– Понятно. В этом есть смысл. Верно ли, доктор, что на Внешних Мирах роботы гораздо больше походят на человека, чем наши?
– Я полагаю, что это так.
– А они могут изготовить робота, которого в обычных условиях совсем не отличишь от человека?
Доктор Джерригел поднял брови и задумался.
– Видимо, да, мистер Бейли. Правда, это обошлось бы очень дорого и вряд ли бы окупилось.
– Ну, а мог бы такой робот, – настаивал Бейли, – ввести в заблуждение вас?
Роботехник негромко хмыкнул.
– О, любезный мистер Бейли. Я сомневаюсь. В самом деле. Ведь не только внешний вид отли…
Доктор Джерригел оборвал себя на полуслове. Затем он медленно повернулся к Р. Дэниелу, и его румяное лицо стало мертвенно-бледным.
– Не может быть, – прошептал он. – Не может быть.
Он протянул руку и осторожно притронулся к щеке Р. Дэниела. Р. Дэниел не пошевельнулся и продолжал спокойно взирать на ученого.
– Боже правый! – с надрывом произнес доктор Джерригел. – Так, значит, вы – робот?
– Вам понадобится немало времени, чтобы заметить это, – сухо констатировал Бейли.
– Я и не предполагал. Ни разу не видел такого. Изготовлен на Внешних Мирах?
– Да, – сказал Бейли.
– Теперь все ясно. Манера держаться, его речь… Он не идеальное подобие человека, мистер Бейли?
– Все же неплохо сделан, а?
– О, потрясающе! Ведь с виду не скажешь, что это подделка. Я чрезвычайно вам признателен, что вы свели меня с ним. Можно осмотреть его?
– Специалист по роботехнике нетерпеливо вскочил с места.
– Простите, доктор, – предупреждающе поднял руку Бейли. – Одну минуту. Сначала поговорим об убийстве.
– Значит, оно было в самом деле? – Доктор Джерригел не скрывал своего глубокого разочарования. – А я-то решил, что вы все это выдумали, чтобы отвлечь меня и посмотреть, как долго удастся меня дурачить…
– Это не выдумка, доктор Джерригел. Теперь послушайте. Вот создается такой робот, как этот, и его назначение – во всем походить на человека. Не должен ли его мозг как можно ближе соответствовать человеческому?
– Разумеется, должен.
– Очень хорошо. Разве не может в нем отсутствовать Первый Закон? Что, если его опустили случайно? Вы сами сказали, что теории такого мозга не существуют. А раз так, то конструкторы могли создать его без Первого Закона. Они просто не знали, чего опасаться.
Доктор Джерригел энергично замотал головой.
– Нет, нет. Невозможно.
– Вы уверены в этом? Впрочем, мы можем проверить Второй Закон… Дэниел, дайте мне бластер.
Бейли не сводил глаз с робота. На всякий случай он положил руку на рукоятку своего бластера.
– Пожалуйста, Илайдж, – спокойно сказал Р. Дэниел и протянул ему бластер прикладом вперед.
– Детектив не имеет права расставаться с оружием, робот же вынужден подчиняться человеку, – заметил Бейли.
– За исключением тех случаев, мистер Бейли, – вставил доктор Джерригел, – когда это ведет к нарушению Первого Закона.
– Знаете ли вы, доктор, что Дэниел направил свой бластер на группу невооруженных мужчин и женщин и грозился открыть огонь.
– Но я не выстрелил, – сказал Р. Дэниел.
– Не отрицаю, но угроза сама по себе – факт необычный, вы согласны, доктор?
Доктор Джерригел закусил губу.
– Чтобы дать ответ, мне нужно знать все подробности. Это звучит необычно.
– Тогда слушайте, Р. Дэниел был там, когда совершилось убийство, и если допустить, что житель Земли не мог перейти пространство, унося с собой оружие, то Р. Дэниел, и только Р. Дэниел из всех, кто там присутствовал, мог спрятать это оружие.
– Спрятать оружие? – переспросил доктор Джерригел.
– Я вам объясню. Бластер, которым совершено убийство, обнаружить нам не удалось. Место преступления было тщательно обследовано, но его там не оказалось. Не мог же он раствориться в воздухе. Существует лишь одно место, где его могли спрятать и которого никто не удосужился проверить.
– Какое место? – спросил Р. Дэниел.
Бейли вынул свой бластер и решительно направил его на робота.
– Ваш пищевой мешок, – сказал он. – Ваш пищевой мешок, Р. Дэниел.
13. Мнение машины
– Вы ошибаетесь, – произнес Р. Дэниел негромко.
– Да? Пусть решит доктор. Доктор Джерригел?
– Мистер Бейли. – Взгляд роботехника, дико метавшийся между детективом и роботом во время их диалога, остановился наконец на человеке.
– Я пригласил вас сюда для авторитетного анализа этого робота. Я могу предоставить в ваше распоряжение лаборатории Городского бюро стандартов. Если вам понадобится другое оборудование, вы его получите. Мне важно одно – быстрый и точный ответ, и плевать на расходы и хлопоты.
Бейли поднялся. Он говорил довольно спокойно, но внутри у него все кипело. Ах, если бы он только мог схватить доктора Джерригела за горло и выдавить из него нужные ему доказательства, а не заниматься научными изысканиями!
– Ну так как, доктор? – потребовал он.
Нервно улыбнувшись, доктор Джерригел заявил:
– Мой дорогой мистер Бейли, лаборатория мне не понадобится.
– Это почему же? – спросил Бейли недоверчиво. Он стоял, судорожно напрягшись всем телом.
– Первый Закон проверить нетрудно. Хоть прежде мне и не доводилось заниматься этим, как вы сами понимаете.
Бейли втянул ртом воздух и медленно выдохнул его.
– Что вы хотите этим сказать? Что можете проверить его здесь?
– Да, конечно. Послушайте, мистер Бейли, я дам вам аналогичный пример. Будь я врачом и потребуйся мне узнать содержимое сахара в крови пациента, я бы прибег к помощи лаборатории. Для определения интенсивности основного обмена, проверки функций головного мозга или расследования генов на наследственное заболевание мне потребовалось бы более сложное оборудование. С другой стороны, чтобы проверить, зрячий ли он, достаточно провести рукой у него перед глазами. Чтобы узнать, жив ли человек, почти всегда достаточно проверить его пульс.
Иначе говоря, чем важнее и фундаментальней проверяемое свойство, тем проще используемое оборудование. То же самое с роботом. Первый Закон – его фундаментальное свойство. Он влияет на все. Проверить его наличие – или отсутствие – у робота можно десятками способов.
С этими словами он вынул из кармана плоский и черный предмет, который оказался портативным фильмоскопом. В приемное отверстие он вставил миниатюрный ролик пленки. Затем он достал секундомер, из нескольких белых пластмассовых полосок составил нечто похожее на логарифмическую линейку с тремя подвижными шкалами. Изображенные на них условные знаки показались Бейли совершенно незнакомыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
