вечер исцелял все мои раны, чтобы пытка повторилась завтра вновь.
Я сделал шаг вперед, но Лу уже вскочила со своего места и повисла у меня на шее.
— Знаешь, счетоводы люди очень живучие, — тихо сказал я, обнимая тонкую фигуру богини, при этом стараясь не потревожить ее раны.
Нашу почти семейную идиллию нарушила Энжи, которая вихрем ворвалась в комнату и, громко взвизгнув, повисла на нас обоих, чуть не повалив с ног.
Рассказ о моих приключениях много времени не занял. Пришлось сказать, что меня похитили бандиты, а потом мне удалось сбежать, найдя чужую одежду и кое-как выкрав свой любимый меч.
— И где тебя держали? — спросила Энжи.
— Где-то в доках, не знаю, я выбрался вчера ночью, а сегодня весь день просидел в каком-то пустом амбаре, чтобы затаиться, — на ходу выдумывая, рассказывал я «правильную» версию моего отсутствия.
Короче, еле отбрехался. Энжи проторчала с нами весь вечер, даже отменила свои планы на «культурную программу» — сегодня был пятый день, и она могла где-нибудь отдохнуть за стаканом приличного вина. Но я не стал ее винить за назойливость. Она на самом деле была рада моему «побегу».
На следующий день, когда бард упорхнула по своим богемным делам, я смог изложить реальную версию событий, произошедших со мной. Лу очень обрадовалась тому что я смог выторговать у короля храмы для нее и в глазах богини я видел искреннюю благодарность. Ведь я мог просто попросить титул барона — Кай Фотен согласился бы, особо не раздумывая.
Глядя в фиолетовые глаза богини, я понял, что последние крохи той злости и обиды на Лу, которая возникла в моей душе во время пыток, рассеялись. В этот же момент я услышал и отголоски эмоций моей богини — ко мне стали возвращаться силы, все это время подавляемые специальными отварами. Это ощутила и Лу, и нежно коснулась моего сознания, окатывая меня волной покоя и умиротворения. Мы были снова вместе.
— Я-то понятно, а что вы сказали Энжи по поводу этого, — кивнул я на Лу, имя в виду крайне странный характер ее травм.
Богиня пожала плечами:
— Соврали, что меня сбил какой-то придурок на лошади.
— И она поверила?
— Пришлось. Я почти все время «проболела» в своей комнате, лежа под одеялом, да и не заглядывала она толком. Все время где-то пропадала, игры же остались только на ее плечах после того, как ты исчез.
Я понимающе кивнул. Энжи на самом деле спасла лото, работая все эти дни за троих. Илий помогал ей по мере своих возможностей, но больше старик был обеспокоен состоянием богини, чем делами. Так что бард должна была крутиться как белка в колесе. По всей видимости, нам удалось оставить артистку в блаженном неведении на тему реального положения вещей.
Вечером шумно отметили мое возвращение и договорились завтра же нанять для дома охрану, а мне телохранителей — настояла Энжи. Сказала, что если меня еще раз умыкнут прямо возле дома, она плюнет на все и вернется к бродячей жизни, потому что чуть ноги не двинула от рабочих нагрузок за это время. Пришлось согласиться. Тем более, угроза со стороны криминала никуда не делась, хотя тут были некоторые надежды на королевскую канцелярию, которая, оказалось, занималась и «особыми» делами.
Мне надо было возвращаться к делам, ведь уже к концу следующей недели мне придет «неожиданное» приглашение во дворец. Так что лото должно работать как часы — персональное дворянство надо же чем-то подтверждать.
Глава 7. Из грязи в князи
Как оказалось, Энжи прибеднялась, аки коренная одесситка. Я вернулся к делам уже на следующий день после нашего небольшого празднования — это как раз был день игры — ожидая увидеть руины моего детища, в которых бард из последних сил поддерживает жизнь, а обнаружил четко работающий механизм. Со всеми трактирщиками было договорено, все помосты были приготовлены заранее, письменные принадлежности в наличии, билеты — с избытком. Так что я для виду покрутился между нашими точками и, плюнув на все, вернулся домой, к Лу.
Богиня понемногу приходила в себя. Когда меня пытали в застенках, я как-то забыл, что наша связь, наложенная Матерью, в плане получения ран работает в две стороны, просто до Лу доходит только небольшая часть. Но и этой части ей хватило с лихвой.
«Привет», — скользнул я по сознанию Лу.
— Чего так быстро?
— Энжи знатная притворщица.
— В плане?
— Там все организовано лучше, чем было при мне, — я демонстративно поубивался, откровенно ерничая. — Но вот в гильдию сходить придется. Ты со мной?
Богиня молча кивнула и пошла к себе — надеть сапоги и прихватить меч. Я же зарулил в свою комнату, чтобы забрать деньги.
Единственное, что не могла делать Энжи — пополнять депозиты от моего имени, хотя я уже задумывался выдать ей и такое право, как и право на вручение джек-пота. Потому что бард доказала свою преданность делу: вместо того, чтобы срулить в неизвестность когда я пропал, да прихватить с собой кассу за пару недель, которая составляла почти пять сотен золотых с учетом отчислений в призовой фонд «супер игры», она аккуратно складывала деньги в верхнем ящике моего стола. В итоге, когда я попытался открыть его в первый раз, то подумал, что ящик заклинило: он еле двигался из-за веса золота внутри.
Так что в кризисной ситуации Энжи полностью оправдала оказанное доверие и если уж меня кинет эта рыжеволосая, то верить вообще никому нельзя. Даже себе. Так что в гильдии я решил переговорить с уже хорошо знакомыми клерками на тему того, чтобы они вписали в договор и барда, как человека, способного распоряжаться этими финансами: пополнять депозит, на котором хранится банк «супер игры» и выдавать его по векселю победителю в присутствии последнего.
Я понимал, что как только Кай Фотен пожалует мне дворянский титул, для того, чтобы организовать мою легенду нахождения при дворе, синекура кончится и начнется реальная работа. Рядом с королем придется тусоваться почти безвылазно минимум месяц, пока мне или Лу на глаза не попадутся все до последнего придворные и
