В знаниях, умениях, тренированной памяти, в достижениях. Это вылилось в годы напряженного труда, в манию, в идею фикс.
Догнал. Обогнал. А лишь потом понял, что в гонке участвовал он один. Станислав Аддамс жил в свое удовольствие, давно уже перестав развиваться. Благодаря собственным талантам, идеям и изобретениям, он стал во главе все более и более обособляющейся военной части касдамских эльфов, пиратствовавших уже не одно десятилетие.
— Тогда я почти разочаровался в жизни… — откровенничал старый эльф, вновь возясь с громоздким и периодически коротящим аппаратом, плюющимся злыми искрами: — …в своей слепоте я не увидел, что надрываюсь лишь ради себя. Станиславу было плевать. У меня даже, признаться, помутилось сознание, когда я окончательно осознал, насколько легко ему все давалось. Но, благодаря этому помутнению, я понял свое истинное предназначение. Им оказались вы, киды. Станислав был пустышкой, не ценящей то сокровище, которое ему досталось. Гены.
Я поневоле заинтересовался рассказом, плавно начавшим приближаться к настоящему времени, заодно и набирая накал. Хартил, ставший докой в очень многих дисциплинах, сломал себе зубы о кидов. Наш брат был слишком мобилен по своей природе. Постоянно понукаем Деусом к действию, а по внутренней структуре…
— Слишком сложно! Чудовищно сложно! — рьяно жестикулировал не такой уж и безумный ученый, всматриваясь в одному ему видимые показатели: — Магнус, структура ваших тел есть нечто, в разы более сложное, чем организм другого разумного! Мне понадобились годы и жертвы, очень большие жертвы, чтобы хотя бы приблизиться к пониманию, что есть Должник! Я это сделал! Ваши тела — это божественные аватары Бога-из-Машины! Он, частично, постоянно, внутри каждого из вас! Он направляет, заставляет, ограничивает, определяет развитие… а когда ваш Долг погашен — фиксирует ваши достижения… а потом вроде как обрезает пуповину, связь с ним, выпуская в мир новую жизненную форму!
— Зачем вы мне все это рассказываете? — все-таки вставил свои пять копеек я, вспоминая, зачем тут нахожусь, — Вы же планируете меня… потратить?
— Нет! — горячо отверг мою инсинуацию ученый. — Ты не понимаешь! Ты особенный!
— Ну, значит вырежете глаза, а остальное используете… как-нибудь? — кисло предположил я.
Бояться ни сил, ни настроения уже не было. Плотная грубая ткань, из которой состояли мои фиксаторы, вполне могла удержать слона. Булькающий в гигантском резервуаре экземпляр этому был… слегка дохлым подтверждением.
— Глаза? — удивился ученый, — Причем тут твои глаза? Ах, это… нет. Они мне не нужны совершенно. Ни один твой орган нельзя пересадить другому живому существу, включая и другого кида. Ты меня заинтересовал из-за своего «недостатка»! Я собираюсь…
Судя полчаса спутанных объяснений до меня дошло, да так, что я вновь залился истерическим хохотом, который не прервался даже после того, как раздосадованный эльф воткнул мне в ногу обещанный ланцет. Я хрюкал, подвывал и корчился в путах, как умалишенный.
— Начни вы с этого… — прохрюкал я на выдохе, когда смог говорить, — …объяснили б свои цели в самом начале… да я б всеми руками и ногами был бы «за»!
— Триада Воина — семерка! — тем временем бормотал почти находящийся в экстазе маньяк, — Подумать только, семерка! Мне ниже десятки ни с кем не приходилось работать! Маг тоже низкий, а Плут… ну что тут говорить, какая-то деградация может произойти, но более чем в рамках погрешностей! Вождя я вообще не учитываю, он лишь косметика и феромоны… практически эталонное соответствие генам гнома! А? Что? Был бы «за»?
— Конечно, — продолжал идиотски хихикать я, — Всего лишь стоило правильно расставить приоритеты. Вы же сначала меня загнали в самую задницу отчаяния, а потом ещё и требовали адекватного общения!
— Я редко разговариваю с подопытными, — повинился энтузиаст от науки, не особо приходя в себя: — а с обычными разумными общаюсь, в основном, приказами… «Эмпатия», хмм… скорее всего, внешнее дополнение. Может, орган? Измененная часть мозга? Необходимо учесть… А? Что ты сказал?
— Говорю, что я согласен, — глубоко вздохнув, внятно произнес я. Громко и отчетливо. А затем добавил: — Если я выживу в ходе процедуры, то после нее буду с вами добровольно сотрудничать. Разумеется, если мы достигнем хоть какого-то успеха. В ином случае, мне придется проситься остаться у вас лаборантом. Ну… чтобы выжить.
— И снова вы меня удивляете, — покачал головой старик. — В более ранних эпизодах, когда я сообщал подопытному, что его ждет несколько недель сильной боли, почти агонии, то о возможных успехах они не думали, а лишь умоляли их отпустить. Или, хотя бы, убить. С вами-то что не так, Магнус?
— Ну, — оскалился я, ерзая на металлическом столе и вспоминая те мучительные дни, когда приходилось ежедневно мечтать о смерти, живя от укола морфия до укола, — Вам со мной повезло больше, чем вы думаете. Когда первая процедура?
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Глава 13
Работа, соцпакет, командировка
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Почти невесомое тело перегнулось через меня, активно шаря тонкой ручкой на тумбочке. Я недовольно всхрапнул, окончательно просыпаясь с чувством некоторой обреченности — по Шаенне можно было сверять не минуты, а секунды. Эльфийка, таки нашедшая нужный ей предмет в виде небольшой каменной статуэтки обнаженной женщины, тут же утащила его под одеяло, а затем замерла на несколько секунд, смешно выпучив глаза. Вытянув фигурку обратно, она осмотрела ее, чтобы с грустным вздохом вернуть назад на полку.
— Ну, мы старались, — философски сказал я, утешительно хлопая девушку по мягкому месту. Та, насмешливо фыркнув, вылезла из постели, начав одеваться.
— Эй, я и правда старался!
Ушла. Шаенна была неразговорчивой, зато по уши преданной делу Хартила ил Шаадора. Начальник говорит таскать трупы? Она будет таскать. Или расчленять. Может и то, и другое. Шеф приказал попробовать забеременеть от интересного субъекта? Никаких проблем. Черт, мне есть чему поучиться у этого старика в плане здоровых межличностных отношений.
Я растянулся на кровати, закладывая руки за голову. Можно было поваляться, выходной, всё-таки, день.
Хартил действительно был безумным ученым, но никто иной просто не смог бы найти взаимосвязи, что вообще привели его к эксперименту, в котором понадобился чахлый гном-кид. Этот жизнерадостный вивисектор, эта чрезвычайно целеустремленная личность… он смог раскусить бога. Deus ex Machina вовсе не пытался помочь разумным расам Кендры в уничтожении ихорных существ, он просто хотел уничтожить последних, как своих личных антагонистов. Сам Бог-Машина работал на концепции разума, создающего свой носитель, ихорники же были обратным вариантом — плоти, в которой мог зародиться разум. Хаотической эволюции хищника. Механик, убивший десятилетия на изучение тварей и кидов, уловил общие их черты, выработал совершенно бесчеловечную концепцию, а затем
