под лестницу, мне становится не по себе. Что за вольности? И никто, совершенно никто, кроме меня, не обращает на это внимание, как будто так и надо. Странно.
— Маргарит, привет. — подходит ко мне Глеб.
Хорошо, что Максим этого не видит, а то закатил бы очередную сцену ревности.
— Привет. Что ты здесь делаешь? — на всякий случай оглядываюсь по сторонам.
— Выступаю с докладом. Третий в очереди. — светится он от гордости.
— Отлично, значит ещё увидимся. — дружески провожу ладонью по его локтю и удаляюсь.
После истории с Михаилом мне не хочется подставлять ещё одного хорошего парня под удар. Со временем Максиму придётся вести себя сдержаннее, а пока лучше не провоцировать скандал.
И тут в толпе показалась знакомая белобрысая макушка. Михаил Голубев. Я так и не извинилась перед ним. Нехорошо. Решаю подойти, пока есть возможность поболтать наедине.
— Привет. — в моём тоне столько жалости, что даже самой становится неловко. — Как ты себя чувствуешь?
— Привет. Уже лучше. — Михаил, на удивление, не выглядит обиженным на меня. — Ты сама-то как?
Он внимательно осматривает меня. Неужели ищет синяки?
— Всё хорошо, правда. Не стоит переживать обо мне. Слушай, мне так неловко за случившееся, я хотела извиниться.
— Тебе не за что извиняться. — потирает он синяк под глазом. — Не от тебя я должен выслушивать извинения, ты не виновата, что некоторые неадекватны. Осеннее обострение, что сказать.
Он всё ещё пытается шутить.
— Но мы вроде как с ним теперь вместе, поэтому я тоже чувствую себя виноватой. Ты прости меня, я думала, что он приревнует и…
— Не слова больше. — остановил он мою пламенную речь. — Значит вместе… — немного задумчиво, нараспев произносит он.
Я призналась, что использовала его, чтобы сблизиться с другим, а он спускает всё на тормозах вместо того, чтобы обозлиться на меня. Святой.
— Цветаева! — доносится раскатистый суровый голос моего руководителя из другого конца зала.
Михаил тут же будто испаряется из поля зрения, а я закатываю глаза. Сейчас что-то будет.
Максим подходит ближе, и я замечаю искорки молний во взгляде его тёмно-серых глаз, предвещающих грозу.
— Пожалуйста, только не здесь и не сейчас. — пытаюсь уйти от ссоры.
— Стоило мне отлучиться на одну минуту, ты тут же поскакала к другим парням. — рычит на меня сквозь зубы. — Я же тебе говорил…
Парням? Господи, он что следит за мной? Теперь ещё и Глебу достанется по моей вине.
— Лучше объясни, какие отношения связывают вас с Ларисой Александровной. — тычу пальцем ему в грудь, не обращая внимания на толпу вокруг нас.
Я больше не могла игнорировать их странное поведение. Если поначалу мне всё это казалось односторонней безответной лёгкой симпатией взрослой начальницы к симпатичному подчинённому, то теперь я больше чем уверена, что между ними что-то происходит.
— Больше никакие. — успокоившись, поясняет он.
— Понятно. — иронично киваю головой. — Ты с ней спал? — что было раньше, не имеет значение, но неуёмная ревность охватывает мой разум, заставляя подчиняться и задавать неуместные вопросы. — Только честно.
— Зачем тебе это? Ведь сейчас я только с тобой. — устало потирает ладонью лицо.
— Ну ты же отгоняешь от меня всех друзей только потому, что они мужского пола. Это несправедливо! Я хотя бы не спала с ними.
— Но целовалась! — с яростью во взгляде произносит он, сжимая кулаки.
— Один случайный нелепый поцелуй. — показываю указательный палец, а затем скрещиваю руки на груди. — Так ты мне скажешь, что между вами было, или нет? Мне и от неё теперь ждать какой-нибудь пакости? — мелочно припоминаю ему ту студентку-сталкершу, заперевшую меня в библиотеке.
Кстати, после того случая я ни разу с ней не встречалась. Похоже, она наконец-то отстала от Максима.
— Нет. Лариса взрослая адекватная женщина. На этом всё. Идём. — тащит меня в конференц-зал. — А насчёт твоих «ухажёров» (показывает пальцами кавычки) мы ещё позже поговорим.
— Не о чём говорить! Ты не можешь изолировать меня от всех, заперев в своей спальне.
— Запереть в спальне… Звучит неплохо… — да он ещё издевается!
— Ты невыносим! — сбрасываю его руку с моего локтя.
Костяшки на его кулаках побелели от напряжения, желваки так и ходят ходуном, зубами хрустит так, что грозится скрошить их в пыль.
— Так, мне надо проветриться. — бросает опешившую меня посреди зала Максим и уходит.
* * *
Ну где же Максим? Через пять минут наш выход, а его всё нет.
— Лариса Александровна просила узнать, всё ли у вас в порядке? Вы готовы? — подбежала ко мне секретарша ректорши, нервно шурша в руках бумагами. — Где Максим Юрьевич?
— В туалете. — соврала я без зазрения совести. — Сейчас вернётся. Перенервничал немного.
Не знаю, насколько правдоподобно прозвучала моя ложь, но помощница главы университета не захотела вникать. Кивнула и отошла.
Надеюсь, он придёт. Я не смогу выступить одна. Дрожь волнения от выступления на публике даёт о себе знать уже сейчас.
Приглашённые гости из других учебных заведений и потенциальные спонсоры и меценаты уже заняли свои места в конференц-зале и начинали недовольно гудеть. Больше тянуть нельзя.
Неужели Максим меня кинул? А я-то думала, что он изменился.
На подгибающихся на нервной почве ногах подхожу к трибуне для выступлений. По пути разок чуть не споткнулась, благодаря злосчастным каблукам, но чудом удержалась на ногах. Не хватало мне ещё позорно расстелиться перед всеми этими влиятельными в нашем научном сообществе людьми.
Встаю за трибуну, в последний раз оглядываюсь на двери зала в поисках Максима, обвожу взглядом толпу передо мной и понимаю, что не могу вымолвить ни слова. Заготовленная заранее речь застряла где-то в горле.
— Д-дорогие г-гости… — это всё, что я, заикаясь, смогла выдавить из себя.
Замолкаю, уставившись в пол. Толпа непонимающе переглядывается. Начинаются недовольные шепотки.
— Дорогие гости и участники, мы рады прошествовать вас на официальном открытии всероссийской научно-практической конференции «Образование, преподавание и обучение в эпоху технологических инноваций: проблемы, решения, перспективы». Сегодня мы заслушаем доклады молодых учёных…
Максим стоит рядом со мной и как ни в чём не бывало громко и чётко чеканит речь, причём не только свои слова, но и за меня.
Слава богу, он пришёл. Всё-таки я в нём не ошиблась.
Минут десять просто стою рядом, как красивое, но молчаливое приложение, пока он зачитывает приветственную речь и порядок проведения конференции. Затем он презентует наш доклад, расписывая преимущества совместной разработки, потом под аплодисменты мы оба уходим, дав слово другим выступающим.
Мне так хотелось сбежать отсюда и нормально поговорить с Максимом где-нибудь в тихом спокойном месте, но впереди ещё закрытие конференции и общение с потенциальными спонсорами, у нас есть лишь небольшая передышка, которую он
