– Майк, я боюсь опять привести тебя в ярость, но все же – как твоя рука? – Майк покраснел и отвернулся, но Джесси ухватила его за рукав. – Нет, подожди. Ты не так меня понял. Я лишь прошу понять меня, если сделаю какую-нибудь глупость. Ты же знаешь, что бывает со мной, когда я нервничаю. А сейчас я действительно очень нервничаю.
Майк сглотнул.
– Я не разозлюсь.
Джесси провела пальцами по его искалеченной руке, потом взяла ее в обе руки.
– Ты что-нибудь чувствуешь?
– Я чувствую, что ты дотрагиваешься до меня.
Она принялась разглядывать его длинные пальцы и шрамы, портившие красоту этой мужественной руки, затем провела кончиками пальцев по шраму, опоясывавшему большой палец. Внезапно наклонившись, она коснулась его языком.
У Майка перехватило дыхание.
– Я чувствую.
– Тебе приятно? – спросила она, не осмеливаясь поднять на него глаза.
– Да. – Джесси снова принялась ласкать Майка. Она нежно гладила каждый шрам на искалеченной руке, затем взяла в рот его палец, сначала один, потом другой, и ощутила на губах солоноватый привкус. Бросив быстрый взгляд на Майка, она обнаружила, что он возбужден – его набухшая плоть распирала джинсы. Перецеловав каждый его палец, каждые дюйм его ладони, она прижала его руку к своей груди и подняла глаза.
– Возьми меня, – прошептала она.
Майк поднял ее на ноги.
– Ты потрясающая женщина.
– Нет, – покачала головой Джесси. – Я просто Джесси.
Он прижал ее к себе и завладел ее ртом. Ее губы приоткрылись, язык устремился к его языку. Она обвила руками его шею и приникла к нему всем телом.
«Мне нужно это, – думала Джесси, чувствуя, как все ее существо охватывает огонь. – Я так нуждаюсь и его объятиях и ласках».
Майк сжал ее лицо ладонями и заглянул в глаза. Она улыбнулась, и он провел большим пальцем по ее губам.
– Боже, как же ты нужна мне, – проговорил он и принялся снимать с нее блузку.
На этот раз ему не пришлось сражаться с пуговицами. Джесси не смогла бы утверждать наверняка, что надела блузку без пуговиц сознательно. Не исключено, что где-то в глубине души она надеялась на то, что они останутся одни. А может, это просто так удачно сложилось, что на ней одежда, которую легко снять? Застежка бюстгальтера расстегнулась при легком прикосновении его рук, и Джесси, поведя плечами, скинула бретельки.
Майк отступил на шаг и принялся с восхищением разглядывать Джесси. Она же боролась с желанием прикрыться. Она отнюдь не совершенна. Грудь уже не такая упругая, как в юности, а живот и прежде не был плоским. «Интересно, – подумала она, – в чем заключались красота и совершенство Пэм? «
Майк опустился на колени и медленно снял с нее трусики. Прижавшись губами к ее животу, он начал гладить обнаженные ноги. Джесси пыталась следить за тем, как действуют его здоровая и искалеченная руки, но, когда он просунул палец между ее бедер, она поняла, что это не имеет никакого значения.
Майк усадил ее на кровать и быстро разделся сам. Обнаженный он был еще более хорош, чем она могла себе представить. Стройные длинные ноги, широкие плечи, узкие бедра, тонкая талия. Светлые золотистые волосы на груди стекали узкой дорожкой по животу. Его восставшая плоть была нацелена на нее. Майк откинул одеяло и устроился на кровати. Джесси легла на спину рядом с ним, с наслаждением ощущая, как тонкая хлопчатобумажная простыня приятно холодит разгоряченное тело. Майк перекатился на бок и, подперев рукой голову, стал внимательно разглядывать Джесси. Он так долго смотрел на нее, что она в конце концов встревожилась: быть может, он ею недоволен?
– Не беспокойся, – как будто догадавшись о ее сомнениях, сказал с улыбкой Майк. – Ты очень красива.
– Лжец.
– Милая Джесси, я в жизни не встречал такой совершенной женщины.
– Ты говоришь так, потому что у меня есть грудь.
– Какая грудь? – с наигранным удивлением осведомился Майк.
– Вот эта. – Джесси выгнулась.
– Возьми мою руку и покажи.
Джесси растерянно уставилась на него. Ласки Брендона всегда доставляли ей удовольствие. Он осторожно доводил ее до оргазма, а потом кончал сам. Это было цивилизованным соитием, которое редко продолжалось более двенадцати минут. Они почти не разговаривали и никогда не вели любовную игру. Брендон был ее первым и единственным мужчиной.
– Ну, сделай это, – подбадривал ее Майк. Он положил свою левую руку на ее живот. Джесси взяла его за запястье и передвинула его руку себе на грудь.
Он выглядел слегка разочарованным.
– И все?
– Чего ты хочешь? – Джесси была озадачена и смущена одновременно.
– О малышка, вопрос в том, чего ты ждешь от меня? Наклонившись, он поцеловал ее. Его язык, скользнув по губам, ворвался в рот Джесси и принялся дразнить ее язык.
Ее соски затвердели. Рука Майка приподнялась и снова опустилась ей на грудь. Она застонала. Майк поднял голову:
– Тебе нравится? – Да.
– Что еще?
На этот раз Джесси догадалась взять его руку и провести ею по своему телу. Она плохо знала свое тело и сейчас изучала его вместе с ним, открывая самые чувствительные места. Она вновь накрыла его рукой свою грудь, давая тем самым понять, что хочет, чтобы он ласкал ее соски. Поиграв недолго, Майк сжал их губами. Джесси словно пронзила молния. Она выгнулась и затрепетала.
Набравшись храбрости, она передвинула его руку ниже, на холмик между бедрами. Его пальцы сразу же нашли заветный бугорок и принялись исследовать его влажные изгибы. Они терзали его, то отпуская на свободу, то снова повергая в сладостную пытку.
Этого было достаточно, чтобы довести Джесси до высшей точки наслаждения. Когда она уже была на грани взрыва, Майк убрал руку и сел.
Она с неохотой открыла глаза.
– Я что-то сделала не так?
– Нет. – Улыбнувшись, он свесился с кровати и через секунду протянул ей блестящий пакетик. – Не окажете ли вы мне честь?
Презерватив. Джесси изумленно уставилась па него. Ну конечно, подумала она, он помнит, что следует предохраняться. Он хочет, чтобы она надела его на него. Джесси замерла, переводя взгляд с Майка на пакетик и обратно.
– В чем дело? – поинтересовался он.
– Я в жизни не видела ни одного презерватива.
На его лице отразилось искреннее удивление, и в следующую секунду он громко расхохотался.
– Это не смешно.
– Очень даже смешно, – возразил он и рухнул на спину.
Джесси решила, что надо бы обидеться, однако ее губы уже складывались в улыбку. Вскоре она уже смеялась вместе с ним. Повернув голову, она поцеловала его в плечо, а потом слегка прикусила кожу. Его смех перешел в стон. Она ощутила запах чистого мужского тела. Зажав пакетик в руке, она принялась покрывать его грудь поцелуями. Пощипывая губами светлые вьющиеся волоски, она добралась до живота, а потом вернулась к лицу и приникла к его губам. Его отросшая за день щетина приятно царапала нежную кожу.
