ты. И кто может поручиться, что через секунду близость доа не вызовет у тебя очередное аномальное желание?
— Никто. Согласна. Но я не приводила нас к морю. По крайней мере, сознательно не проводила. Я лишь не хотела, чтобы ты шёл в замок. Пыталась тебя остановить, а вышло иначе, и так тоже не бывает. Не списывай всё на меня. Мира, между прочим, не очень-то проста и безобидна, как выяснилось.
Мира зло усмехнулась. Сильнее захотелось, чтобы странное свечение оказалось малой толикой того, на что она способна теперь. Ну хотя бы капельку умений Адана. И вот тогда…
Она не успела развить мысль, потому что Адан снова заговорил:
— Мира не проста. И боюсь, вы даже не представляете, насколько. Никто не представляет. Но дело не в этом. Это не самое плохое. То есть даже не плохое. Есть вещи хуже.
— Насколько хуже? — нарушил молчание Ллэр.
Мира прижалась к двери лбом, затаив дыхание.
— Давайте по порядку. Мне так будет проще. Я могу сесть… там? — спросил Адан.
Видимо, Ллэр выразил молчаливое согласие, потому что почти сразу послышались шаги, какая-то возня, звук отодвигаемого стула или ещё чего-то, потом снова голос Адана:
— Не совсем понимаю, с чего начинать. Наверное, лучше с Таль. Она… В общем, мы познакомились в Бэаре. Несколько месяцев встречались. Так… ничего серьёзного. — Из-за двери донёсся нервный смешок. — С ней было удобно и приятно… какое-то время. Потом мы расстались. Естественно, мне и в голову не приходило, что она из другого мира. Но, как выяснилось сегодня, я сильно заблуждался. Таль не просто с Актариона, она руководит целым проектом по изучению паранормальных способностей. Именно это исследование привело её в Бэар. Там она искала кровь для своих опытов. Особую кровь, которая поможет привить обычным людям всякие ваши… наши штучки. Наделять способностями. Или лишать их. В общем, добиться конвейерного производства Способных в рамках отдельно взятого Актариона. Пока в рамках. Не думаю, что это их конечная цель.
Мира готова была поклясться, что в этот момент Адан ухмыльнулся. Не так, как это делает Ллэр. По-другому. И в его глазах не было насмешки, вызывающей желание ляпнуть обидную колкость в ответ.
Ну вот, опять. Почему не получается не думать о Ллэре? Даже сейчас, когда обсуждают её жизнь, может быть, её будущее. Прошлое уж точно. А она, как дура, представляет Ллэра. Как он сидит, как смотрит, как ухмыляется.
Интересно, а Ллэр может об этом знать? Вдруг чувствует? Ведь он умеет читать мысли и… Например, вчера, когда…
Мира поняла, что краснеет.
Какого чёрта?! Выкинуть его из головы. Выкинуть! Сейчас же и навсегда. Не думать, не чувствовать, да так, чтобы ему нечего было прочитать, когда влезет в голову в очередной раз. Чтобы только сунулся, а там красивым искрящимся почерком надпись: «Вали отсюда на фиг!»
— Моя кровь приглянулась, — продолжал рассказывать Адан. — Якобы доа — что-то такое этакое. Нечто особенное. Честно говоря, с трудом верится, потому что пока ощутимой пользы не быть человеком я не получил. Даже в собственном доме пришлось сидеть без электричества, да и… Ладно, как-нибудь разберусь. — Тон снова стал серьёзным. — Ты была права, Роми. Способности у меня с рождения. Таль утверждает, что почувствовала, потом анализ подтвердил её теорию, и что она всего лишь хотела узнать, как их расшевелить. Я склонен ей не верить. Знаете, как-то слишком невинно для дряни, спавшей со мной только для того, чтобы воровать кровь для усиления собственных возможностей. — Опять послышался смешок. — Хотя она утверждает, что не могла рассказать. Мол, я бы не поверил. Может, и не поверил, но уж точно не позволил проделать такое со мной. И точно не с Мирой. Она — случайная жертва, подвернувшаяся Таль под руку. У нас какая-то там генетическая совместимость. Была. Вернее, есть. А теперь, благодаря Таль, ещё и общее биополе.
— Хочешь сказать, на Акатарионе нашли ген, отвечающий за способности, и научились прививать обычным людям? — уточнила Роми.
— Именно.
— Как ты умудрился не понять, что из тебя в буквальном смысле кровь сосут?
— Ты бы, конечно, сразу обо всём догадалась, да? Не сомневаюсь. Ни секунды. А я вот не умудрился. Представь себе, мне даже нравилось, как сосут, — хмыкнул Адан.
И Мира снова почувствовала, как он усмехается при этом. Ещё бы… Таль такая… такая… Рядом с ней рыжая атради в своём коротком платьице из бара — никакущая уродина. Но обе одинаково бесючие, это факт.
— Таль, знаешь ли, способна не только к перемещениям и гипнозу.
— Я не говорю, что догадалась бы, но…
— Давайте не будем отдаляться от конструктивной стороны вопроса, — перебил их Ллэр. — Что Таль известно о доа?
— Видимо, достаточно, чтобы захотеть получить одного такого в собственное распоряжение, — зло буркнул Адан. — По её словам выходит, что кровь доа похожа на вашу. И те способности, которыми она наделяет, сравнимы только с атради. В чём-то даже превосходят, хотя и не дают вечной жизни, как у вас.
Вечной жизни? Мира изумлённо моргнула. Вечным может быть только беспорядок в её комнате, а не люди. Ладно, пусть атради не совсем люди, но внешне же похожи. Две руки, две ноги, голова и всё остальное на своих местах.
— Получается, что результаты Таль подтверждают твою теорию. — В тоне Роми звучало искреннее недоумение.
— Какую теорию? — спросил Адан.
— Ллэр говорит, что атради когда-то были доа, а потом устроили на себе мегаэксперимент. — Кажется, Роми не хотелось признавать, что она только что сказала.
— Результаты ничего не подтверждают! — воскликнул Адан. — У Таль не получилось. Она даже не знает, что Мира до сих пор жива. Опыты не дали никаких преимуществ. По крайней мере тех, ради чего всё затевалось. Никакой ощутимой пользы. Поэтому она и уничтожила Миру. То есть, пыталась. Усадила в таксилёт, внушила водителю взорвать его, а потом и квартира Миры взлетела на воздух. По-твоему, так поступают с удачным экспериментом? По-моему, нет.
Мира замерла. Точно. Теперь всё встало на свои места. Её выписали, Таль проводила до стоянки, улыбалась. Уверяла, что больше не о чем беспокоиться, от страшного вируса не осталось и следа. Лечение было успешным. Да уж успешней
