Рысь взглянула на часы. До Нинь-Бина оставалось не более десяти минут. Она повернулась к Джек.
– Мы почти на месте.
– Что, так быстро? Уже? – в голосе Джек слышалось разочарование, и, словно в знак согласия, ее желудок издал громкое урчание.
Они обе взглянули на живот Джек.
– Боюсь, я успела проголодаться, – призналась Джек.
– Не успели позавтракать?
– Решила довольствоваться легким перекусом.
В четырехзвездочном отеле, где остановилась Рысь, на завтрак был такой шикарный шведский стол, что удержаться от того, чтобы наесться до отрыжки, было невозможно.
– Что так плохо?
– Просто я поняла, что пора завязывать, если не можешь понять, круассан жуешь или чей-то ботинок.
Рысь достала из рюкзака шоколадный батончик и протянула его Джек.
– Это должно помочь.
– Спасибо, – Джек взяла батончик с довольной улыбкой, мысленно уже откусывая от него половину.
– Вы надолго в Нинь-Бинь?
– Пока не знаю. А ты?
– Зависит от того, есть ли там, что посмотреть, – уклончиво ответила Рысь. «Надеюсь, она не собирается спросить, можно ли составить мне компанию. Только не при таких обстоятельствах». – Я люблю ездить везде сама по себе, открывать новые места.
Пауза.
Джек улыбнулась как будто своим мыслям.
– Понятно.
Было ясно, что она прекрасно поняла, что именно хотела сказать Рысь.
– Я не хотела, чтобы это прозвучало грубо.
– Все нормально, – ответила Джек. Она не выглядела обиженной. – Я сама такая.
– Не удивительно. Не похоже, что Вы их из тех, для кого главное – хорошая компания.
Конечно, она была не из тех. То, как Джек робела в разговоре, как трудно ей было усидеть на месте, - все говорило о замкнутости. Единственный раз, когда она заметила за Джек проявления сердечности, был случай в кафе, когда прошлой ночью к ним подошли голодные ребятишки. Но почему? Неужели Джек не доверяла никому, кроме детей? Неужели, она чувствовала себя в безопасности только среди них? Кэссиди ничуть не удивилась бы, узнав, что у Джек не было друзей.
– Да, я другая, – признала Джек, – но и ты не производишь впечатление социального существа, у которого каждая минута расписана.
– Могу я узнать, из чего Вы сделали такой вывод? – Кэссиди было любопытно, как Джек пришла к такому заключению. Большинство людей судили о ней по внешности и возрасту. Они думали, что Кэссиди любила клубы, вечеринки и вообще была «такая типа чика», которая не прочь в выходные напиться с друзьями.
– Для своего возраста ты очень зрелая. А тебе, я полагаю, около двадцати пяти, – проговорила Джек, хитро прищурившись. – Ты отправилась в Азию одна. У тебя очень острое восприятие, а это значит, что ты проводишь много времени, наблюдая за людьми и анализируя их поведение. А это качество можно развить, только оставаясь на расстоянии, намеренно не вступая в прямое общение. Плюс, ты не тратишь времени даром, когда дело касается того, чтобы снять женщину. А это значит, ты не заинтересована в дружбе, и тебе не обязательно сначала узнать ее получше.
Впечатляет.
– Очень неплохо. А с чего Вы взяли, что я не церемонюсь с женщинами? – Рысь даже не знала, обижаться на это замечание или нет. В конце концов, это было правдой, но она не выносила разговоры на чистоту. Тем более на подобные темы. Тем более с Джек. Кэссиди почему-то не хотела, чтобы Джек думала, будто у нее в привычках короткие интрижки, случайные связи и анонимный секс. Она искренне полагала, что это было не так. Вернее, ее сексуальные приключения могли быть спонтанными и «без обязательств», но, по крайней мере, это было не постоянно.
Ухмылка Джек была невыносима.
– Прошлая ночь.
– Я вовсе не пыталась Вас снять, – возразила она. Эта фраза прозвучала неубедительно.
– А как бы ты это назвала?
– Мне нравится общаться с Вами, – Рысь хотела, чтобы это прозвучало с невинной бесцеремонностью. Но блеск в глазах Джек говорил о том, что ее не так-то просто было купить.
– И что же... Если бы я пригласила Вас к себе в номер, Вы бы тоже повернулись и ушли?
Джек едва удержалась от ответной реплики все в том же духе сладостного флирта:
– Как знать, как знать...
Рысь поддела ее:
– А что, разве Вам самой не хотелось позвать меня к себе в номер?
Поезд подполз к платформе, все пассажиры засуетились, в вагоне воцарился хаос.
– Приехали, – Джек встала с сиденья.
– Вы не ответили, – сказала Рысь, преграждая проход, чтобы Джек не удалось молча уйти.
Но та взяла с полки рюкзак и прошагала мимо. Обернувшись на полдороги, Джек смерила огорченную Кэссиди внимательным взглядом и неожиданно серьезным тоном произнесла:
– И, прошу... береги себя.
В следующее мгновение она вышла через ближайшие двери и растворилась в толпе на перроне.
Глава шестнадцатая
Нинь-Бинь, Вьетнам
Когда Рысь вышла из вагона с рюкзаком наперевес, Джек нигде не было видно. Стараясь забыть о постигшем ее вновь разочаровании, Рысь достала изображение Оуэнса, показала нескольким местным, работавшим на вокзале: билетным кассирам, уличным торговцам, уборщикам. К счастью, какой-то мелкий служащий из вокзальной забегаловки узнал человека на снимке. Но на английском он двух слов связать не мог, а найти кого-то способного перевести то немногое, чем мог быть полезен первый свидетель, оказалось не так-то просто.
Измучив билетного кассира требованием перевести элементарные фразы с вьетнамского на английский и обратно, Рысь сумела узнать, что Оуэнса видели пару дней назад. «Мусина со сьрамом» купил бутылку воды и какие-то еще мелочи, а потом, насколько парень помнил, сел на скамейку на перроне и полчаса ждал следующего поезда на юг. После этого Оуэнса больше не видели. Итак, он здесь побывал, но снова ускользнул. Рысь сверилась с расписанием поездов. До следующего оставалось четыре часа. Подойдя к тому же кассиру, который для нее переводил, Рысь попросила лучший из оставшихся билетов.
– Полная поезьда. Нету билет, – сказал кассир.
Быть того не может. Но после того кошмара, который я только что пережила, добираясь сюда, в такую глушь, меня уже ничто не удивит.
Полтора часа ехать стоя в поезде из Ханоя было ужасно. А выдержать еще как минимум сутки пути в Сайгон?
– Хорошо, тогда... просто билет.
– Не понимать! – покачал он головой. – Нету билет. Полная поезьда будет.
– Даже стоя никак? – спросила она в отчаянии.
– Нету, – повторил он. – Полная.
Ругаясь вполголоса, Рысь снова заглянула в расписание. Следующий поезд был вечером, после десяти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
