не дружит, или же не считает меня ровней себе. Последнее, кстати, больше походило на правду, ведь выглядел мужчина как истинный аристократ.
— И что же вам от меня надо? — не став с ним тоже церемониться, холодно спросила, потянувшись мысленной связью к Элдриду.
Что-то в этом типе было не так, и меня не отпускала неясная тревога. Уж лучше пусть призрак будет рядом на всякий случай.
— Это долгий разговор, и он касается отца вашего... мужа, я так полагаю? — легкая усмешка тронула губы мужчины, и он иронично уточнил. — Предпочитаете беседовать прямо здесь? Или проявите гостеприимство?
Замявшись, я с растерянностью посмотрела на графа, не горя желанием приглашать его к себе в дом. Но он прав, просто так выдворить я его не могу, если не хочу оскорбить его и вляпаться во вражду с другим родом.
«Пока занят, скоро буду!» — услышала я у себя в голове, но скорей не словами, а образами.
Наша связь с призраком крепла с каждым днем, и если раньше я просто могла обмениваться с ним энергией, да магия вот от него перепала, то сейчас мы могла почти спокойно общаться друг с другом.
— Что ж, идемте, — с неохотой ответила я, направляясь к экипажу Морроу.
Но на полпути замерла, сраженная неожиданным воспоминанием, от которого внутри все похолодело.
Морроу... Алистер Морроу. Ну, точно же! Это ведь с ним переписывался отец моего мужа, граф Дарсон! И насколько мне помнится, он был крайне зол на Дарсона за обман, и даже грозился его убить. Так что же он забыл здесь?
— Что-то случилось? — с деланным беспокойством поинтересовался мужчина, встав рядом.
— Нет, ничего, просто вспомнила, что у нас в особняке идет капитальный ремонт, и мне некуда вас пригласить. Впрочем...
Я демонстративно повернулась к избушке Антуана, и с вежливой улыбкой предложила.
— Давайте переговорим обо всем в гостевом домике?
Я вдруг с ясностью осознала, что вести его в особняк никак нельзя, пока не узнаю его намерений. Вряд ли он явился сюда просто из вежливости, или чтобы почтить память покойного графа. И оставалось только гадать, что у него на уме.
— Гостевом? — приподнял бровь Морроу, глядя туда же, куда и я. — Интересно, у вас всех гостей так встречают?
— Что вы! — всплеснула руками я, старательно изображая обиду. — Только самых важных и особенных!
* * *
Вход в дом был обрамлен широкими двустворчатыми дверями, ведь строили это здание не для человека. По этой же причине, внутри была всего пара комнат, одна из которых, устланная циновкой прямо поверх деревянного пола, числилась гостиной, где я обычно навещала Антуана. Вторая же, с земляным полом, засыпанным обычной соломой, была местом обитания моего заколдованного муженька, и ему там, в тепле, накормленному и напоенному, было весьма неплохо. Прислуга ежедневно вычищала все, и даже шерсть вычесывала козлу регулярно, так что, можно сказать, у животного здесь были свои пятизвездочные апартаменты.
Вернувшись из столицы, в свободные минуты я пыталась разобраться с природой второго дара, подолгу медитируя и пробуя превратить Антуана обратно. Но пока ничего не выходило, и я начинала думать, что муженек так и останется до конца дней своих в шкуре животного. Может, оно было и к лучшему, ведь тогда все остальное имущество досталось бы мне, однако от одной мысли об этом становилось тошно.
— Странное место... - настороженно заметил Морроу, замерев на пороге. — И пахнет чем-то.
Не обращайте внимания, граф, тут тоже еще не все доделали, — отмахнулась я беспечно, проходя внутрь и усаживаясь в кресло возле камина. — Тяжело, знаете ли, в одиночку с нуля восстановить целое поместье.
Видимо, мой спокойный голос все же подействовал, и после недолгих колебаний граф зашел следом за мной, устраиваясь в кресле напротив меня. Антуана слышно не было, то ли он спал, то ли просто не хотел показываться в таком виде на глаза постороннему, и я этому лишь обрадовалась. Не хотелось бы объяснять гостю его присутствие здесь.
— В одиночку? — иронично заметил он. — А как же ваш муж?
— Ему нет до меня дела, — честно ответила я, пожав плечами. — А я лишь хочу достойной жизни, и намерена приложить для этого все усилия.
— Похвально, — задумчиво отозвался Морроу, не отрывая глаз от колеблющегося за решеткой камина пламени. — Но вот что интересно, графиня... Простите, но прежде чем отправиться сюда, я выяснил кое-что о вас, чтобы понимать, с кем имею дело.
Я напряглась, не понимая, к чему он клонит. Но эти намеки мне однозначно не понравились. Черт, где же Элдрид, когда он так нужен?
— И что же вас во мне так заинтересовало, граф? — выдавила я из себя, на всякий случай готовясь быстро сплести одно из тех боевых заклинаний, которым меня обучил архимаг.
Оторвав взгляд от огня, Морроу смерил меня тяжелым взглядом, и заявил невозмутимо.
— Ну, например, откуда у вас столько денег? Только не говорите, что муж, сославший вас сюда, вдруг расщедрился.
Я промолчала, не собираясь раскрывать ему свои секреты, но мужчине будто бы и не надо было этого. Словно он просто озвучивал мне очевидные факты. И следующие его слова повергли меня в смятение.
— К тому же, графиня, насколько я знаю, не так давно вы были абсолютно неодаренной. И появление магического дара в таком возрасте — еще одна странность.
Замолчав, граф уставился на меня выжидающе, будто надеялся, что я просто так ему все выложу.
— Не знаю, откуда у вас такая информация, граф, — ледяным тоном ответила я, хотя внутри бушевал целый ураган эмоций. — И до сих пор не понимаю, что вам надо. Вы же не всерьез думаете, что я стану вам что-то объяснять?
— Нет, конечно, — прищурившись, усмехнулся Морроу, и на меня вдруг дохнуло чужой магией. — Просто отдайте мне то, что украл у меня старый граф Дарсон, и я уеду. Уверен, вы знаете, о чем я.
Глава 48
Внутри все обмерло, и я с трудом сохранила невозмутимость, прекрасно понимая, о чем он. Но с чего Морроу решил, что я вообще в курсе?!
Подавшись вперед, я гневно взглянула на гостя, изображая крайнее негодование. Вот только руки пришлось сложить на коленях, чтобы те не дрожали.
Элдрид, демоны тебя дери, да где ты?!
Этот тип пугал меня до чертиков, а если вспомнить их переписку с графом Дайсоном, становилось понятно, что Морроу очень зол и не отступится. Вот только, почему он спохватился так поздно? Решил, что со смертью графа эти знания ушли с ним в могилу?
— Простите, граф,
