от лодыжек вверх к краю рубашки. Она надежно прикрывала меня от нескромного взгляда, но по ногам, будто огнем провели. Все волоски поднялись, как у кошки.
«Ой-ей-ей… что я там про охоту говорила?! Забудьте! Кажется охотиться сейчас будут на меня…»
Теперь только бы не струсить и не убежать.
Второй раз я на такое не решусь.
Во рту пересохло и я облизнула губы, темные глаза тут же метнулись к ним и я затаила дыхание.
Его голос с легкой хрипотцой, бархатом скользнул по коже:
— А где штаны?
Ляпнула первое, что пришло в голову:
— А они с меня падают.
Повисло молчание. Но не то, которое вызывает неловкость. То, когда в тишине звучат тысячи вопросов. И собеседник слышит ответ.
Я чувствовала себя неопытной дрессировщицей, которая впервые зашла в клетку к тигру. Хищник чует ее неопытность, но каким-то образом она сумела разбудить его любопытство.
И он ждет.
Подойдет или струсит?
Тогда тигр поймет, что с ней делать.
Но в этот раз я хочу победить.
И я так же мягко крадущимся шагом направилась к нему. Не мешал. Молча стоял и смотрел, как я вынула из руки телефон и, прочитав на экране имя, положила на стол. Потянулась к нему, встав на цыпочки, так что наши глаза оказались на одном уровне.
И увидела в них отражение того же огня. Он полыхнул на встречу с такой силой, что даже щеки обожгло. Я, не устояв, качнулась вперед и стала падать, парень успел меня подхватить, но промахнулся, когда пытался опереться левой рукой на столешницу, и мы упали вдвоем.
В падении Джин Хо как-то ухитрился повернуться так, что я оказалась сверху. Мои волосы, скрученные в небрежный узел, рассыпались, укрывая нас обоих, оставляя видимым только взгляд глаза в глаза.
И тихий вопрос:
— Уверена?
Закрыла глаза и наклонилась вперед к его губам. Тряхнуло так, что я увидела искры даже под опущенными веками. Уши заложило, а дышать не получалось даже прилагая усилия. Это совсем не было похоже на наш поцелуй в коридоре. Все равно, что сравнивать луну и солнце. Но я не отказалась бы от этого даже, если бы стала задыхаться. Но этого не происходило. Может мне больше не нужно дышать?
Пока мы целовались он ухитрился подняться со мной на руках и теперь я сидела на столе, выгнувшись, как тетива лука, но упасть мне не давали его руки, обнявшие за талию.
Рубашка соскользнула с одного плеча, открывая, что под ней ничего нет.
И тут мне захотелось убежать.
Ну вот прям срочно.
Чтобы почувствовать, что я все еще принадлежу себе.
Уперлась руками в его грудь и рыбкой, скользнув из-под него, устремилась к выходу.
Его рука преградила мне дорогу, коснувшись стены передо мной, но раньше, чем страх охладил возбуждение, медленно словно нехотя опустилась.
Тигр предлагал выбор.
И повернувшись я повисла у Джин Хо на шее, спрятав лицо на груди. Волосы на макушке шевельнулись от его дыхания:
— Ты же понимаешь, что больше я тебя не отпущу?
Кивнула.
И меня, подхватив на руки, понесли в комнату.
— Почему мы не можем поехать к нему?
— Потому, что им надо поговорить. Ой… не толкайся.
— А ты меня отпусти. И отдай телефон!
— Еще чего… Ну что ты, как маленькая, Вишневецкая? Дай людям поговорить. У них слишком много недосказанного, чтобы возле них чужие уши грелись.
— Это мне надо с Машкой поговорить. И узнать, что этот урод ей наговорил, что она так расстроилась. А потом оторвать ему… все, что женщину расстраивает.
— «Это», Мартиночка, женщину может не только расстраивать, но и радовать. В зависимости от навыков пользователя. Ох!.. Да что опять не так-то?!
— Еще раз назовешь меня Мартиночкой и я тебе нос сломаю. Леське нравиться не будешь… м-м-м-м….
— Всегда знал, что это лучший способ заткнуть рот девушке. Э-э-э, нет, пихаться ты больше не будешь. У меня ребра не казенные.
— Перестань меня лапать, Спаниель… м-м-м-м…
— Ты такая милая, когда молчишь.
Я много раз представляла себе свою первую ночь. Ну как обычно делают это девочки: по книжкам и фильмам. Только там героини были все сплошь красивые и нежные. Не такие, как я. И сколько я не пыталась вообразить себя на их месте ничего не получалось.
Теперь поняла почему.
Потому, что это «не такое», как там на экране. Оно не лучше и не хуже. Оно просто другое. Становится все равно, что на тебе, как ты выглядишь, что вокруг тебя. Кожа такая горячая, что каждое касание вызывает крохотные разряды, заставляющие содрогаться, ты видишь его лицо, но оно словно плывет перед глазами. И слышен только стук сердца в ушах. Оно отстукивает последние секунды перед тем, как ты станешь женщиной. Больно будет. Тот, кто говорит, что нет — лжет. Все рассказы про «надо правильно» и тогда не будет неприятных ощущений — это сказки про розового единорога. Только это все смывается тем, что ты в руках того, с кем хотела быть. И ты хотела, чтобы это произошло. Тогда все получится.
В каком-то женском журнальчике, даже не помню его название, как-то натолкнулась на интересную историю. Там в разделе «письма наших читателей» психолог отвечал на вопросы почемучек и одна девочка спросила на каком свидании можно переспать, чтобы парень не решил, что она доступная. Когда то самое «золотое время», что уже можно? Меня он развеселил, но и самой стало любопытно, как вывернется психолог (молодой мужчина) вверху рубрики была его фотка.
Но он сумел удивить. Поначалу шли расхожие фразы про то, что правильного ответа ни у кого нет. А потому он ответит ей словами своей бабушки «чтобы утром было не стыдно проснуться».
Покосившись на лежавшего рядом парня, я задумалась стыдно ли мне?
Фигушки! У меня все прекрасно, а если кому-то что-то не нравится, то это его личная моральная травма.
И тут, как на грех, мне вспомнилась еще одна статья, там писалось, что когда девушка лишается невинности, то у нее изменяется взгляд, ну типа «женским» становится и по нему можно все это дело понять.
Ну и как тут не проверить?! Любопытство оказалось сильнее желания полежать и я под удивленным взглядом парня унеслась в ванную, едва успев зацепить по пути рубашку.
Там меня ждало разочарование. Моя мордашка осталась точно такой же, как и полчаса назад. Тщетно я всматривалась в отражение в зеркале, пытаясь там что-то найти. Кроме всклокоченной Машки Соколовой с нездоровым любопытством в глазах ничего там не было.
Дверь
