class="p1">— Да теперь то какая уже разница, если ты от мужа уходить не собираешься. — начинаю раздражаться.
Она что решила отчитать меня за враньё? Я не её послушный пёсик, не мальчик на побегушках с членом, всегда готовым ублажать по первому зову!
— Я не потерплю подобного к себе отношения! Решил променять меня на молоденькую аспиранточку? Развлёкся и хватит, пора прекращать этот цирк.
Не хватало ещё фразы «к ноге, мальчик». Ну точно пёсик. Только непослушный и кусачий. И похоже она намерена меня приручить и перевоспитать.
— Это не цирк, я люблю её. — невольно вырывается, но звучит уверенно, без запинки.
Надо же, я впервые произнёс это вслух. Похоже и вправду люблю. Не могу поверить, что сказал это не маргаритке глаза в глаза, а при Лариске. Испортила мне такой момент.
— Любовь? — её брови ползут вверх. — Ты же знаешь, я в неё не верю.
— Я тоже не верил, пока… Короче теперь походу верю. И люблю. Но не тебя, прости. — хорош увиливать, разложили карты на стол и разошлись, как в море корабли, будь что будет.
— Бедный наивный мальчик. — тон её голоса становится противным и визгливым, будто сюсюкает с маленьким. — Это же надо, как тебе приспичило слить, что ты вообразил себе влюблённость, чтобы затащить в койку смазливую девчонку. Ну иди к мамочке, я тебе помогу.
Расстёгивает блузку, снимает и вешает на стул, разглаживая складки. Резко с силой толкает меня в грудь, и я от неожиданности падаю на ненавистный диван. Она махом заползает на меня, похотливо обтирает титьками, а у меня ни то что не встал, даже если стоял бы до этого, тут же упал бы. Всё как в дешёвом порнофильме, слишком откровенно.
Милфы это тема, но тут уже перебор. Да у неё яйца побольше моих, рядом с ней я не чувствую себя больше мужчиной. Ходячий дилдо — вот кто я.
— Ларис, прекрати. — отворачиваюсь, пытаюсь договориться, не применять же к ней грубую силу, сталкивая с себя.
Всё ещё не теряю надежды разойтись мирно.
— Что такое, мой мальчик? Твои молоденькие студенточки сделали из тебя импотента? — возмущается она.
Трётся задом о мою ширинку, вот только безуспешно. Не вставляет она меня больше. До Маргариты я будто и не трахался вовсе, лишь сейчас познал, каким охуительным может быть секс. И теперь мой организм отказывается от низкопробного перепихона, тянется к цветочку. Вот на неё у меня стоит, хоть гвозди им заколачивай. Причём от одного только скромного взгляда из-под дрожащих ресниц, от невинного прикосновения, от заливающего её щёчки от стыда румянца.
На мгновение оцепенел, когда Лариска ухватила меня за лицо обеими руками и смачно засосала. Так вылизывала языком, что я даже растерялся от неожиданно обрушившегося напора женской страсти.
— Я же сказал, что не хочу больше. — хватаю её за руки и завожу их за спину. — Довольно!
— О, хочешь поиграть в сильного и властного мужика? Я не против. Так и быть, для разнообразия притворюсь невинной овечкой разок.
Её попытка соблазните меня выглядит настолько жалкой, что я ей даже сочувствую.
— Что та несёшь?! Отвали говорю! — переворачиваю её спиной на диван, нависая сверху.
Опаляю неровным дыханием, но не от страсти, а от подкатившей ярости и непреходящего раздражения.
— Да, вот так, мой самец! — раздвигает она ноги, услужливо предлагая себя.
Это больше похоже на капкан, чем на добычу. Рядом с такой мой инстинкт охотника глохнет напрочь.
— Серьёзно, прекрати всё это, давай разойдёмся по-хорошему.
О том, что я считаю её больной на голову, конечно же умолчал. Но пора с этим что-то делать, так больше продолжаться не может. Хоть увольняйся.
Глава 23. Наслаждение чужим горем
— По-хорошему? — ярко очерченные чёрные бровки бывшей любовницы ползут вверх.
А затем она рассмеялась отвратительным смехом, словно злорадствующая гиена.
— Нет, милый мой, по-хорошему не будет. — встаёт и одевается, грубо отпихнув меня от себя. — Или ты со мной, или катись из университета! И уж будь уверен, что другую работу тебе в этом городе в таком случае не найти, я об этом лично позабочусь.
— Лариска, какого чёрта?! — возмущаюсь.
— Лариса Александровна. — поправляет меня. — Соблюдайте субординацию. — включает надменную суку. — И покиньте мой кабинет.
— Ты не сможешь меня уволить, повода нет. — самодовольно скалюсь, поднимаясь с дивана и возвышаясь над ней.
Минуту назад сам подумывал уволиться, но сейчас это дело принципа.
— Повод найдётся, не сомневайся. Как там зовут потаскушку, которую ты трахал в прошлом году, кажется Диана Фролова? С третьего курса...
Та самая, что заперла нас с Маргаритой в библиотеке.
— Она то тут при чём? — недовольно скрещиваю руки на груди.
— А что она думает о твоей помощнице? Наверняка ненавидит даже больше, чем я. Настолько, что готова дать показания против тебя, если не бросишь свою аспирантку. — Лариска вьётся вокруг меня змеёй и самодовольно ухмыляется. — Эта девушка готова на всё, чтобы отомстить за разбитое сердце.
— Какие показания? О чём ты? — не догоняю.
— Что ты домогался до неё. Заставил лечь в постель ради зачёта. Преподаватель насиловал невинную студентку против её воли, какой скандал!
— Но ведь это неправда, ты же знаешь. Она была со мной добровольно, она сама хотела. — что за игру она ведёт? — Вам никто не поверит!
— Да она что угодно скажет. Хочешь рискнуть и проверить поверят или нет. Готов сесть в тюрьму ради так называемой любви? — играет грязно, нечестно, но, стоит признать, эффективно, немного струхнул.
Решила уничтожить меня чужими руками, а сама при этом хочет остаться белой и пушистой? Не выйдет!
— Добровольно я никуда не уйду, так и знай. — она действительно думает, что может запугать меня? — А захочешь уволить или посадить, к муженьку твоему наведаюсь.
Я-то с ней справлюсь, хорошо, что Маргарите не угрожает. Больше всего Лариса боится, что муж с ней со скандалом разведётся, поэтому я был больше чем уверен в том, что мои слова подействовали на неё отрезвляюще.
— Свободен. — садится за свой стол, уставившись в компьютер и полностью игнорируя меня, затем берёт телефонную трубку и набирает секретаршу. — Лидочка, зайдите ко мне. — рявкает на неё.
Мне почти что жаль девчонку, только пришла на работу и уже попала под горячую руку начальницы.
*** Рита ***
— Маргарита, у меня к вам будет очень серьёзный разговор, — давлеет надо мной Лариса Александровна у себя в кабинете.
С неприязнью оглядываюсь на злосчастный диван, где несколько часов назад мой парень изменял мне с ней.
— В чём дело? — в довершение к паршивому утру меня ещё и ожидает неприятный разговор
