сделан. Эта твоя сила… Демоническая внешность… А теперь и переполох с бедным сыном графов…
— Ты считаешь, что это моя вина? Этот ребёнок сам по себе сильный маг, просто неопытен. Тем более, я так или иначе не смог бы что-либо сделать, так как был за пределами поместья.
— Достаточно! — грубо произнесла женщина. — Сейчас ты уже не маленький мальчик, о котором нужна забота. Ты вырос, и считаю, что свой долг матери я выполнила.
— Долг матери?.. — спросил Элвин, запнувшись на несколько мгновений. Опустил голову, словно обдумывая всё, а после снова посмотрел на герцогиню и спросил: — Ты хотя бы немного любила меня как мать?
Этот вопрос буквально повис в комнате. Герцогиня не знала, что сказать. Вначале вопрос был подобен пощечине, наносившей удар именно по гордости, после женщина решила всё же снять маску и показать своя «Я». Она помрачнела, стиснула крепко зубы и кулаки. Было видно, что она борется. Борется с собой, чтобы не сорваться. Едва сдерживается, но всё же…
— Ответь-ка лучше ты на вопрос, Элвин, — тихо произнесла герцогиня. — Можно ли полюбить того, кто в будущем станет виновником смерти тысячи невинных людей? Можно ли полюбить чудовище? Можно ли полюбить демона?
От этих вопросов Элвин просто закрыл глаза, словно ставя для себя окончательную точку. Не обвинял её, не кричал, даже перестал что-либо говорить. Он просто закрыл глаза, сохраняя полное спокойствие на лице, словно ему всё равно, что говорит женщина. Та женщина, что родила его. Однако за окном забарабанил проливной дождь.
— С самого начала твоё поведение заставляло желать лучшего, — вздохнула женщина. — Покинул поместье, никому ничего не сказав… Так ещё и прислугу в это втянул… Дурнушка? В принципе, мне всё равно, как ты развлекаешься с горничными, но…
— Её зовут Элион, — впервые перебил свою мать Элвин. — И она мой друг, матушка. Прошу, запомни это.
— Господи… — протянула герцогиня, прислоняя ладонь к виску, словно у неё разболелась голова. — Всё равно, — в итоге бросила она. — Надеюсь, что этот разговор последний, и ты сделаешь нужные выводы. Если бы не Великое Бедствие, которое всех ждёт, вряд ли бы ты дожил до такого возраста.
— Если бы не великое Бедствие… я бы даже не родился, — поправил Элвин.
От каждого слова Элвина и его матери я испытывала резкую боль в груди. Это так несправедливо. Он не виноват, что родился таким, но, чёрт… Как же бесят эти шаблоны! Эй! Автор! Ты не слишком ли своей драмой всех замучил? Нет, я знаю, это канон. Так было и в книге. На Элвина морально давили со всех сторон, и только Аннабель была более-менее добра к нему — прекрасна, нежна, мила, романтична и юна. Тут невозможно не влюбиться.
Он ещё не занял официально пост Короля Демонов, но для всех остальных он уже с рождения стал монстром.
Ух! Как я зла!
Ух! Как хочу поколотить эту герцогиню!
Ты что, слепая? Не видишь, что он само очарование? Как можно гнать своего ребёнка из дома? При этом он не хочет уходить. Хочет сохранить хотя бы какое-то подобие семьи. Но именно её у него не было.
Хотя… у меня будто ситуация лучше. Однако да, лучше. К своим родителям я вообще ничего не чувствую. Они для меня чужие. Так что их позиция, скорее, выгодна для меня, но Элвин — совсем другая история.
Бедный мой мальчик. Так хочу обнять его, поцеловать, потискать разок-другой… К-хем!.. В общем, утешить, как следует. Но… не я его героиня. Я — друг. Эх… Никогда не думала, что «френдзона» бывает такой… мучительной. Но это так — пустяк. Можно и потерпеть. Сейчас главное…
Неожиданно из-за моей спины появилась чья-то ладонь, которая облокотилась о дверь, за которой я пряталась, и скрыла мне весь обзор.
— Не следует горничным слушать разговор их хозяев, — прозвучал шёпот на ухо.
Вздрогнула и резко обернулась. Ожидала увидеть кого угодно, но только не… Фредерика. Молодой светловолосый парень с нежными, практически идеальными чертами лица смотрел на меня несколько отстранённо, словно только что заметил. Я же уже готова богу душу отдать.
Чёрт! Этого ещё не хватало. Что же делать? Так, стоп. Ничего не говори. Даже звука. Просто… улыбайся. Люди любят идиотов. А мне сейчас как никогда нужно притвориться идиотом.
— Что это за шум? — услышала я женский голос, который также услышал и Фредерик. Ох… беда. Сейчас она откроет дверь и… привет.
— Иди сюда, — произнёс молодой герцог, после чего взял меня за руку и повёл дальше по коридору.
Мы шли быстро и торопливо, пока он не свернул в уединённую комнату, прикрывая за нами дверь. В тишине парень прислушивался к шорохам за дверью, но, когда понял, что опасности нет, слегка облегчённо выдохнул.
Что, мать вашу, происходит? Почему мы здесь? Он не выдал меня? Почему? Или он сам не понял, что только что сделал? Парень посмотрел в мою сторону, и я в эту же секунду вернула улыбку на своё лицо. Буквально намертво её приклеила к губам. Молчала и улыбалась.
— Хм… — вздохнул Фредерик, расстроенно нахмурив брови. — Элвин сказал, что ты его друг, — начал он разговор, не повышая тона. — Должен отметить, что ты его первый и, пожалуй, единственный друг в этом доме. И если это действительно так, то, должно быть, тебе не очень приятно слышать нечто подобное о своём друге. Хотя у тебя и разум маленькой девочки…
А?.. Погодите-ка… Что происходит? Он хочет поговорить? Я думала, что он меня уже разоблачил, но, похоже, это не так. Воу… Сейчас точно мой мозг взорвётся. Зачем он это сделал? Потому что я друг Элвина? Но разве он сам не испытывает неприязнь к брату? Фредерик выглядит так… Вернее, у него такой взгляд… Он мне чем-то Алана напоминает, когда тот готов заплакать. Вот только на губах герцога была грустная улыбка, словно он пытался ей защититься. И не смотрит на меня… смотрит куда-то в пол, на стенку, за окно, словно в прострации.
— Значит, тебя зовут Элион… — продолжал Фредерик. — Звезда Надежды… Неожиданно прекрасное имя для такой, как ты.
Эй! Ты что-то имеешь против моего имени? По-твоему, я должна на всю жизнь остаться Дурнушкой? Хотя родители для этого сделали всё, что только можно. Даже брату с сестрой не говорили моего имени. Да даже самой Дурнушке. Она его не знала. Просто жила овощем.
— Но кто знает, — вздохнул парень, вновь улыбнувшись. — Может, оно и к лучшему… Надежда нам бы не помешала. Особенно учитывая то, что будет дальше… Матушка хочет, чтобы брат покинул
