беседа перешла на более нейтральные темы. Хотя я всё ещё не до конца и безоговорочно ей доверял, так открыто тоже больше не опасался. Возможно, я бы даже отпустил Кираю на все четыре стороны, если бы не берег свои секреты. Но девушка слишком много знала обо мне, чтобы вот так просто освободить её посреди враждебного государства. Впрочем, банальная эгоистичная причина вытянуть из неё побольше полезной информации тоже занимала не последнее место в моих мыслях.
— Так что, кстати, насчёт твоей общины? Ты успела определить, где их держат? — после этого вопроса лицо девушки слегка омрачилось.
— Нет, — она тяжело вздохнула, — но, полагаю, в итоге наша драка ничего не изменила. Когда мы столкнулись, я уже почти закончила шерстить архив.
— Результаты неутешительные? — я заметил выражение её лица.
— Всё, что мне известно, так это то, что большинство отправили в крепость наподобие той, в которой держали меня, — она поджала губы. — Но это было давно. Как дело обстоит сейчас, неизвестно. Может, их переместили. Может, кого-то уже всё-таки запытали до смерти. Я проверила каждую мелочь, каждую несущественную запись, которая могла быть косвенно связана с этим вопросом. Но всё безрезультатно. Я узнала лишь приблизительный регион. Учитывая его размеры, это, считай, почти ничего.
— Значит, скорее всего, точную информацию можно узнать лишь в столице, — это было утверждение, а не вопрос.
— Видимо, так, — Кирая бросила на меня короткий взгляд.
На данный момент она успешно сдерживалась и не докучала мне однотипными вопросами в стиле: «когда я смогу оказаться на свободе?» Но очевидно, что эта тема по-прежнему очень сильно её интересовала.
Поговорив с ней ещё немного, я в конце концов попрощался и вышел в город.
Бастион продолжал свою стремительную трансформацию. Его маги, многие годы торчавшие взаперти безо всякой надежды, разошлись не на шутку. Насколько я мог судить, они окончательно отказались от военного назначения города-крепости. Не только разрушенные улицы, но и однотипные районы-лабиринты полностью перестраивались. И пусть на данный момент все эти изменения казались немного чрезмерными, перспективы первого крупного поселения карманного мира меня радовали.
Мой дом, напротив, отличался от Бастиона своей тишиной и уютным спокойствием. С моего разрешения Сона стала потихоньку заселять лес вокруг него безобидными животными, и я очень хорошо чувствовал, с каким удовольствием она занималась этими вопросами. Карманный мир стал для неё личным конструктором, с которым она безо всяких забот давала волю своему воображению.
Я замечал, как она постепенно и с осторожностью каждый день добавляла и редактировала свод малых законов, регулирующих местную флору и фауну. Это было необходимо, учитывая, что после того, как я покинул Драконьи горы, я снова стал закидывать внутрь всякую живность. И Хранительница с максимальным усердием старалась отрегулировать всё так, чтобы в будущем любые виды могли спокойно сосуществовать без проблем.
Однако это было не единственное, с чем нам приходилось иметь дело.
— В общем, я думаю, дальнейшие попытки бесполезны. Ничего уже не поменять, — Шая поправила волосы и сделала маленький глоток чая.
— Как же это так вышло? — недовольно поджимаю губы. — Я же лично пытался им все объяснить.
— И сделал только хуже, — девушка хохотнула. — В твоей божественности деревенских теперь никак не переубедить. И никакие визиты из города тут тоже не помогут.
— Сумасшествие…
— Не согласна, — Шая покачала головой. — Они, конечно, очень плохо понимают принципы и возможности высокоуровневой магии, но всё же эти люди не дураки. Быстрорастущий мир, над которым ты имеешь полный контроль, для этих людей весьма убедительное доказательство. И это на самом деле что-то с чем-то. Любого шокирует. Так что нет ничего удивительного, что у них возник этот… эээм…
— Культ, — я подсказал, закатив глаза.
— Зачаток новой религии, — Шая мягко улыбнулась.
— Мне такое не очень нравится, — ответная улыбка у меня вышла кривовато. — Ладно, ты главное приглядывай за ними и следи за тем, чтобы у них всякие странные и нелепые традиции не появились. И уж точно никаких жертвоприношений. Ни людей, ни животных. Запомнила?
— А чего там запоминать, и так всё ясно, — девушка кивнула.
— Ссссс! — справа от меня зашипела Милашка, вальяжно развалившаяся в свободном кресле.
— Что она сказала? — Шая посмотрела на меня.
— Она сказала, что именно в такой момент и нападают самые опасные хищники. Когда ты максимально расслаблен, — я перевёл слова змеи.
— Знаю-знаю, — девушка махнула рукой.
— Ссссс! — слева от меня неожиданно зашипела Фелия.
— А она что сказала? — улыбка Шаи застыла на лице.
— Она сказала… Ссссс? — развожу руками.
— Почему в твоём ответе вопросительная интонация? — моя собеседница фыркнула.
— Потому что она шипела просто так, — я перевёл взгляд на девочку. — Фелия, может, ты всё-таки будешь разговаривать нормально?
— Но змеиный язык такой классный! — девчушка слегка надулась.
— Сссс! — змейка согласно кивнула.
— А ты не поддакивай… — закатываю глаза.
— Почему её ты понимаешь, а меня нет? — девочка поджала губы. — Я ведь стараюсь, чтобы было похоже… Ми, скажи ещё раз!
— Сссссс.
— Сссссс? — Фелия старательно повторила и краем глаза посмотрела на меня.
— Прости, но это не так работает, — я виновато развёл руками.
— Не переживай. Мне кажется, на самом деле он ничего не понимает, а просто притворяется, что может разговаривать со змеёй, — Шая подмигнула девочке.
— Мне тоже так кажется, — Фелька кивнула сама себе. — Я ведь повторила точь-в-точь…
На моём лице промелькнула невольная улыбка.
— Ты думаешь, твой учитель будет тебя обманывать?
— Наверное, нет… — девочка наклонила голову, но в её словах всё ещё было заметно сомнение.
— Наверное, нет? — я добавил в голос немножко строгости.
— Нет, учитель не станет меня обманывать, — Фелия вздохнула, но затем перевела взгляд на Шаю. — Тогда меня обманывает сестрица?
— Так нечестно, ты использовал свой авторитет, — Взглянув на меня, девушка закатила глаза. — И почему я сразу обманываю? Просто эта история о змее оказалась такой странной и неожиданной…
… Сидеть в кругу знакомых лиц и болтать ни о чём вовсе не казалось мне чем-то скучным. Жалел я лишь о том, что далеко не все небезразличные мне люди находились сейчас в карманном мире. И если бы
