Жгучая боль от следа от хлыста нахлынула на нее.
- Черт тебя подери, больно же!
Он прижал ее спиной к своей груди, чтобы прошептать прямо на ухо.
- Я садист, девочка, и наслаждаюсь звуками боли. Если ты не хочешь кричать, то внимательно следи за своим поведением рядом со мной.
Дрожь настоящего страха пробежалась по ее позвоночнику, прежде чем Сэм усмехнулся и отпустил ее. В этот раз она бежала как гончая.
Пару минут спустя Габи замедлилась и наклонилась, упираясь ладонями в колени, чтобы отдышаться. Себе на заметку - нужно больше тренироваться. Когда она выпрямилась, заметила крепкую деревянную изгородь впереди. Она добежала до границы садов. Сколько же здесь акров? Только она собралась вернуться обратно и уже выбрала дорожку, которая вела через поляну с белоснежными цветами, сверкающими в лунном свете, как из-за ближайших кустов вышла темная фигура.
- Иди сюда, грязная шлюха.
Она застыла, ей не хватало воздуха, Габи не могла найти в себе силы пошевелиться, пока мужчина подходил к ней все ближе.
- Габриэлла, - он схватил ее за плечи и легонько встряхнул, - Габриэлла. Посмотри. На. Меня. Используй стоп-слово. Скажи его.
Маркус. Это был Маркус. Она уставилась на его лицо, заметив его напряженное выражение. Мужской запах Мастера смешался с запахом тропических цветов, и она снова смогла дышать.
- Красный, - прошептала она.
Дом улыбнулся и притянул ее в свои объятия.
- Очень, очень хорошо, дорогая.
Когда он уже хотел ее отпустить, Габи вцепилась в него своими руками. Без слова возражения, он держал сабу до тех пор, пока тяжелые удары ее сердца не замедлились, а мышцы не расслабились. В конце концов, он отстранился.
- Готова продолжать?
Нет. Но она сжала губы. Превратиться в безмозглый овощ только из-за пары слов? Это было страшнее чем все, что мог сотворить с ней Маркус вместе взятое.
- Готова.
- Вот так. Я горжусь тобой, сладкая.
Наклонившись, Маркус поцеловал ее, в начале слегка покусывая ее губы, а затем накидываясь на ее рот с такой свирепостью и всепоглощающим голодом, что весь ее мир наполнился его прикосновениями и вкусом.
Боже, этот парень умел целоваться.
Он прошептал прямо ей в губы:
- Будь храброй, маленькая саба, - и отошел от нее мягкой поступью пантеры. Тени поглотили его.
Она нахмурилась оттого, как легко он исчез в темноте, и осознала, что нигде не видит желтого свечения. Он снял свой светящийся браслет, вероятно, спрятал его в карман джинсов. Подлый ублюдок.
Сделав несколько шагов, она бросилась бежать. Пусть попробует угнаться за ней, почему она должна достаться ему легко? Габи обогнула угол и обернулась. Ни следа охотника.
Грубые руки схватили ее и рывком прижали спиной к твердому телу.
- Грязная потаскуха.
Она застыла.
- Стоп-слово. Скажи его, Габриэлла.
- Красный.
Еще четыре раза он отпускал ее в темноту и снова находил. Во время последнего захвата, шатаясь от истощения, она выкрикнула ему это слово без промедления.
- Красный, ты, ублюдок.
Маркус рассмеялся, и вдруг его рука сжала ее волосы, когда он притянул ее к себе и завладел ее ртом. Он целовал ее так, как она всегда мечтала: жестко и глубоко.
Когда мужчина отстранился, ему пришлось отдирать ее руки от себя, так как они сцепились вокруг его шеи.
- Давай вернемся назад в дом, сладкая, - сказал он слегка охрипшим голосом.
Она издала тоскливый вздох. Его поцелуй воспламенил ее, и сейчас ей хотелось, чтобы он преследовал ее ради удовольствия… а не затем, чтобы проверять на прочность ее самоконтроль.
- Да, наверное.
- Наверное?
Вместо того, чтобы уйти, он придвинулся ближе к ней. Его огрубевшая рука обхватила ее грудь. Сжала. Взвесила на ладони.
Она ахнула от неожиданной пронзившей ее вспышки жара.
- Ты совсем не выглядишь усталой, дорогая, - произнес он со стальной ноткой в голосе, которая проявлялась либо когда он был зол, либо собирался сделать что-то очень интересное, например, всерьез начать игру.
Саба вдруг почувствовала сухость во рту, ее кожу стянуло. Если он будет по-настоящему преследовать ее, испугается ли она? Габи видела тот же вопрос и в его глазах. Обдумывая это, девушка приняла решение за секунду. Может, он и напугает ее, но мысль о том, как он настигнет ее… возьмет … пронзила ее желанием между бедер. Все ее тело трясло, когда она начала осторожно отступать от него.
- Я совсем не устала, Сэр. На самом деле, я могла бы вернуться в дом и найти себе менее… хилого… партнера.
Он рассмеялся глубоким смехом.
- Ты действительно могла бы, - он вытащил светящуюся палочку из кармана и обернул ее вокруг своего запястья. Затем приподнял ее за подбородок. - Думаешь, ты успеешь сделать это до того, как я тебя поймаю?
Ее дыхание замерло, и она была уверена, что это не из-за страха. Саба насмешливо фыркнула.
- Проще простого.
Маркус отступил назад.
- Я буду считать до ста.
Отсчитывая про себя, она убегала все быстрее в течение семидесяти пяти секунд, сворачивая направо и налево, затем снова налево, выбирая дорожки, которые уводили ее все дальше от Дома. Как будто он никогда ее не найдет. Конечно же, найдет, всегда находил. Пытаясь успокоить дыхание, она шла, удерживая свое запястье впереди себя. Вглядываясь в темноту и белый клубящийся туман, она осознала, что некоторые из светящихся браслетов больше не передвигались. Большинство из них создавали мерцающую группку из трех, означающую, что Дом поймал свою сабу. Некоторые совпадающие по цвету огоньки мелькали прямо рядом с землей, и Габи захихикала, зная точно, что это значило.
Она снова уперлась в заграждение, и все еще не встретила Маркуса. Развернувшись, Габи пошла по дорожке, ведущей к дому, слегка разочарованная. Идея того, что Маркус захочет, по-настоящему захочет заняться с ней любовью, зажгла ее кровь.
Другие сабы всегда томно вздыхали, когда говорили о нем.
Она скривилась. Большинству стажеров, кроме Салли, сама Габи не нравилась из-за ее своевольного поведения. Ее шаги замедлились, энтузиазм покинул девушку. Не считая родителей, она всегда нравилась людям, но только не здесь. Плечи сабы поникли.
Несколько стажеров указали ей на то, что она отнимает слишком много времени у Мастера Маркуса. Габи тяжело вздохнула. Вероятно, он думал точно так же. Она совершенно точно вела себя не как примерный стажер. И хоть он никогда не проявлял отвращения к ее действиям, а у нее уже была возможность, чтобы довести его до грани, в конце концов, ей было ненавистно разочаровывать его снова и снова. Габи потерла ноющий участок под ребрами.
