Я принесла заказ, расставила тарелки.
— Что нибудь ещё?
— Нет, вы свободны. — отрезал Дамиан и обратился весь во слух и взгляд… Он буквально слюнки пускал на эту девушку.
Парочка сидела долго. Они о чём-то разговаривали, спорили, смеялись и держались за руки. Но вот Дамиан попросил счёт, рассчитался и ушёл, нежно обнимая девушку за талию.
— Глянь, что творится! — всплеснула руками госпожа Рамзи. — Клер, твоего парня уводят, а ты стоишь и смотришь.
Я поперхнулась воздухом.
— Во-первых, Дамиан не бык, не лошадь и не кое-какое рогатое животное, хоть и ведёт иногда себя очень похоже, чтобы его уводить, а, во-вторых, он не мой парень.
— Но…
— Мелани, вам просто показалось. Всё хорошо. — я мягко улыбнулась, и госпожа Рамзи поверила. Это было правдой.
Присутствовало огромное чувство облегчения: нет навязчивого внимания, да и с проверкой я решила повременить. Может она и вовсе не нужна. И это хорошо: я привыкла доверять людям и не люблю в них разочаровываться.
Но, в то же время что-то кололо, как иголка… Знать бы что?
Хотя знаю! Хамство! Нет, даже наглость! Я не понимаю, что он этим хотел показать своей девушке, но, в любом случае, так разговаривать пусть бы и с официанткой, роль которой я исполняла, он не должен был. Да, Дариан очень нуждается в уроке… И он его получит! Обещаю!
Кто у нас специалист в игре «доведи меня до ручки»? Правильно, дедуля! У нас с Андреа до сих пор кровь стынет, когда мы с ней вспоминаем наши первые встречи с господином Вейнцам…
Я рассказала о задумке партнеру — у девушки загорелись глаза, поэтому мы прихватили любимый тортик дедули и после работы пошли в гости.
Господин Вейнц был очень рад нас видеть. Если честно, то он всегда нам рад…
А когда услышал историю и мою просьбу так вообще в восторг пришёл, заявив, что с удовольствием «тряхнет стариной», чтобы всяким молокососом не повадно было.
Поэтому остаток вечера мы сооружали план и легенду, а потом довольные друг другом распрощались, и мы с Андреа отправились домой.
Да, дедуля просто идеальный кандидат для проведения профилактических мер.
Во-первых, Дамиан и господин Вейнц незнакомы: дедуля приходит только в мою смену, или мы с Андреа навещаем его сами.
А, во-вторых, дедуля — профессионал!
Страшно подумать, но мне, даже если учесть прегрешения Дамиана, его уже жалко… И у него месячная отсрочка: дело в том, что эти несколько недель я буду занята «фейскими делами», а при экзекуции присутствовать очень хочется. Но так даже лучше: с бухты барахты лучше запомнится, а, если Дамиан, будет возмущаться, то и я в состоянии напомнить за что…
Следующие несколько дней прошло довольно спокойно: с Дамианом всё утряслось, и наши взаимоотношения стали напоминать скучное болото.
Я молчу — он молчит, я нейтральна — он нейтрален. Он даже на вы перешёл! Но со всеми остальными парень продолжал вести себя вполне дружелюбно и буквально искрить остроумием и обаянием. И это задевало. Нет, если он изначально взял со мной этот тон, то меня бы всё устраивала бы, но такой резкий переход и этот демарш с откровенной грубостью очень сильно настораживали и заставляли думать… Думать о нём! Как будто у меня других проблем в жизни нет!
Я не находила объяснений и злилась. Сильно! Пару раз заводила разговор о том посещении Дамианом кондитерской, чтобы всё наконец расставить по местам и успокоиться, но нет. Этот, этот… Нехороший человек так ловко и аккуратно уходил от ответов, что вытянуть из него хоть что-то было нереально. После третей попытки я бросила эту затею: такое повышенное внимание с моей стороны откровенно пахло нарушением всех мыслимых и немыслимых правил приличия.
И как я злилась. Как я злилась! И как предвкушала будущую пытку, которую дедуля устроит парню…
Вот никогда бы не подумала, что я настолько мстительна. Ну что ж, жизнь как раз и дана, чтобы постоянно делать всевозможные открытия.
Кстати об открытиях, профессор Кларк отдал мне браслет и очень сильно извинялся. По его словам, с механизмом всё в порядке, просто он, старый дурак, забыл, что при передаче мне он был слабо заряженным.
Эти его оправдания показались мне странноватыми, потому что раньше он ожесточенно утверждал обратное, а в памяти профессора я была уверена: он такими понятиями ворочал!
Но с другой стороны, с кем не бывает?
Я себя, как всегда, успокоила, а зря…
Всего через несколько часов Зои изъявила желание узнать, как в книге феи Сельмы описали моё приключение. В этой малости я малышке отказать не могла, поэтому пошла за ручкой и тетрадочкой. Приготовились и сформулировали вопрос…
Информация Зои развлекла, а меня потрясла. Я из последних сил держалась, чтобы не напугать ребёнка!
«Фея Клерентина отважно шагнула в магическое пламя, хотя и знала, что оно может поглотить всю её силу, но она была настолько сильна, что не испугалась и этой участи».
Так, это что же получается… Это была магия? Поджог? Заклинание, поглощающие магию?
Тогда это объясняет быструю разрядку. Браслеты же с магическим элементом.
А профессор знал? Наверняка, раз так убеждал меня…
Боги, что это? Почему?!
Так, Клер! Не истери, а лучше спроси.
Связалась, спросила, причём без обиняков… Профессор смутился, сильно смутился. Это радовало, по крайней мере, в глубине души честный человек. Поэтому можно и поинтересоваться:
— Почему? — взревела я.
— Клер, мы не хотели тебя пугать. — профессор явно чувствовал себя не в своей тарелке.
Я отключилась и заплакала. Имею, между прочим, право!
Во-первых, втянули в непонятно во что. Во-вторых, важную информацию, от которой может зависеть моя жизнь скрывают. В-третьих, отказаться нет возможности. И раньше-то не было, а теперь и подавно…
В-четвертых, почему я всегда средство!!!!
Для дядюшки и тетушки, пока от них не вырвалась. Для господина Вейнца, пока он дедулей не стал. Для Андреа, пока она свои страхи не пересилила. Для Кристиана, будь он не ладен…
Почему?! Что так сложно сразу увидеть во мне просто меня? Так как видела матушка Эльза?
Почему надо каждому что-то доказывать?
Да, это истерика и жалость к себе. Но, что хорошо, так это то, что я отходчивая… Порыдала в волю и вспомнила: за то что дорого, борются. Вот и буду бороться за достойное отношение. И со всем справлюсь!!!
Только сама всё курировать стану. Спасибо, фея Сельма, за книгу. Вы даже не представляете, как я вам за неё обязана.
Успокоилась окончательно, собралась — и сама с себя засмеялась… Это надо же из-за какой-то ерунды так расклеилась!
