как хотите! – главная героиня. И дело даже не только в этом.
Как Пуччини стал богатым человеком
Дело в том, что поначалу ничто не предвещало успеха, который выпал на долю этой оперы. Судите сами. Тяжело рождавшееся либретто, в создании которого приняли участие пять человек – в истории мировой оперы случай поистине уникальный: Марко Прага, Доменико Олива, Джузеппе Джакоза, Джулио Рикорди и Луиджи Иллика. Даже шесть – первые наброски сделал Руджеро Леонкавалло, с которым Пуччини – я расскажу об этом потом – насмерть разругается во времена «Богемы». Джакоза же и Иллика станут впоследствии постоянными либреттистами Пуччини. Но на обложке первого издания партитуры стоит только его имя – настолько основательно переработал он созданное этой разношёрстной командой!
В музыке оперы Пуччини – время поджимало! – посчитал возможным использовать мелодии очень многих своих ранних произведений: Messa di Gloria, песен, камерных сочинений и даже детских набросков. Кто осудит его за это?
Джулио Рикорди
Наконец, Джулио Рикорди – издатель Пуччини – поначалу отнёсся без всякого энтузиазма к его намерению написать оперу по роману Прево. Мол, какая может быть новая опера – да вся Европа насвистывает гавот из сочинения Массне! Впрочем, отдадим Рикорди и его чутью должное – он быстро понял, какое сокровище приплыло ему в руки.
Скажем больше: эта опера принесла почти никому не известному до тех пор Пуччини – с лёгкой руки, вернее, лёгкого пера Бернарда Шоу – звание наследника Джузеппе Верди на итальянском оперном «престоле». И случайно ли премьера «Манон Леско» в Турине прошла ровно за пять дней до премьеры «Фальстафа» в La Scala?
Но наверняка и в этот, и в остальные свои звёздные часы вспоминал Пуччини о тех временах, когда он, Пьетро Масканьи и Руджеро Леонкавалло считали каждый сольдо[13], мыкались по тёмным каморкам и чердакам, почитая за счастье добыть на обед тарелку густого супа. И переменой в своей судьбе Пуччини обязан именно героине романа аббата Антуана-Франсуа Прево.
После премьеры «Манон Леско» Пуччини впервые почувствовал себя если и не богатым, то состоятельным человеком. И едва ли не первое, что он сделал, получив гонорар, – выкупил давно проданный за долги семьи фамильный дом в Лукке. А также снял виллу на озере Массачукколи – в знаменитом ныне Торре-дель-Лаго… Могли он забыть о том, что этим он обязан своей капризной, но бедовой героине, столь привлекательной для примадонн всех времён? И мне, как артистке, тоже всегда очень хотелось показать характер Манон в разных ипостасях, в разных проявлениях, в развитии.
Француженка и/или итальянка?
В первом акте она – скромная девочка. Хотя у Пуччини она сразу гораздо живее, импульсивнее, чем Манон Массне. У Пуччини сразу там есть и характеры, и её первое, если так можно выразиться, артикулированное заявление в сцене свидания с де Гриё – «Vedete? lo sono fedele».
Я часто вспоминаю свой похожий на мировую премьеру вечер в Большом театре, когда я пела в разных отделениях сцены из опер Пуччини и Массне. Тяжёленькая задачка! В режиме live этого ещё никто не делал! Замечательная Анна Моффо на двух сторонах большой виниловой пластинки записала – и только! – сцены из этих же опер.
Любовь Назарновсная – Манон в опере Дж. Пуччини «Манон Лесно»
В одном из интервью – я читала его – она говорила, что на театре это практически невозможно сделать в один вечер. У этих ролей совершенно разное прикосновение к звуку, совершенно разная вокальная настройка и подача. И сами подходы двух композиторов к сюжету разные.
Пуччини говорил, что Массне создавал «Манон» как француз, с пудрой и менуэтами. Любопытно, что Массне был совсем не первым – задолго до него оперу на сюжет романа «Леско» написал Обер, но никакого успеха она не имела. А Пуччини воспринял этот сюжет и написал оперу именно как итальянец. Моя Манон, говорил он, будет кровавой, темпераментной, страстной и отчаянной – последнее слово он особенно выделял. И какое кому дело до того, что действие происходит во Франции и в Америке?
Перестраиваться с одного характера на другой, на совсем иную стилистику пения очень трудно. Филологически у итальянского и французского довольно много общего. А с точки зрения чистого вокала это языки совершенно разные. Во французском языке совсем другое положение гортани, языка, открытие-закрытие гласных и прочее. Итальянский язык более хлёстко-артикулированный и яркий, чем французский.
А что касается сюжета… Ведь Массне и Пуччини отобрали для своих опер разные сцены: какие-то, разумеется, у них совпадают, но другие – нет, и это очень показательно.
Из всего, что написал Прево, либреттисты Пуччини, и в первую очередь он сам, «вытащили» максимум той глубины чувства, которую так любят итальянцы. Она оправдывает какие угодно драматические коллизии, испепеляющие эмоции, ты можешь бросать героев в обострённо-трагические обстоятельства…
И даже если драматургия оригинала не очень сильна, то яркий, выдающийся исполнитель благодаря источаемой им и улавливаемой зрителем глубине чувств сможет убедить его. «Трескучая» драма Викторьена Сарду «Тоска» не имела бы успеха, если бы не фантастическая игра Сары Бернар.
Помните Джулию Ламберт в «Театре» Моэма? Что она вытворяла со слабой пьесой? И потом целовала автора и говорила: «Вы написали потрясающую пьесу, которая раскрыла меня как актрису…»
И Пуччини тоже повезло с первой исполнительницей роли Манон – Чезирой Феррани, совсем не принадлежавшей к примадоннам той эпохи. Спела она просто фантастически. И именно так, как того хотел Пуччини – разными голосами. Первый акт – один голос. Второй – уже такой своеобразный мостик к её будущему характеру; в трио де Гриё, Леско и Манон уже звучат «колючки», первые черты её драматического характера. Манон третьего акта – это уже настоящее лирико-драматическое сопрано. И четвёртый акт – это кульминация драмы сопрано, её знаменитая сцена и ария «Sola… perduta… abbandonata», которая поётся всем возможным накалом, всем напряжением ума и души.
Чезира Феррани в роли Манон
Чезира Феррани так понравилась Пуччини, что после Манон он предложил ей стать первой исполнительницей роли Мими. В письмах и ней молодой Пуччини со всей щедростью изливал жар своих чувств: «Часто вспоминаю Вас и постоянно повторяю себе, нан повезло, что Вы встретились мне… Вы идеально подходите на роль Манон по внешнему виду, по таланту и по голосу… Дай Бог, чтобы мне всегда встречалась такая душа, как Ваша, для исполнения
