его выбритой груди. Или широких, расцелованных солнцем плечах. Венах на его бицепсах. О том, как он сглотнул и как отвел взгляд, когда я села рядом. О чем бы в тот момент ни думала, я просто не могла согласиться на его приглашение. Словно Красная Шапочка на пороге домика своей бабушки.
Именно эта опасность таилась в походах. Интенсивное времяпровождение вместе на протяжении долгого периода, возникающие возможности. Мне нужно было осознать, что все это иллюзия, Фата Моргана, а не настоящий мир. Не его мир. Потом Александер вернется в свой, не знакомый мне мир.
Несмотря на это, вид Сандера вызывал у меня тихий вздох.
Черт побери. Почему же он был таким чертовски милым? Почему не мог быть супербогатым заносчивым придурком, настолько избалованным, что ежедневные походы были бы ему в тягость? Нет, вместо этого он наслаждался природой, ладил с остальными членами группы, помог справиться с кризисом семейной паре и общался с пожилыми дамами так, словно каждую неделю встречался с ними за чашечкой кофе.
– Итак, девочка, нам и правда повезло с погодой, не так ли? – как по волшебству, прервала мои мысли Труде, и я незаметно вздрогнула, потому что не заметила ее.
– О, Труде, не делай так! – раздался голос слева, и появилась Сильвия. Ее губы были сжаты в тонкую линию беспокойства. – Не сглазь, а то еще погода испортится!
Теперь и Сильвия высказала то, о чем не говорили, но я решила, что лучше ей на это не указывать. Именно поэтому я старалась изо всех сил не думать о том, как ужасно все началось. Потому что из-за плохого начала тура никогда не получится отличный поход. Как правило, все становилось еще хуже.
Следующие полчаса я провела с пожилой парой из Бельгии. Оба были в восторге от разных треккинг-туров по всей Европе, в которых они уже принимали участие. Когда супруги спросили меня, бывала ли и я в других странах, я впервые почувствовала что-то вроде сожаления, потому что пришлось сказать «нет».
– Почему ты этим занимаешься? Походами в горы?
– Я люблю природу, потому что она требует от каждого чего-то настоящего. – Никогда раньше ответ не был проще. – Почти как входной билет, который нужно показать.
Луиза с пониманием кивнула.
– Ты уже говорила об этом, и я считаю, что это правда, – перешла она на английский.
– А почему вы выбрали Hjerteslag Øyeblikke? – спросила я.
– Нам понравилась информация в интернете после того, как мы услышали о нем от друзей. Ваш сайт все-таки сложно найти.
Возможно, это также было одной из причин, почему родители Сандера выбрали именно нашу фирму для его отдыха. Речь шла не только о побеге от скандала, который навис над ним словно грозовая туча.
«Если ты вдруг передумаешь, я рядом. Тогда мы поговорим и…»
От воспоминания о его словах по телу побежали мурашки, от макушки до кончиков пальцев, и я снова заставила себя думать о чем-то другом. О чем угодно, но только не об этом.
Сейчас Сандер шел в паре метров передо мной и молча наслаждался многообещающим видом, который то и дело мелькал между деревьями. Пахло хвоей, влажной землей и смолой, вдалеке слышался шум водопада, который станет главным пунктом сегодняшнего дня. Некоторые организации проводили туры только по водопадам региона, потому что эта местность была ими знаменита.
В дружелюбном молчании мы шли сквозь национальный парк. Не считая оленей, в последнее время мы замечали много орлов, и я надеялась найти одну определенную пару, которую обнаружила в прошлом году и за которой некоторое время наблюдала.
Тут, в дикой природе, ритм жизни соответствовал естественным условиям, и здесь я чувствовала себя увереннее всего. Это была моя гавань. Мой дом. Причина, почему я дышала.
Не стоит сравнивать с крупными городами, где люди, словно засохшие цветы, опускают головы и погружаются в мир смартфонов, стараясь найти там социальные связи, которые можно установить с помощью одного взгляда, одного слова или простого прикосновения.
Сформулировано слишком жестко, но возможно, в этом прятался мой страх. Краем глаза я заметила движение, промелькнула какая-то тень. Повернув голову, я увидел на опушке леса у реки северных оленей. Их было немного, часть стада уже ушла вперед. Тем не менее я смогла различить двух молодых особей и их матерей.
– Джулия, – крикнула я. Она шла рядом с отцом и резко повернулась ко мне, взмахнув конским хвостиком. Я пальцем указала между деревьями и дикими кустарниками, на место, где все еще паслось несколько животных.
– Не лемминги, конечно, но северные олени, – объяснила я, подходя к сестре Вилмы и ее отцу. Джулия вся сияла, ее лицо по-настоящему светилось, и мое сердце наполнилось счастьем. Это маленькие моменты, которые могут много значить.
– Нора, ты не видела Вилму? – спросила меня мама девочек с тревогой в голосе. Это заставило меня остановиться. Я быстро осмотрела широкую тропинку в поисках девушки, но ее нигде не было видно.
– Она вместе с Оле отошла в туалет, но прошло уже десять минут…
Мышцы на моем лице застыли, пульс резко ускорился, а сердце на мгновение остановилось. Последние десять минут мы поднимались в гору через лес, если говорить о «годах странствий», то можно назвать это вечностью. В моем мозгу сразу пронеслись все ужасные сценарии, но я постаралась обратиться к маме Вилмы с нейтральным выражением лица.
– Где она?
– Внизу была развилка, она ушла туда. Я ждала, но Вилма так и не вернулась.
– Оле! – крикнула я вперед. Он развернулся, как и Сандер, услышавший в моем голосе что-то такое, что заставило его прислушаться. На его привлекательном лице появилось беспокойство.
– Вилма исчезла.
Мои слова и опасения Сильвии, возможно, благодаря бабушкиным суевериям, стали причиной первой катастрофы.
17
Сандер
Исчезла. Подобно призраку, это слово пронеслось по лесу, как злое предзнаменование, о котором нельзя говорить вслух, но которое от этого не исчезало.
По обеспокоенным лицам окружающих я понял, что все осознавали всю серьезность положения. Это необязательно что-то значит. Надеюсь, ничего не значит. Но это и не то, к чему можно относиться легкомысленно.
Оле и Нора старались вести себя как профессионалы. Возможно, Нора могла обмануть других и сохранять внешнее спокойствие, но по ее напряженному лицу и тому, как она крутила свое кольцо, было заметно, как девушка волнуется.
– Уверена, она просто сбилась с пути, – убеждала Нора родителей Вилмы полным сочувствия тоном и подчеркнула слова успокаивающим жестом. Испуганная Джулия стояла рядом, а Сильвия утешающе обнимала ее за худые плечи.
Мое проклятое сердце
