Глава 3
К профессору Кларку я вырвалась только на третий день. Узнав о проблемах в своём экспериментальном образце, мужчина приглашал зайти раньше, но дела надежно держали меня в стенах кондитерской. Поэтому, когда я объявилась, профессор Кларк сразу же оставил свои колбы, записи и занялся браслетом.
— Клер, мне нужно осмотреть изделие. Это займет какое-то время, и я буду вынужден отлучиться.
— Хорошо, я подожду.
Мужчина ушёл, а я занялась осмотром помещения. Раньше я никогда не была в святая святых настоящего ученого, поэтому интерес во мне бурлил не шуточный…
Вся комната была заставлена столами и шкафами.
В одних шкафах были толстенные книги с малопонятными для меня названиями, в других — странные приборы, а в третьих — какие-то реактивы.
Что удивило, так это наличие трёх столов: один с бумагами, другой с приборами и третий с колбами, баночками и скляночками.
К сожалению, во всех этих предметах я плохо разбиралась, поэтому после беглого осмотра успокоилась. Пока думала, чем бы ещё себя занять, и блуждала по комнате, нашла вчерашний номер газеты и, за неимением большего, решилась его прочесть.
Взяла газету, опустилась в мягкое профессорское кресло и приступила. А там… Это хорошо, что я села…
Главной темой номера было обсуждение, вернее продолжение обсуждения, королевского бала маскарада и пожара во время него во дворце… Нет, не так! Главной темой номера была моя собственная персона… Журналисты пытались понять, кто я.
Изображений у них не было, зато они не поленились взять интервью у девушек-официанток, кухарки и её сына, барона и некоторых других очевидцев. Все они пытались мне дать словесный портрет…
О боже, как давно я так не смеялась!
У одних я была обворожительна, и сама себе завидовала, а у других — страшна, как чума. Одни настаивали, что я брюнетка — другие, что блондинка. Одни утверждали, что я юна, а другие делали меня почтенной матроной…
Но, главное, все они были убеждены, что я фея. Для кого-то добрая и хорошая, а для кого-то — карга…
Что ж, в таком случае, можно утверждать, что для наших целей бал прошёл успешно: обо мне заговорили.
Я закончила чтение и посмотрела на часы — профессор Кларк, словно почувствовал, что я заждалась, и появился буквально из неоткуда.
— На. Держи. — протянул он мне браслет.
— Вы починили? Что с ними было? — полюбопытствовала я.
— Ничего серьёзного, просто заряд кончился.
— А на сколько его обычно хватает? — решила спросить я, чтобы точно больше не попасть в такую же ситуацию.
— На пару сотен перемещений точно. — ответил профессор.
— А вы мне отдали браслет в прошлый раз полностью заряженным? Я его использовала только на маскараде и никак не могла израсходовать заряд полностью.
— Правда? Странно… Может он его долго сам не держит? Надо будет посмотреть. — бормотал профессор сам себе под нос. — Клер, когда у тебя следующее явление народу?
— Через неделю, а что?
— Не могла бы ты на несколько дней отдать мне браслет.
— Да, конечно. — я протянула профессору Кларку обсуждаемый предмет тут же.
— Я тебе верну его перед мероприятием.
— Спасибо.
— Пока не за что. — отмахнулся профессор.
Мы попрощались, и я поспешила на работу.
По дороге в кондитерскую я строила далеко идущие планы на вечер, а если поточнее, то на одного темноглазого брюнета. Очень уж мне узнать хотелось, чего он ко мне прицепился… И я узнаю!
Вошла в кондитерскую и сразу же окунулась в её атмосферу. Вот бывает же чувства, что это полностью твоё. Твоё место, твоё пристанище, твой дом… Я нигде не чувствовала себя так хорошо, как здесь. Нигде не дышала, так свободно и легко. И это счастье. Самое настоящее маленькое счастье…
Я знала, что никогда полностью не откажусь от роли официантки. Да, я вполне могу нанять себе замену, даже несколько, а сама заниматься только административной деятельностью да бумагами, но это был мой мирок. Весь полностью и мне нужно было видеть, чувствовать, как он живёт. Как бурлит зал…
Всё это было чем-то, что я потеряла при смерти родителей, потом обрела с матушкой Эльзой и вновь потеряла… Я не хотела их терять, но тогда от меня ничего не зависело.
Но сейчас мне казалось, что если я всё время буду рядом, то я ничего не упущу и не потеряю… И это останется моим навсегда.
Я улыбалась, когда готовилась к своей смене. И улыбалась не теми яркими, много раз отрепетированными улыбками вежливости, а едва заметно и искренне. Волосы собрала в пучок, нацепила фартук и вошла в зал.
Советовала, бегала, таскала подносы, но была счастлива, пока дверь не открылась и не вошёл Он… Моя головная боль!
Секунду, но сейчас не его смена… А, он пришёл как гость. Да ещё с подругой…
Меня почему-то кольнуло, но я отмахнулась от этого чувства и побежала обслуживать столик.
Дама была очень хорошо одета и, наверное, хороша собой… На неё заглядывались и мужчины, и женщины. Но если мужчин однозначно восхищались, то дамы морщили свои носики. Но здесь возможны варианты: может завидовали, а может пытались уловить суть девушки. Я относилась ко второй категории. Девушка была стройна, хорошо сложена, имела правильные черты лица и великолепные волосы цвета дубовой коры. Она была красива, но почему-то абсолютно не запоминающейся.
Да, в этом мире есть и такое: дурнушка, которой все смотрят вслед с мечтой о новой встрече, и абсолютно незаметные красавицы.
— Вы уже определились с заказом? — вежливо улыбнулась я.
— Ещё нет. — ответила девушка и обратилась к своему спутнику, доверчиво хлопая глазками, как телёнок: — Дамианчик, ты мне не поможешь?
— Девушку, что у вас съедобного есть? — грубо спросил решивший покуражиться «Дамианчик», будто сам ничего не знает. Ничего, подыграть мне не трудно, но тон определенно не устраивает.
— Есть какие-то предпочтения?
— Нет!
— Аллергия?
— Нет. Девушка, вы мне не врач! Просто посоветуйте то, что выбрали бы сами! — огрызался взорвавшийся парень.
— Хорошо. — я на несколько мгновений задумалась. Если на своё усмотрение, то это практически весь ассортимент, значит, пойду от противного. — Могу предложить пирожные с орехами или ореховый бисквит.
— Несите. — кивнул парень
Я отвернулась и пошла выполнять заказ. Сладости, что я предложила, были вкусными, как и все творения Андреа. Они не входили в список моих приоритетов только потому, что я не люблю орехи.
