– Одно слово – «Джесси», которое вы повторили несколько раз. Я полагаю, вы имели ввиду свою жену.
Бейли расслабился и проговорил неуверенно:
– Мне приснился кошмар. Вы знаете, что это такое?
– Не по личному опыту, разумеется. Словарь определяет это, как неприятное сновидение. Сущность последнего я также знаю по словарю. Это – иллюзия реальности, которую вы испытываете при временном выключении сознания, что называется у вас сном.
– Ладно. Идет. Пусть иллюзия. Только иногда эти иллюзии чертовски похожи на жизнь. Ну так вот, мне приснилось, что моя жена оказалась в опасности. Людям часто видятся во сне подобные вещи. Я звал ее. Это тоже случается при определенных обстоятельствах. Можете мне поверить.
– Я охотно вам верю. В связи с этим у меня есть вопрос. Как Джесси узнала, что я робот?
Лоб Бейли снова покрылся капельками пота.
– Опять одно и то же. По слухам, которые…
– Простите, партнер Илайдж, но в городе нет слухов. Если бы они были, весь город сегодня охватило бы волнение. Я проверил все поступившие в управление рапорты: в городе спокойно. Никаких слухов не существует. Поэтому каким образом узнала ваша жена?
– Черт возьми! Куда вы клоните? Уж не думаете ли вы, что моя жена является членом…
Бейли судорожно сжал руки.
– Ничего подобного, и давайте забудем об этом.
– Это на вас не похоже, Илайдж. Выполняйте свой долг. Вы дважды обвинили меня в убийстве.
– А теперь вы хотите со мной расквитаться?
– Я не совсем понимаю, что вы хотите этим сказать. Я, разумеется, одобряю вашу готовность подозревать меня. У вас было это основание. Вы ошибались, но могли и не ошибаться. Сейчас имеются столь же веские причины подозревать вашу жену.
– В убийстве? Вы сошли с ума, Джесси пальцем никого не тронет. Она бы ни что не решилась выйти из города. Она никогда… Черт побери, да будь вы сделаны из плоти и крови, я бы…
– Я лишь говорю, что она участник заговора. Я говорю, что ее следует допросить.
– Нет, клянусь вашей жизнью! Нет, клянусь тем, что вы называете своей жизнью! Теперь слушайте меня. Медиевисты не жаждут нашей крови. Это не в их духе. Они просто хотят выжить вас из города. Это точно. И для этого они повели психическую атаку. Они стараются доставить нам обоим как можно больше неприятностей. Они стараются как можно больше досадить вам, да и мне, раз я с вами. Они могли без труда узнать, что Джесси – моя жена. Их следующий ход – как-то сообщить ей о вас. Джесси такая же, как все люди. Она не любит роботов. Она не хочет, чтобы я имел дело с роботом, тем более, если ей кажется, что это опасно. А уж опасность они ей, конечно, расписали. И это, представьте, подействовало. Всю ночь Джесси меня умоляла бросить расследование и как-нибудь выдворить вас из города.
– По-видимому, – сказал Р. Дэниел, – вы испытываете сильное желание избавить жену от допроса. Я подозреваю, что вы сами не очень верите в то, что только что пытались мне объяснить.
– Не забывайтесь, черт вас возьми! – пришел в ярость Бейли. – Вы не детектив. Вы – машина для цереброанализа, вроде тех, что стоят у нас в лаборатории. Вы – машина, хоть у вас есть руки и ноги и вы умеете говорить. А та цепь, которую в вас всадили, ни черта не значит. Все равно вы не детектив, а потому помалкивайте и предоставьте делать выводы мне.
– Мне кажется, будет лучше, если вы немного понизите голос, – спокойно произнес Р. Дэниел. – Пусть по-вашему я не детектив, тем не менее я бы хотел обратить ваше внимание на одну небольшую деталь.
– Меня это нисколько не интересует.
– И все же прошу меня выслушать. Если я ошибусь, вы меня поправите, и от этого никто не пострадает. Дело в следующем. Вчера вечером вы вышли из комнаты, чтобы позвонить Джесси. Я предложил тогда поручить вашему сыну. Вы мне сказали, что, по вашим обычаям, отец никогда не станет подвергать своего сына опасности. Может ли позволить себе это мать?
– Конечно, нет… – начал было Бейли и осекся.
– Вы меня поняли, – сказал Р. Дэниел. – Если бы Джесси хотела предупредить вас о грозящей опасности, она бы сделала это сама, а не рисковала жизнью сына. Тот факт, что она все-таки послала Бентли, может означать лишь одно: она боялась за себя, но была уверена в полной безопасности сына. Если бы в заговоре состояли люди, незнакомые Джесси, она бы за себя не опасалась, во всяком случае, у нее не было бы причин для опасений. С другой стороны, будучи членом заговорщической группы, она могла знать, Илайдж, что за ней станут следить и узнают ее, тогда как Бентли может не обратить на себя внимания.
– Постойте, – сказал Бейли упавшим голосом, – вы хорошо рассуждаете, но…
Бешено замелькавший сигнал на столе комиссара не дал ему закончить свою мысль. Р. Дэниел ждал, что Бейли ответит, но тот лишь беспомощно уставился на сигнал. Р. Дэниел соединил контакт сам.
– В чем дело? – спросил робот.
Громкий, с хрипотцой голос Р. Сэмми ответил:
– Здесь какая-то дама желает поговорить с Лайджем. Я ей сказал, что он занят, но она не хочет уходить. Она говорит, что ее имя Джесси.
– Пропустите ее, – спокойно сказал Р. Дэниел, и его бесстрастные карие глаза встретились с паническим взглядом Бейли.
14. Власть времени
Бейли стоял как в столбняке, когда к нему подбежала Джесси и прижалась к нему, обхватив его за плечи. Его побелевшие губы беззвучно произнесли:
– Бентли?
Джесси посмотрела на него и затрясла головой так, что взметнулись ее каштановые волосы.
– С ним все в порядке.
– Так что же ты…
Джесси вдруг разразилась слезами и прерывающимся, чуть слышным голосом сказала:
– Я больше не могу, Лайдж. Я этого не выдержу. Я не ем и не сплю… Я должна тебе все рассказать…
– Не говори ничего, – сказал Бейли с болью в голосе. – Ради бога, не сейчас…
– Я должна. Я такое натворила. Ужасно, Лайдж… – Из-за рыданий ее совсем нельзя было понять.
– Мы здесь не одни, – сказал Бейли безнадежно.
Он поднял голову и безучастно взглянул на Р. Дэниела. Вполне возможно, что из-за потоков слез, струившихся из ее глаз, она вообще не различала, кто стоит перед ней.
– Добрый день, Джесси, – негромко сказал Р. Дэниел.
Она задохнулась от изумления:
– Это тот… робот?
Джесси провела по глазам тыльной стороной ладони и освободилась от обнимавшей за плечи руки мужа. Она глубоко вздохнула, и на какое-то мгновение на ее глазах возникла дрожащая улыбка.
– Так это вы, да?
– Да, Джесси.
– Вы ведь не против, что я называю вас роботом?
– Нет, Джесси. Я ведь и есть робот.
– А меня можно называть дурой, идиоткой и… и… подрывным агентом. Потому что так оно и есть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
