была сегодняшняя. Мне оставалось только расписаться.
Я поставил размашистый росчерк и положил согласие на коробочку.
— Как самочувствие, Николаев?
— Пока отличное, — улыбнулся я.
— Сейчас прямо от меня идите в медсанчасть. Боде вас проводит.
— Как прикажете, ваше превосходительство.
Я направился к выходу, но уже возле двери Шереметева меня окликнула. Пришлось обернуться.
— Любое малейшее недомогание — сразу в медсанчасть! Не геройствуйте! Еще придет время.
Я улыбнулся.
— Конечно, ваше превосходительство.
Я вышел в коридор, где меня дожидался адъютант.
— Мне нужно к медикам, — сказал я. — Соизволите сопроводить?
— Разумеется, ваша светлость?
— Кстати, а как теперь курсанты должны уважительно обращаться друг к другу? Раз на время обучения запрещено пользоваться титулами.
Боде улыбнулся и зашагал вместе со мной по коридору.
— «Господин такой-то» при личном обращении. Для старших чинов вы либо господин Николаев, либо курсант Николаев. Обращение к капитанам и лейтенантам — господин. К майору — ваше благородие. К подполковникам и полковникам — ваше высокоблагородие. А к генерал-лейтенанту вы уже и так обращались, все знаете.
Ну, про офицерский состав я и так знал, как и все мои однокашники — нас учили не садиться в лужу перед военными. Что ж, теперь кузен Андрей будет для меня господином Романовым. Забавно.
— Благодарю, господин Боде. Каково быть адъютантом ее превосходительства?
Боде оглянулся по сторонам и жестом велел мне говорить тише.
— Вполне сносно, если проявлять расторопность. Служба как служба. Да и у ее превосходительства есть чему поучиться.
— Вы тоже из Каспийского?
— Да. Она забрала меня лейтенантом. А вы, кстати, нравитесь ее превосходительству.
Я удивленно уставился на адъютанта.
— Это должно меня насторожить или обрадовать?
— Да черт его знает. — Боде свернул в длинный коридор и вывел нас на узкую лестницу. — Так быстрее. Ее превосходительство заполучила ценный кадр в свое ведомство. Она строга и требовательна, но без причины голов не рубит.
Ага. Мой отец с этим поспорит, ну да ладно. Вроде бы на меня ее неприязнь и правда не распространяется. Если я что и понял о Шереметевой, так это то, что начальница была готова забыть любые обиды ради сплочения перед общей угрозой. И я это уважал.
— Пришли.
Боде остановился перед уже знакомым мне входом в медсанчасть. Сейчас здесь царило оживление и даже образовалась очередь из курсантов — всех отправляли на быстрый медосмотр. Но нам стоять в очереди не пришлось.
— Где Сумароков? — Боде остановил спешившую со стопкой свежих медицинских карточек девушку в белом халате.
— У себя в сто шестнадцатом!
— Поспешим, господин Николаев. Я вас представлю. Насколько я понял, теперь вы с его высокоблагородием будете часто видеться.
Мы добрались до неприметной двери, украшенной табличкой с номером кабинета и именем врача. «Сумароков Филипп Кириллович, заведующий медицинско-санитарной частью». Без лишних расшаркиваний адъютант постучал и сразу же взялся за ручку.
— Ваше высокоблагородие, — он протиснулся внутрь. — Привел Николаева по распоряжению ее превосходительства.
— Благодарю, господин Боде, — раздалось из глубины кабинета. — Можете идти, я займусь господином Николаевым лично.
Адъютант жестом велел мне проходить.
— Я вас оставлю. После медосмотра не забудьте получить обмундирование и найдите своего куратора для расселения в казарме. Информация на стенде в холле.
— Благодарю, господин Боде.
Адъютант кивнул и, развернувшись на каблуках, поспешил обратно к Шереметевой. Я же вошел в тихий светлый кабинет — тишина казалась звенящей по сравнению с суматохой, что царила в коридоре.
— Алексей Иоаннович! — навстречу мне поднялся лысоватый мужчина лет пятидесяти. Поверх мундира был наброшен белый халат.
— Ваше высокоблагородие.
— Мне звонила ее превосходительство. Пять минут назад вы получили первую дозу силы. Мне необходимо вас осмотреть и снять показатели.
Я поискал глазами ассистентов, но больше никого в кабинете не было. Сумароков, судя по погонам, был целым подполковником медицинской службы. И собирался делать все сам, что говорило о секретности эксперимента.
Ладно, будем играть по их правилам.
— Прошу сюда, за ширму. Разденьтесь по пояс, пожалуйста…
Осмотр занял больше времени, чем мне хотелось. По мне стучали молоточком, слушали дыхание, вяли кровь, светили фонариком в глаза и проделывали еще множество манипуляций, в том числе и магическую диагностику — у Сумарокова был Сапфировый ранг. И все для того, чтобы вынести очень короткий вердикт:
— Отклонений от нормы не выявлено.
Я усмехнулся. Ну еще бы они что-то нашли.
— Завтра увеличим время контакта на две минуты, — сказал лекарь. — Сегодня после ужина жду вас у себя для регистрации показателей.
— Понял. Буду.
— Постарайтесь пока что не распространяться об эксперименте. Если спросят, отчего так часто отлучаетесь в медсанчасть, отвечайте, что это профилактические осмотры после вашего контакта с аномалией на Петропавловке.
— Андрей Федорович, то есть курсант Романов тоже был со мной, — возразил я. — Тогда уж и его вызовите несколько раз для легенды.
— Непременно, Алексей Иоаннович, — сдержанно улыбнулся Сумароков. — Плановые осмотры утром в семь тридцать и вечером в половину восьмого. Каждый день.
— Да понял я, понял.
— Малейшее недомогание — приходите сразу ко мне в кабинет. Я предупрежу помощников, чтобы мне немедленно докладывали.
Я кивнул.
— Сейчас вы свободны. Увидимся вечером.
— Благодарю, ваше высокоблагородие.
Я наконец-то выбрался из этого кабинета и почти сразу же столкнулся с Левой. Рыжие вихры юного князя Львова заметно укоротились — служба есть служба, и парню пришлось укоротить волосы вдвое.
— Алексей! А я все гадал, куда вы запропастились!
Мы обменялись крепкими рукопожатиями.
— Ну как, прошли медосмотр? — Спросил я.
— Конечно. Теперь вот за обмундированием надо. Вы уже получили?
— Не успел.
— Тогда давайте искать интендантов вместе.
Лева буквально потащил меня сквозь очередь будущих курсантов — девушек и юношей принимали в разных кабинетах. И, по моим наблюдениям, девиц в Спецкорпусе тоже было немало. Минимум четверть, если даже не больше. Я заметил недовольную необходимостью ждать Салтыкову, все такую же вечно тихую Зубову, Гагарину… Кати не было, а жаль. Я хотел поздороваться.
— Так… — Лева остановился перед большими информационными стендами. — Мы с вами в одной группе! Приятная неожиданность… Наш куратор — майор Ланской Олег Александрович. Но это потом… Сейчас нужно понять, где найти интенданта…
— Сто тридцать пятый кабинет, — донеслось позади нас.
Мы с Левой одновременно обернулись, и я расплылся в улыбке.
Феликс
