было пострелять из чего-то длинноствольного хотя бы на 150–200 метров. Там, кстати, проводили соревнования по стрельбе по голубям. По голубям! Не по тарелочкам! По голубям! При том, что сами глиняные тарелки-мишени и машинки для их запуска существовали в мире вот уже лет 20 как! И даже более того! Имелись в наличии на том самом поле! Но не пользовались большим спросом. Народ куда больше предпочитал геноцидить живых птичек.
Говорю же! Страшно давать в руки этих людей автомобили! Начнут давить кого ни попадя! Начнут! Дикие люди! С дикими нравами! Как страшно жить рядом с ними! Нет, надо всё же прикупить себе пулемёт-другой на всякий случай. Пусть лучше будет дома и не пригодится, чем срочно пригодится, но его не будет под рукой.
Как результат, покочевряжившись немного, родители всё же согласовали мне приобретение винтовки. Нет, не «для дела», а простой мелкашки. Но я и тут схитрил.
Имею я право на небольшое своеволие, иль не имею? Имею! Чай денежка в семейный бюджет активно капает не без моего посильного участия. Завод заводом, причём уже даже не один. А от лицензионных отчислений мы ничуть не меньше получаем ежегодно. Со всех ведущих стран мира чохом. Любят люди свет, чертить и пить в пути горячий кофе с чаем! И трактора тоже любят, как оказалось. «Кейс» уже завод огромный новый строит на выделку 5000 тракторов нашей конструкции. Естественно в год!
Смотался в Сестрорецк, короче. К Мосину. И по результатам наших с ним долгих метаний заказал ему винтовку под патрон 5,6×39-мм.
Что это за зверь такой неведомый? Так это оболочечная мелкашечная пуля, обжатая в револьверной гильзе Нагана. Не советский охотничий 5,6×39-мм, конечно. Всё совсем иное — и гильза, и пуля, и порох. Но в итоге куда лучше 22 лонг райфла вышел по прицельной и действенной дальности боя. Охотникам на всякую мелкую дичь с пушными зверьками — точно понравится. Пытались мы было экспериментировать, чтобы получить на базе патрона от револьвера Нагана что-то относительно годное, типа 0.30 карбайн — американский патрон времен Второй мировой для карабинов. Но никак не вышло. Гильза слишком хлипкая оказалась. Рвало её даже от малейшего увеличения порохового заряда. Вот и пришлось обращаться к пуле от мелкашки.
И пулять я получившимся у нас боеприпасом пожелал из винтовки, созданной на базе 3-линейки. Только с сильно укороченным стволом. И, естественно, другим прикладом. А что? Дёшево, сердито и заводу дополнительная возможность заработать на гражданских заказах. Так-то боевую винтовку им на рынок поставлять никак нельзя. Запрещено! Категорически! Приказом! А тут я такой красивый с предложением, подкупающим своей новизной. Всё равно нечто подобное в будущем для цесаревича Алексея смастрячили. Так что всё было вполне реально осуществить. Причём в моём случае с минимальными доработками основной конструкции.
А из запоротых при расточке для таких мелкашек стволов я ему просто порекомендовал пытаться делать карабины 3-линейные. Для нужд полиции той же. Пусть пораньше появятся в природе. Хуже от этого нам не будет точно.
Теперь вот гордо ношу звание «огнепоклонника». И нет, к «Игре престолов» не имею никакого отношения. Просто нас так называют тут в России. Нас — это любителей спортивной стрельбы и иже с ними.
Заодно активно продвигаю, так сказать, снайперское дело в народные массы. Уж больно взгоношился народ, впервые увидев меня на стрельбище с моим законченным экзотическим пулялой.
Случилось это уже осенью 98-го, когда мой карабинчик был готов и даже прицел прибыл из таких далёких, но таких объединённых Штатов. Интернетов-то всяких с телевидением да радио нынче нет. Реклама двигает торговлю лишь через распространяемые буклеты с газетными объявлениями. Отчего выяснилось, что даже среди стрелков, даже среди военных, многие и знать не знали о существовании оптических прицелов. Биноклю знали, трубу подзорную — тоже, прицел — не знали.
А поскольку винтовочка моя получилась коротковатой, то этот самый прицел оказался как раз длиной с весь её ствол. Ох и намучились мы с Мосиным, монтируя его. Мосинка-то снайперские прицелы не сказать, что шибко любит. Не для того она изначально создавалась, чтобы какой-то индивидуально-превосходный стрелок клал из неё раз за разом вражеских офицеров на удалении в 1000 шагов, а то и более. Но, завод был под рукой, светлые идеи — в головах, а головы — на своих положенных местах. Справились, короче. Хоть и разругались вдрызг опять. Три раза!
Пришлось пообещать скорейший запуск в работу нашего общего «свечного заводика». Ну, как нашего? По документам — моего отца. А по факту и по чесноку — нашего с Сергеем Ивановичем. Он ведь всё ещё на службе и никуда с неё валить не собирается! Так что ему иметь такой «свечной заводик» не положено по должности.
Доработанные до ума господином полковником самозарядные пистолетики там будем выпускать. Пока что под мелкашечный патрон, покуда на рынке не появится чего-то более достойного в плане убойной силы. Благо пистолет для гражданского рынка — это тебе не армейская винтовка и уж тем более не пулемёт. Требования к точности обработки деталей на порядок ниже. Стало быть, и требования к работникам да станкам с прочими инструментами тоже на порядок ниже. А это всё денежка, которую можно экономить. Автоматические копировально-фрезерные станки опять же на рынке уже предлагаются. Чего ещё надо для начала массового производства такого ширпотреба? Лишь желание!
— Кхм. Кхм. Позвольте полюбопытствовать, юноша. Что это у вас за чудно́е такое оружие? — стоило мне только положить в железную мишень, имитирующую фигуру человека, сотую за сегодня пулю, как меня отвлекли от стрельбы, предварительно вежливо покашляв в сторонке для привлечения внимания. — Вроде как чем-то похоже на армейскую комиссионную 3-линейную винтовку. Но всё же явно не она.
Выдохнув и открыв пару раз рот, чтобы хоть немного убрать из ушей ту «вату», что туда набилась от звонких звуков выстрелов, я, не вставая с земли, повернулся лицом к интересующемуся.
Почему не вставая с земли? Так я стрелял из положения лёжа, разместившись на заботливо расстеленном куске брезента. Мой карабин вместе с прицелом и сошками весил под 5 килограмм. И держать такой на весу — дело не для 11 летнего паренька. Мускулы пока совсем не те. Плюс записи веду постоянно. Нарабатываю, так сказать, научный материал для будущего наставления стрелкам. Ведь кто-то должен начинать!
— Это малокалиберный охотничий карабин Мосина-Яковлева. Экспериментальная модель, — не стал играть я в партизана. А зачем в него играть? Пусть знают!
— И каков бой? — так и
