по волосам.
– Все в порядке?
Я кивнул. Она нахмурилась.
– Я… держу все под контролем, если тебя это беспокоит.
На мгновение я был сбит с толку, пока не понял, что она имела в виду. Майя и не подозревала, что круг невралгиков занимается профилактикой предотвращения нежелательных беременностей и других последствий. В мире людей не существовало магических способов связи с органами и нервной системой, в отличие от азлатов. Я был здоров и защищен. В любое время.
Я задумчиво потер свой лоб.
– Оу. Да. Хорошо.
– Эмилль… – Майя прикусила нижнюю губу. Вдалеке доносились классические звуки праздника. – Я надеялась встретиться с тобой сегодня, потому что у меня есть сюрприз.
– Ах, да? – Я наклонил голову и усмехнулся. – Что ж, это был чрезвычайно удачный сюрприз, Майя.
Она хихикнула и хлопнула меня по плечу.
– Да не это!
– Второй раунд? – Я театрально повозился с молнией. – Ну хорошо.
– Ох, Эмилль! – Она снова рассмеялась. – Будь серьезен.
– Только в виде исключения. Так какой у тебя сюрприз для меня?
Майя вытащила из кармана юбки лист бумаги. Она вручила его мне. Я развернул его и сразу увидел логотип министерства по делам детей и молодежи. Мои глаза пробежались по черным печатным буквам. Я сглотнул. С одной стороны, я почувствовал облегчение, с другой – почувствовал себя самым настоящим подонком. Майя понятия не имела, что с этого момента она больше никогда меня не увидит.
– Спасибо, – прошептал я в тишине.
Она улыбнулась.
– Никто никогда не узнает, что Элин не твоя биологическая дочь, Эмилль. Документы являются оригинальными. Я сохранила их в системе. Это уже невозможно отменить. С этого момента тебе больше не нужно беспокоиться.
Я наклонился и прикоснулся губами ко лбу Майи. Мы целовались много раз, но этот поцелуй был первым, который что-то значил для меня. Я никогда не претендовал на звание святого.
– Увидимся в банкетном зале? – Майя поцеловала меня в уголок рта в последний раз. – Я собираюсь немного освежиться.
Я кивнул, и она исчезла с улыбкой на губах. Ее шаги эхом отдавались в тихой библиотеке.
Я собирался уходить, но мой взгляд упал на раскрытую книгу. Пыльная и громоздкая, она лежала на деревянном столе рядом со мной. Глаза сфокусировались на черно-белом изображении в центре. Я нахмурился и подошел ближе. Медленно провел пальцем по картинке. Я знал этого человека, одетого в темное. Каждый азлат знал майора Томаса Вейра.
Он жил в семнадцатом веке и имел репутацию ведьмака, одержимого дьяволом. Сквозь время за ним тянутся легенды, но никто не знает, сколько в них правды. В легендах говорилось, что Джеймс Ватт изобрел паровой двигатель только с помощью Томаса Вейра. Точно так же, как первооткрывателем пенициллина должен был быть не врач Александр Флеминг, а Томас, который продолжал жить и в те времена. Говорят, что он одним взмахом руки пресекал звериные восстания и кровожадные сражения еще в зародыше.
Истории, связанные с человеком, который был заключен в тюрьму как психически неуравновешенный ведьмак, не имели ни конца, ни края. В процессе обучения нам рассказывали, что он был могущественным азлатом, который все еще пребывал среди нас. Верховные придерживались заявления о том, что он убил Сифру Иверсен, чтобы отомстить за ее предательство. Майор Томас Вейр был истинным носителем самого ценного божественного артефакта – Безграничной силы, и…
Я искал его много лет.
Но что история майора Томаса Вейра делала в библиотеке первого министра?
Я аккуратно закрыл книгу. В воздух взметнулась пыль. Я положил том в льняном переплете на полку и вернулся в банкетный зал. Там я сел за стол к Майе и стал играть в карты. Я смеялся, как будто был одним из них, и пил шампанское, как будто меня больше ничего не волновало.
Каждый раз, когда я вглядывался в покрытое морщинами лицо верховной леди Шотландии, мой план становился все жестче. Мне нужно было выяснить, что она знала. Была ценной любая подсказка, которая приближала меня к Безграничной силе.
Это был лишь вопрос времени, когда обо мне поползут слухи. Слухи об Эмилле Вудворде, шлюхе в мужском обличье.
Но это меня не волновало.
Хелена
Я растворилась. Мое тело исчезло. Абсолютная чернота окутала меня. Глаза были открыты, но я плыла в темноте.
Внутри меня нарастала паника. Я закричала, но вокруг была тишина. Что произошло? Я умерла? Нет. Невозможно. Я чувствовала свое тело, но… что-то было не так. Я чувствовала себя легче. И определенно двигалась. Это было похоже на то, как если бы меня уносило сильным потоком. Подул пронзительный сквозняк.
Внезапно тьма рассеялась. Я заморгала. Зрение сфокусировалось только спустя какое-то время. Прошло еще мгновение, прежде чем я смогла сложить серо-коричневую головоломку: подо мной простирался разрушенный город. Все казалось хрупким. Стояла ужасная жара. Красные реки текли по потрескавшейся пустоши земли. Присмотревшись, я поняла, что это была бурлящая лава.
Я посмотрела вниз, но вместо своего тела обнаружила черное оперение и широкие крылья, которые удерживали меня в небе. Я визжала. Это было похоже на сдавленный крик птицы. Должно быть, это был сон. Или, вероятно, я страдала от галлюцинаций или каким-то особенно тяжелым психозом. У меня возникло искушение ущипнуть себя за руку, но… у меня ее не было. О боже.
Мне было неохота даже допускать эту мысль, но… я была вороной. О боже!
Панические звуки вырвались из моего клюва. Какого черта… у меня был клюв!
Я потянулась, пытаясь выскользнуть из тела птицы. Несмотря на то что я бы упала с высоты в сотни метров и сломала себе шею в пылающем аду, мне бы это удалось.
Мое бьющееся тело вороны забыло взмахнуть крыльями и потеряло равновесие. Я пропарила несколько метров в глубину, издала сдавленный крик ужаса и врезалась в купол башни из раскаленного песчаника.
Я погружалась в обжигающую глубину. Лишь смутно чувствовала, что жар спадал. Но, прежде чем смогла понять причину этого, я потеряла сознание.
* * *
– Хелена.
Грубый звук моего имени доносился словно сквозь густой туман. Постепенно я снова почувствовала свои конечности. Их сковывала свинцовая тяжесть, и внезапно я ощутила дикую боль во всем теле. Я закричала. На этот раз мой голос прозвучал громко и ясно в соленом воздухе. Звук принес облегчение.
– Хелена!
Я захлопала глазами, пытаясь прогнать наваждение. Передо мной плыло лицо Тираэля, а позади него в ночном черном небе сверкало звездное море. Кроны Мертвых лесов были неразличимы, но позади меня возвышался несколько ветхий, небольшой замок.
– Где мы находимся?
– Замок Бернеттов.
– У тебя дома?
– Нет.
