как можно дольше после того, как Ски входил, чтобы заставить его ревновать.
В течение некоторого времени Калеб подумывал о переходе на действительную службу, чтобы иметь более стабильный доход и график работы, и Мик посоветовал ему попробовать. Это был сложный процесс, решение о котором принимало командование, но Мик сказал Калебу, что его квалификация делает его хорошим кандидатом. У Мика тоже была молодая семья, и он пытался понять, как совмещать свои новые обязанности с армейской жизнью. Он служил в 1-й группе и уволился после потери близкого друга в Афганистане в 2013 году. Он обвинил армию в смерти друга, но ему не хватало духа товарищества, и в том году он пролоббировал участие в туре с Национальной гвардией.
Жена Мика, Александра, жившая в Сиэтле, только что родила их первенца. У нее были густые, волнистые рыжие волосы и татуировки, и они были женаты уже год. Мику дали отпуск, чтобы он вернулся домой на роды, и по возвращении он с гордостью показывал всем фотографии.У Александры развилась тяжелая послеродовая депрессия, но она настояла на том, чтобы Мик вернулся, чтобы завершить тур. Армия позволила бы ему остаться в Сиэтле, но она не хотела мешать ему делать работу, которую он любил. Он пошел на многое, чтобы попасть в команду и вернуться в Афганистан. Она была предана ему и чувствовала себя достаточно сильной, чтобы оправиться самостоятельно.
Калеб предсказал, что новая команда столкнется с таким же давлением при проведении операций, и он оказался прав. Их целью на оставшуюся часть развертывания, по-видимому, было удержать 215-й корпус в Гильменде от развала. Команда проводила примерно одну операцию в неделю, и в промежутках между планированием, репетициями, исполнением и переоснащением командировка начала продвигаться в интенсивном темпе. Калеб испытал облегчение от того, что у него был плотный график, но он не был убежден, что у руководства армии было какое-либо долгосрочное видение того, чего они хотели достичь в Афганистане, кроме как избежать катастрофических потерь перед предстоящими выборами в США.
Глава 15. Внутренне противоречивый, неправдоподобный. Хатч
Хатч уже несколько недель сидел на авиабазе Баграм, ожидая результатов предварительного расследования авиаудара по госпиталю в Кундузе. Это был его первый опыт жизни на одной из крупных армейских баз в Афганистане. Авиабаза Баграм, база, сначала использовавшаяся Советами, а затем разделенная между соперничающими афганскими полевыми командирами, была центром военных операций США в стране и крупным транзитным узлом для грузов, пассажиров и войск. Даже на этом позднем этапе войны она все еще была размером с небольшой городок. Солдаты и контрактники питались в заведениях быстрого питания и делали покупки в лавках "Военторга" на базе; мало кто на самом деле видел Афганистан за пределами базы.
Казалось, мало кто знал о битвах не на жизнь, а на смерть, которые вели спецназовцы в Кундузе или в Гильменде. Хатч старался не падать духом и составил распорядок дня, чтобы заполнить время. Он ел, занимался в зале, звонил домой и повторял это снова. Он мало что мог рассказать Тине по телефону, но попытался заверить ее, что все будет хорошо, как только расследование пойдет своим чередом. Все в его подчинении заверили его, что расследование установит, что удар был ужасной ошибкой, произошедшей в тумане войны, а не преднамеренным решением разбомбить международный госпиталь.
Тина тоже попыталась напустить на себя храбрый вид. Она отправляла Хатчу SMS-сообщения с мемами и шутками, чтобы подбодрить его, и старалась поддерживать с ним непринужденные отношения. Она знала, что другие могут читать любое общение, которое происходит между ними. Она жаждала увидеть его и поговорить с глазу на глаз. Правда заключалась в том, что она боялась потерять его. В новостях аналитики все еще обсуждали, соответствует ли удар критериям военного преступления и следует ли отправить виновных в тюрьму. Этот инцидент привлек внимание президента Обамы, который публично выразил свои соболезнования пострадавшим.
Тина также опасалась мести со стороны родственников жертв. Это было общей проблемой среди операторов спецназа и членов их семей и одной из причин, по которой их полные имена тщательно скрывались за границей. Она рассудила, что найти их адрес будет нетрудно, и она будет беспомощна, если кто-нибудь появится, пока она разгружает продукты или забирает детей из школы. Она была сама по себе, просто мама, которая была больна, беременна и уязвима. Разговаривая с ней, Хатч чувствовал себя бессильным и был благодарен ей за то, что она справляется. Другие партнеры могут справляться с делами не так хорошо, как Тина.
- Я не сяду в тюрьму, - пообещал он ей.
Тина знала, что задавать вопросы бесполезно, но она боялась того, что с ними может случиться. Образы из госпиталя запечатлелись в ее сознании. Она не могла не читать ужасные истории о персонале и пациентах, которые выжили, даже если в глубине души знала, что Хатч сделал все, что мог. У каждой истории было две стороны, и она лучше, чем кто-либо другой, знала, что новости редко отражают то, что на самом деле происходило на местах. Тем временем жизнь продолжалась своим чередом. Она планировала встречу выпускников средней школы, Рождество и Новый год, после которых ее муж должен был вернуться домой. Тогда он мог бы рассказать ей все.
Хатч поначалу действительно верил, что все будет хорошо. Постоянный поток посетителей, проходивших через аэродром Баграм, оказывал ему моральную поддержку, в том числе двое бывших товарищей по команде из предыдущих туров в Пактике. Казалось, все они сочувствовали ему, а некоторые, казалось, были обеспокоены его судьбой. Но он должен был верить, что офицеры, проводящие расследование, поймут, что солдаты сделали все, что могли, и удар был прискорбной ошибкой, допущенной в пылу сражения. Он планировал мужественно принять любое наказание, которое военные сочтут нужным применить, и двигаться дальше. Когда капеллан посетил его из Кабула, он был потрясен, обнаружив Хатча в хорошем расположении духа. Он считал, что тот подвержен риску самоубийства.
- Я в порядке, - сказала ему Хатч, стараясь, чтобы ее голос звучал оптимистично.
Хатч и сам пытался в это поверить, хотя его прежний оптимизм угасал. Им удалось вытеснить талибов из Кундуза, избавив его жителей от долгой и дорогостоящей битвы, которая разрушила бы город и унесла жизни большего числа людей, чем те, кто погиб в больнице. Авиаудар был ужасной ошибкой, и этого никогда не должно было случиться. Но, рассуждал Хатч, было бы еще хуже не входить в город и не пытаться решительно отбить его обратно.
Он начал
