это по силам?
— Понимаешь… — замялась девочка. — Мы с Илиной — местные до мозга и костей. Наши резоны всем здесь более-менее понятны. Ты же — новая фигура, сильно заявившая о себе. Местные мужики, насколько могу судить, прониклись.
На этой фразе я почувствовал, ещё немного, и случится страшное — полный разрыв шаблона. Мне и до того всё в республиканке казалось неправильным. Странные реакции. Нетипичное поведение. Удивительные суждения. Теперь же…
— И ты, республиканка, вот так просто говоришь мне, мужчине, что не можешь совладать… с другими мужиками?.. Просишь у меня помощи в переговорах с мужчинами?.. Как это вообще возможно?!
— Ну, есть ещё и дополнительный резон, — ощерилась валькирия. Мои слова её совершенно не задели, что лишь усилило когнитивный диссонанс. — Основной проводник противной нам установки — небезызвестный тебе господин Скорэль.
Я проникся. Успокоился. Посмотрел поверх пепельных прядей девочки на объёмную голографическую картину, изображающую некий футуристический то ли комбинат, то ли стройплощадку. А собравшись с мыслями, постарался взглянуть на проблему с позиции не республиканца, а землянина. Даже глаза прикрыл для чистоты эксперимента. Итак, что мы имеем, если применить к ситуации земные мерки? А это, мальчики и девочки, не что иное, как лобби. Лобби и коррупция. Весело они тут живут, однако! Это далеко не утопия — совсем не она, родимая!
— Как, говоришь, называется род-бенефициар?.. — протянул, не открывая глаз.
— О`Лано, — тут же пришёл ответ. — Крупный род снежек, давно работающий в этой части Республики.
— Кому это нужно из валькирий? Тебе? Или… Илине?! — догадка обожгла.
Всё сложилось одно к одному. И рыжая бестия, легко отпустившая меня развлечься с помощницей, даже отказавшаяся ради этого от очередной порции клубнички. И вполне уравновешенное поведение самой хозяйки кабинета. И род, опять же, с исторической родины моей рыжей Высшей.
— Сложно сказать однозначно… — протянула метиллия. — Поможем роду — он где-то поможет нам. В колониях, знаешь ли, разные ситуации бывают… Сегодня ты помог — завтра кто-то помог уже тебе. И задачи порой возникают нестандартные, которые без привлечения союзников не решишь. А средства для решения далеко не всегда в наличии. Приходится крутиться, Кошак. Самим. Иногда и того хуже — решение наших проблем связано с другими колониями…
— Где сильны позиции рода О`Лано… — добавил я, уже понимая, к чему она клонит. — А что мои кошки? Как отнесутся к подобной самодеятельности?
— Полагаю, Илина тебя прикроет…
— Я не хочу делать что-либо за спиной боевых подруг, валькирия. Милена что-то с этого получит? Или Викера? Или Сайна? Хоть кто-то из моих?
— Кошак. Вы ведь боевая семья, — ангелом-искусителем замурчала метиллия. — Если ты что-то принесёшь в семью, никто от этого точно не обеднеет. Посмотри на ситуацию с другой стороны. Ты ведь через это проявишь заботу о сёстрах…
— Так!.. Ты мне что, деньги предлагаешь?!.
— Окажешь услугу роду О`Лано — получишь поддержку… или рады. Почему нет?..
— Вы так берёте свой кусок пирога Экспансии?.. Здесь, в Полновесных колониях?.. Вам же не положены боевые трофеи!.. — догадка заставила несколько сбавить обороты.
— Отчасти, кот, — нахмурилась валькирия. — Иногда участвуем сами в интересных проектах. Иногда помогаем союзникам. Хозяйственной Основе главное, чтобы дело делалось. Кто его делает и какими средствами — не всегда определяюще. Иногда просто отдаём ресурсы свои или рода на благо колонии, если других вариантов не предвидится. Всё сложно, кот. Задачи Экспансии должны быть выполнены во что бы то ни стало.
— Поэтому в Ордене и фракции смотрят на эти игры сквозь пальцы?..
— Поэтому нас и называют недовалькириями, — припечатала в ответ пепельноволосая.
Я не видел её глаз. Ну и правильно — думаю, ничего обнадёживающего там бы не нашлось.
— Прости, если задел за живое. Всё это для меня внове, — покаялся, наконец открывая глаза.
Странно, но во взгляде собеседницы не было негатива. И беспросветности не было — которую я втайне боялся увидеть. Лишь какая-то странная, не от мира сего, нежность. Почему так? Было непонятно.
— Ну что ты, котик! Мне приятно иногда выговориться. Особенно, если это помогает моему… брату по фракции… лучше понять жизнь. И… мне приятна твоя забота, Кошак. Нечасто тут встретишь сестринские… братские… чувства. Да что там — без боевой семьи под боком их начинаешь забывать! Даже мои сёстры, с кем мы рука об руку работаем здесь — Высшая и Старшая — не могут сравниться с нормальной боевой семьёй. Мы тут… как в паучьей банке какой-то! Плетём, плетём, плетём… Бесконечно плетём свою паутину, запутываемся в ней сами, запутываем сестёр… Если ты не хочешь мараться — скажи. Я пойму.
Вот после таких слов я и принял решение. Можно отказаться от не слишком чистых денег. Можно презреть абстрактную помощь крупного рода. Но отказать сестре по фракции в выстраданной просьбе… нет, я на такое не способен. Девочка не заслужила такого обращения. Пусть хотя бы сквозь мою поддержку её посетит яркий лучик с большой родины, из Ядра Миров.
— Я помогу тебе чем смогу, кошка. Тебе — а не роду О`Лано. Ты — моя сестра по фракции, и этим всё сказано. За тебя в том числе я уже когда-то умирал — что там какая-то малость… — проговорил, накрывая ладонью серебро планет на груди.
Женщина порывисто встала. Прыжком перемахнула через стол. Наклонилась ко мне и нежно, трепетно поцеловала. Сначала в уголок губ, потом — в самое их средоточие.
— Спасибо, кот. Я этого не забуду.
Старшая О`Лано
— Леди…
— Лорд…
— Лирана, извини, что беспокою, но мне просто не с кем больше посоветоваться в Ордене.
— А ни с кем больше и не надо, мой лорд, — подобралась до того расплывшаяся в улыбке мечница. — Я вся твоя.
Последняя фраза прозвучала крайне неоднозначно, но уж точно не пошло.
— Спасибо, девочка, — я вгляделся в её серые, казалось и сейчас запечатлевшие
