мне Артур давал, – сдавленно выдаёт Анита, перебивая. – Я…. могу дать показания, если нужно…
– Какие показания? – хмурюсь недоверчиво.
Ну не верю я в раскаяние после первой оплеухи. Она сейчас может говорить всё что угодно, а потом…
Правда, вспоминаю, что это Анита подсказала мне, где искать Соню.
– Андрей! – просительный голос девушки. – А вдруг.… это поможет?
– Я клянусь…. я… честное слово, Дамира рядом нет! Я…. уехала. В машине сейчас, – мямлит Анита. – Пожалуйста! С Соней поговорить….
– Неудачная идея, – отрезаю сразу. – Но можешь сначала поговорить со мной, как с её адвокатом! А дальше мы решим.
– Хорошо, я согласна, – Анита всхлипывает в очередной раз. – Приеду, куда скажешь.
Для меня, конечно, тоже риск выходить из больницы. Но… по-другому никак не выйдет. Хотя… кажется, я видел через улицу кафе с большой открытой витриной.
В голове складывается несложный, но в общем-то достаточно эффективный план.
Эх, очень надеюсь, что я об этом не пожалею.
– Я перезвоню через пять минут и скажу, – говорю и, дождавшись согласия, скидываю звонок.
– Ты что, уйдёшь куда-то? – Соня смотрит на меня испуганно.
– Недалеко, – качаю головой. – Мне нужно будет просто убедиться, что твоя мать не приведёт к нам ещё кого-то. Я уже знаю, как поступить, не переживай, мне не придётся уходить отсюда надолго.
– Я боюсь одна, – шепчет она.
– Послушай, я буду здесь же, в больнице, – обещаю ей. – Ты здесь в безопасности, Игнатьев…. ну тот нейрохирург, Даниил, помнишь его? Он говорил, что эта клиника очень хорошо охраняется, здесь следят за безопасностью и приватностью пациентов.
Соня не выглядит убеждённой, но в этот момент в палату, постучавшись, заходит та девушка, которая приносила нам чай и кофе.
– У вас всё в порядке? – спрашивает негромко. – Может быть, что-то нужно?
– Вы знаете, да, вы можете нам помочь? – киваю, переводя взгляд с одной девушки на другую. – Соня нервничает, не хочет оставаться одна, а мне нужно отойти…. на полчаса примерно. Можете побыть с ней? Если, конечно, у вас есть такая возможность.
– Да, разумеется, – спокойно соглашается… я понимаю, что даже не знаю её имени. – Меня, кстати, зовут Агата, – представляется с лёгкой понимающей улыбкой. – А вы как, не против? – смотрит на Соню, и та, помедлив, кивает.
– Вот и отлично! – выдыхаю облегчённо. – Я скоро буду!
Сжав напоследок Соне руку, выхожу из палаты, отхожу подальше и набираю номер, с которого мне звонила Анита.
– Да! – она отвечает сразу же.
– Слушай внимательно, что тебе нужно сделать, – говорю твёрдо.
* * * * *
Объяснив Аните, как именно она должна поступить, осторожно выхожу в холл клиники. Приёмный покой находится сбоку, это другое помещёние, а здесь регистратура, справочное окно, несколько дверей в кабинеты, в том числе процедурную. Но главное, что мне нужно – большое панорамное окно в сторону улицы.
Если встать в угол, за стоящее тут же растение, напоминающее пальму, – вот удивительно, почему во всех клиниках заводят этих монстров? – то можно отчётливо увидеть кафе-булочную, в которой тоже панорамные окна от пола до потолка.
Я бы, может, не стал так рисковать. Ведь понятно же, что по любой логике первое, что мне стоит сделать по мнению того же Дамира, который в курсе, что Соню накачали какой-то дрянью – отвезти девочку в больницу. Мне на руку играет только то, что здесь вокруг сплошь корпуса клиники – целый небольшой квартал в центре. И выяснять, где именно мы находимся, можно долго.
Ну и, честно сказать, я надеюсь, что Анита не приведёт за собой хвост.
Да, глупо и чересчур оптимистично.
Но ради Сони, которая любит мать, мне хочется думать, что с Анитой ещё не всё потеряно. Особенно если учесть, каким говнюком оказался Артур.
Спустя небольшое время наблюдения вижу, как у кафе паркуется автомобиль. Вкривь и вкось, кстати. Надеюсь, Анита не под чем-нибудь.…
Женщина выходит из машины, дёргано оглядывается и заходит в кафе. Что-то там заказывает, садится сбоку, но через окно её можно разглядеть. Слежу за временем, и ровно через пять минут, как я и просил, она встаёт и уходит вглубь помещения.
Минута, пять, четверть часа… В кафе никто не заходит, и я немного расслабляюсь. Значит, хвоста, о котором она могла и не знать, нет. Остаётся риск, что она кого-то предупредила. Но на этот риск придётся пойти.
Вздохнув, отхожу от окна и через приёмный покой выхожу наружу – к счастью, там есть боковая дверь, которую я успел заметить заранее.
Ещё несколько минут немного хаотичных передвижений в темноте, и я встаю за спиной женщины, которая вглядывается в переулок впереди.
– Анита, – говорю негромко, и она вскрикивает, хватаясь за сердце.
– Ч-ч-чёрт, Славин, напугал меня до инфаркта…
– Это вряд ли, – хмыкаю скептически. – С наличием у тебя сердца есть большие сомнения, – сую руки в карманы, поморщившись – на одном запястье по-прежнему болтается браслет наручника, который я не смог пока снять и, чтобы не светить им, максимально сдвинул его назад, а второй браслет спрятал под рукав, благо получилось. – Что ты хотела мне рассказать?
– А с Соней.… я смогу поговорить? – Анита лихорадочно кусает губы, в глаза мне не смотрит, но видно, что ей не по себе.
– А ты ей что-то хорошее можешь сказать? – прищуриваюсь, глядя на неё. – До сих пор от тебя она только дрянь всякую слышала! Она твоя дочь, Анита! Ты априори должна была быть на её стороне! А ты что? Предпочла мужика, который чуть не изнасиловал невинную девочку!
– Не надо мне тут нотации читать! Ты-то не больно способствовал тому, чтобы она невинной осталась, так ведь?! – женщина кидает на меня яростный взгляд, но тут же сдувается, трясущейся рукой поправляет волосы, которые у неё в полном беспорядке. – Я ошиблась! А кто не ошибается, Славин? Скажешь, ты?
– Я тоже ошибаюсь, – слегка качнув головой, пожимаю плечами. – Мы с тобой сюда не собачиться пришли. Ты сказала, что можешь свидетельствовать. О чём? Точнее, о ком?
– Можно.… мы не здесь? Хоть в кафе зайдём… – кивает на соседний переулок.
– Говори, – резко качаю головой. – Времени на кофе с тобой у меня
