сердце разрывалось в предвкушении разговора. Несколько лет, я отгонял от себя всех, но последний месяц перевернул все с ног на голову. Перевел взгляд на Полину, которая сидела рядом и душа подпрыгнула высоко, а потом снова упала к ногам.
— Ну Марк, скажи пожалуйста, куда мы едем?
Каждую минуту я слушал один и тот же вопрос.
— Полин, я не могу тебе ответить.
Хотелось тянуть интригу до последнего. Она сидела и сопела, как еж, не узнавая дорогу. А я смеялся в душе, надеясь, не оступиться на тонком льду и не сломать нас обоих.
— Полин, уже скоро приедем.
Успокоил я ее и перевел внимание на знакомую высотку, заезжая на подземную парковку.
— Марк, почему мы приехали к тебе?
— Полин, ты скоро сама все узнаешь, пошли.
Я вышел и открыл пассажирскую дверь. Удивленная Пчелкина робко взяла меня за руку и вылезла из машины. Я вел ее домой, прокручивая в голове свою речь, а она лишь молчала, безропотно ступая за мной.
— Проходи, пожалуйста, сейчас дам тапочки.
Она кивнула, прошла в гостиную и скромно села на диван. Я шел за ней, на ходу снимая пиджак и расстегивая манжеты рубашки, Пчелкина следила, за моими движениями, не отрываясь. А я следил за ней, смотрел, как она рассматривает мою фигуру и сильней вжимается в кожу дивана. Я подошел и сел рядом, немного приобнимая за плечи. Ее дыхание участилось, и Полина повернулась ко мне. Я провел пальцами по ее щеке, немного спускаясь к шее. Кожа была, как бархат, и я продолжал гладить и смотреть в зеленые бездны глаз. Ее грудь поднималась, с каждым вдохом, а я смотрел и сходил с ума, от желания. Пальцы снова поползли вверх, задевая пухлые губы. Полина смотрела мне в глаза, переводя взгляд на мои губы, а я продолжал свои действия. Второй рукой я зарылся в ее волосы, перебирая шелковистые пряди, пропуская между пальцами и наклонился еще ближе. Она потянулась к моему лицу рукой, касаясь шрама. К нему никто не прикасался. Я бы и не позволил это сделать, а ей позволял все. Я выдохнул ей в губы.
— Полин, я хочу чтобы ты осталась здесь со мной.
— Что?
Переспросила она и ее руки замерли на моем лице.
— Я хочу, чтобы ты со мной жила.
Она оторвалась от меня и пристально посмотрела в мои глаза.
— Марк, а в роли кого ты меня приглашаешь жить с тобой?
Я молчал.
— Полин, я не знаю как объяснить.
— Может в роли твоей любовницы или охотницы за твоим кошельком? Или в роли содержанки? Почему ты не спросил, хочу ли я?
— Я был уверен, ты захочешь, тем более посмотри какой здесь комфорт.
Она обвела глазами помещение и отрицательно покачала головой.
— Мне не нужны ни твои деньги, ни твоя квартира, я надеялась, ты это понял, но видимо ошиблась.
— Полин, я хочу чтобы мы были вместе, но я пока не готов к серьезному шагу.
— Какой же ты.
Слезы блеснули в ее глазах, а я не знал, что сказать в свое оправдание. Я продолжал стоять в полуметре от нее, опустивши руки, как последний неудачник. Полина, молча, развернулась и ушла, лишь звук захлопнувшейся входной двери, вывел меня из состояния ступора. Она ушла, и я побежал за ней, сломя голову.
Полина.
Я выскочила из квартиры Вольнова, хлопнувши дверью, словно ошпаренная. Пригласил жить вместе, а в роли кого не подумал, вот молодец. Он был уверен, что не откажусь. Я рассмеялась, смахивая слезы, читая адрес на фасаде дома, чтобы вызвать такси. Такси должно было прибыть через несколько минут, а я стояла и молилась, чтобы Марк не побежал за мной. Время шло, телефон молчал, и подъездная дверь была плотно закрыта. Во мне закипала злость на Вольнова, решил он за меня значит. Я выдохнула морозный воздух и увидела свет фар движущийся в мою сторону. Я вышла из своего укрытия, как можно быстрей садясь в такси. Машина тронулась, а дверь подъезда резко отворилась, почти слетая с петель, Вольнов выскочил в одной рубашке, он был в бешенстве. Даже через стекло, чувствовалась его мощная энергетика. Он был безумно зол, сверля глазами отъезжающее такси, а я резко сползла вниз на заднем сидении, надеясь остаться незамеченной. Я зашла, домой снимая туфли лодочки и расхаживаясь онемевшими ногами. Телефон разрывался от постоянных звонков. Трубку брать не хотелось, поэтому я скинула и написала, что уже дома и ложусь спать, погружаясь во все воспоминания.
Утро выдалось пасмурным, вставать не хотелось, я взяла телефон, который был в беззвучном режиме. Вольнов писал мне почти до самого утра. Первые сообщения были написаны четко и грамотно, в них он просил, чтобы я взяла трубку, следующие сообщения были, словно шифр, все слова состояли только из согласных. Наверное, Марк в этот момент уже пил. Я включила звук и тут же услышала трель, звонила Юля.
— Юля, привет.
Я заулыбалась
— Поль, привет, а что с голосом? Ты что спишь еще?
— Только глаза открыла.
Решила не врать.
— Ну вот, а я уже на твоем районе, сейчас зайду в магазин и к тебе. Так что, поднимайся и ставь чайник.
Я молнией стала приводить себя в порядок. Дверной звонок прорезал тишину квартиры, и я побежала открывать, теряя на ходу тапочки. Юля стояла на пороге во всей красе, словно с красной дорожки.
— Обалдеть, ты откуда такая нарядная?
Сказала, я пропуская подругу в квартиру.
— Поль, не поверишь, после тебя едем знакомиться с родителями Антона.
— Вот здорово, молодцы.
— Это ведь ты у нас все сделала наоборот.
Мы засмеялись, а Юля зашла на кухню, ставя передо мной пакет с фруктами и маленький тортик.
— Поль, ты помнишь, мне чай без сахара.
— Юля, спасибо большое, но зачем ты тратилась.
— Это не тебе, а малышу, как ты себя чувствуешь?
— Уже все хорошо, стараюсь больше не нервничать.
— А Марк Игоревич как? вы общаетесь?
Я кивнула и рассказала, что вчера была на дне рождении его матери. Не стала говорить, про наш вечерний инцидент, он еще сам во всем не разобрался, также, как и я.
— Обалдеть, значит ты была у них дома и они оценивающе смотрели на тебя?
— Да, Юль.
Я заварила чай и порезала принесенный торт.
— Поль, жалко меня там не было, я бы им показала всем.
— Да, Юля, там такие люди, они привыкли так жить, мы по другому.
Она кивнула и продолжила. А я смотрела на нее и, не могла понять, что в
