бы его моему мужу. Шикарный блондин с профилем греческого бога… и абсолютно не в моем вкусе.
Встать с кресла мне не дали. Шустрый оказался блондин. Моргнуть не успела, как он расшаркался, как бы невзначай выяснил мое имя, охнул, одернул себя, рассыпался в извинениях, потом выразил сочувствие своему старому другу. И тут же отвесил комплимент моему вкусу, даже намеком не упомянув обстоятельства, при которых я вышла замуж.
— Итак, сударыня… что же привело вас в мою скромную обитель? Надеюсь, у лорда Кеннета все хорошо?
— Спасибо, мой муж в полном порядке. — Я не менее вежливо и приветливо улыбнулась. — Всеми его делами теперь занимаюсь я. И поэтому решилась вас побеспокоить.
— Я весь внимание! — Лорд Роберт присел в соседнее кресло и как бы невзначай щелкнул пальцами. Рядом тут же возник один из лакеев с подносом, и через секунду на столе появилась свежая выпечка, а моя наполовину опустевшая чашка сменилась новой, полной нежно-сливочного напитка.
— Лорд Роберт, мой муж не знает о нашей встрече. Он слишком благороден и не хочет вмешивать друзей в свои неприятности. А вот я излишним благородством не отличаюсь, потому что рождена среди плебеев, — стесняться последнего я не собиралась, так что сопроводила свое признание милой улыбкой. — И поэтому хочу в подробностях знать: что вы видели в доме Кеннета в тот день, когда его арестовали?
Мой собеседник не донес чашку до рта. Его изумление было таким искренним, что я даже опешила на короткий миг.
— Сударыня, прошу меня простить… но, если не ошибаюсь, в тот день я был в банке, потом навестил контору своего поверенного и уехал на прием в загородное поместье. С лордом Кеннетом мы даже не встречались…
Вот тебе и здрасьте. И кто из них врет? Кен? Пытается меня запутать? Для чего?
Лорд Роберт? А этому с какой стати скрывать свой визит? Его ни в чем не обвиняют.
— Вы уверены? — осторожно переспросила я, ставя на столик чашку со своим кофе.
Блондин вполне натурально задумался. Потом отрицательно покачал головой. Глаза его наполнились сочувствием.
— Мне так жаль, что я не могу вам помочь! Может, вас интересует еще что-то?
— Нет, спасибо. — Я вздохнула. — Благодарю за угощение, сударь. Вы были очень любезны. Не смею больше отнимать ваше время.
Дальше мы еще минут пять мусолили разговор вокруг вежливости. Но результат был предсказуем: дорога до прихожей и к двери. Я все это время пыталась понять, кто из них врет: Кеннет или Роберт. И зачем они это делают?
Но на последней минуте прощания все мои размышления выбила стойка для зонтов! Она притаилась у самого выхода, и, заходя в дом, я ее не заметила. И один из красовавшихся в ней зонтов привлек мое внимание.
В тот день, когда Оливия стала свидетельницей «моргания» в доме герцога, много часов шел проливной дождь. Они с Селестиной едва добрались до поместья в наемном экипаже, потому что у него были более высокие колеса, чем в личной карете дома Оттон Гемс. И всю дорогу хихикали на тему того, что именно Лив заставила подругу с утра надеть плащ, а сама взяла из дома старенький, слегка потрепанный, но очень большой зонт. Под ним они и добежали от экипажа до крыльца.
Этот зонт Оливия очень тщательно отряхнула, чтобы тонкая кожа какого-то заморского зверя не задубела в неправильных складках и не потрескалась при следующей попытке спрятаться от дождя. И пристроила семейное сокровище слева от двери, на специальной стойке. Там уже стояло несколько зонтов, и среди них…
— Сударыня? — Кажется, мое замешательство удивило лорда Роберта.
— Ах, простите. — Мне пришлось улыбнуться со всей возможной учтивостью. — Я слегка забегалась в последние дни и стала очень рассеянной. Простите еще раз!
Уф… значит, врет у нас лорд Роберт. И это очень подозрительно. Точнее, я бы поверила, что благородный блондин просто трус и не хочет быть замешанным в деле о заговоре против короля. Но в его прихожей стоит зонт с желтой затейливой резной ручкой в форме той самой канареечной перечницы, что моргала в кабинете Кеннета! Тот самый, который Оливия видела в доме будущего мужа в роковой вечер.
Выбравшись на улицу, я огляделась. И первое, на что наткнулись мои глаза, была вывеска… булочной. Одной из многих, весьма скромной, хотя и изысканной. Той самой, с двумя выходами. Один в квартал, где в основном жили слуги,
