поинтересовалась, не подбросит ли агент Смит, раз уж он теперь мой куратор, мое бренное тело до участка, где я оставила свою машину, вместо этого он вызвал мне такси.
Я забрала «тахо», не поднимаясь в свой кабинет. В голове испуганными стадами носились мысли и сомнения, а поверх всего этого бил тревожный набат. Я понимала, что только что влезла в очередные неприятности, и не понимала, как я могла бы этого избежать.
Все чертов папочка. Кто-то оставляет своим детям дворцы, яхты и счета в банках, а я от своего унаследовала только умение постоянно во что-нибудь встрять.
Теперь уже официально задокументированное.
Мозгу требовалась разгрузка, а мне требовалось отвлечься, и я подумала, что вечер с Дереком вполне отвечает обоим этим требованиям. Телефон у меня сел, зарядное устройство в машине не работало уже вторую неделю, и я все никак не находила время, чтобы купить новое, так что я решила сделать Дереку сюрприз. Тем более, что ключи от его квартиры я ему еще не вернула.
Дерек жил в приличном жилом комплексе, куда таких, как я, так просто не пускают, но, к счастью, ключ от шлагбаума я ему тоже еще не успела вернуть. Я заехала на подземную парковку, поставила свою машину рядом с его и только в лифте сообразила, что идея с сюрпризом может сработать и в другую сторону.
Например, заявившись без предупреждения, я таки могу застукать Дерека в компании стриптизерш, проституток или еще каких-нибудь секретарш, после чего наше примирение станет окончательно невозможным.
Но Дерек же не такой. Он бы никогда так не поступил. Может быть, все мужчины такие, а он — точно не такой, потому что он меня любит и хочет от меня детей и… И на этой мысли я чуть не развернулась и не поехала домой.
Но в конце концов я все-таки убедила себя остаться, вышла из лифта на его этаже и открыла дверь его апартаментов своим ключом.
В квартире было тихо и темно. Если тут и были стриптизерши, похоже, теперь их танцы перешли уже в горизонтальную плоскость…
К черту дурные мысли, Роберта.
Я прошлась по квартире, стараясь услышать хотя бы один подозрительный звук, но все было тихо. Похоже, что Дерек еще не вернулся с работы домой, это так на него похоже, он настоящий трудоголик, и наверняка старается утопить во всех этих графиках и формулах свою тоску по мне…
Из-под двери его кабинета выбивалась полоска света. Значит, я не так уж и ошиблась, он притащил домой свои бумаги и теперь чахнет над ними, как в тот раз, когда он пытался спасти очередную сделку, а я, вся такая в сексуальном белье, уже ждала его в спальне…
Я открыла дверь, даже не постучав.
Дерек сидел за столом, откинувшись на спинку массивного кожаного кресла, и, черт побери, лучше бы я застукала его в обществе стриптизерш.
Руки Дерека лежали на столе, а глаза смотрели в потолок. Дерек был мертв.
Его застрелили.
Глава 16
— Отличный выстрел, — заметил Алан, фотографируя крупным планом труп моего уже точно бывшего. — Я бы даже сказал, идеальный. С геометрической точки зрения. Пуля попала точно в центр лба.
— Алан, — негромко сказал Кларк.
— О, точно, — спохватился наш судмедэксперт. — Прости, Боб. Что-то я увлекся.
— Все нормально, — сказала я.
Но все, конечно же, было ненормально. Парня, с которым я встречалась полтора года, застрелили прямо у него в кабинете. Всадили пулю в лоб.
Входное отверстие выглядело очень аккуратно, небольшая дырочка с обожженными краями, но я прекрасно знала, что как только Алан начнет свои манипуляции с трупом, выяснится, что у того не хватает половины затылка.
Дерек работал финансистом, имеет дело только с легальными организациями и деньги мафии не отмывал. Я бы знала. Кто и зачем мог пустить ему пулю в лоб, оставалось для меня загадкой.
Как и у всякого человека, у него были недоброжелатели, но на этом уровне недоброжелатели могут разве что наорать на тебя при встрече, держа при этом руки за спиной, чтобы избежать возможных судебных исков за агрессивное размахивание.
Я сидела на стуле и вертела в руках разряженный телефон, с которого пыталась вызвать полицию, прежде чем сообразила, что можно сделать это при помощи домашнего телефона Дерека. Чтобы до этого додуматься, мне потребовалось не меньше пяти минут.
Мозг впал в ступор и не желал из него выходить. Может, оно и к лучшему.
По роду своей службы я каждый день сталкиваюсь с убийствами, но когда убивают того, кого ты знала, это совсем другое.
— Хочешь кофе, Боб?
— Нет.
— Чая? Чего-нибудь покрепче?
— Нет.
Кларк положил руку мне на плечо.
— Давай отойдем куда-нибудь, — сказал он. — Надо поговорить.
— Давай.
Я встала и пошла, чисто механически, даже не задумываясь, а куда я иду. Кларк вовремя подхватил меня под руку и направил в дверной проем.
В гостиной возились полицейские, в спальню я не хотела, вот на кухне никого не было. Кухня подойдет.
Я взгромоздилась на высокий барный стул и попыталась уронить голову на руки.
— Боб, ты же понимаешь, что я должен задать тебе ряд вопросов? — спросил Кларк. — Их все равно зададут, так что лучше уж это буду я, чем кто-нибудь другой.
— Понимаю.
— Если ты не готова, я могу отвезти тебя домой и поговорим утром.
— Нет, давай сейчас, — сказала я.
Я не хотела домой. Я и сюда-то пришла потому, что не хотела домой.
— Дверь была открыта?
— Нет. Дверь была закрыта.
— Тогда как ты вошла?
— У меня был ключ.
— Мне казалось, вы расстались.
— Расстались. Но вернуть ключ я не успела.
— Зачем ты вообще пришла?
— Он позвонил, мы поговорили и решили дать нам еще один шанс.
— Когда он позвонил?
— Днем.
— А где ты была весь сегодняшний день, Боб?
— Не могу сказать. Я дала подписку о неразглашении.
Кларк покачал головой.
— Боб, ты коп, — сказал он. — Ты сама понимаешь, как это выглядит.
— Понимаю, Джон, — сказала я. — И если ты думаешь, что я наслаждаюсь ситуацией, то это не так.
— Точно не хочешь поехать домой?
— Точно.
— На замке нет следов взлома, — сказал Кларк. — Дерек когда-нибудь оставлял дверь открытой?
— Нет, — это приличный жилой комплекс, но он все-таки стоит на территории Города, и оставлять дверь открытой — это напрашиваться на неприятности.
— Здесь полно отпечатков пальцев, — сказал Кларк. — Его, твои и чьи-то еще. Судя по их количеству и расположению, они принадлежат приходящей уборщице.
— Возможно, стрелок был в перчатках, Джон.
— Конечно, — сказал Кларк. — Какой
