в ходе отражения японской агрессии, завершив свою миссию разгромом милитаристской Японии в 1945 г.
Самолет 19-го авиаотряда «Дальневосточный ультиматум». 1929 г.
Монитор «Свердлов»
Нагрудный знак «Осоавиахим. Бойцу ОКДВА». Учрежден в 1929 г. для награждения воинов, отличившихся в боях на КВЖД
Братская могила советских воинов, павших в боях на КВЖД. Город Уссурийск Приморского края Российской Федерации
Советский скоростной бомбардировщик в Китае
Ф. И. Добыш (в центре)
Пограничники-дальневосточники в дозоре
Хасанское бездорожье
Советский штурмовой флаг на сопке Заозерная
Нагрудный знак участника хасанских боев
Г. М. Штерн, X. Чойбалсан, Г. К. Жуков (слева направо) на Халхин-Голе
С. И. Грицевец (слева) и В. М. Забалуев
Летчикам ставится боевая задача. Район Халхин-Гола
Красноармейцы наблюдают за воздушным боем
Танковая атака на Халхин-Голе
Нагрудный знак МНР участнику боевых действий на Халхин-Голе
Мемориал на горе Зайсан в г. Улан-Батор
Глава 3
Военно-экономические отношения СССР и Монголии
Географическое положение Монголии, граничащей с такими крупнейшими державами мира, как Россия и Китай, всегда определяло ее большую роль в геополитическом развитии Азиатско-Тихоокеанского региона и, вместе с тем, делало объектом экспансионистских планов более сильных государств. В XVII–XVIII вв. Монголия была завоевана маньчжуро-китайскими войсками. Лишь в 1911 г. после Синьхайской революции в Китае феодальные круги северо-западной Монголии объявили о создании собственного независимого монархического государства – так называемой Внешней Монголии (в границах современной Монголии). Юго-восточная часть осталась одной из китайских провинций под названием Внутренняя Монголия (ныне это автономный район КНР).
Правительство Российской империи стало на путь двойственной политики в отношении Внешней Монголии. С одной стороны, оно было заинтересовано в безусловном сохранении там своего влияния, поэтому оказало политическую и военную поддержку в ее борьбе за независимость. С другой стороны, Россия не хотела портить отношения с Китаем. Результатом стало заключение в 1915 г. тройственного российско-китайско-монгольского соглашения, определившего статус Внешней Монголии как автономии в составе Китая.
События октября 1917 г. прервали отношения Российской империи и Монгольской монархии и, соответственно, действие упомянутого соглашения. Опасаясь влияния русской революции, Внешняя Монголия (далее будем называть ее Монголией) закрыла границу с Советской Россией и изолировалась от каких бы то ни было контактов с ней. Однако беда пришла с другой стороны. Лишившись поддержки России, Монголия вновь стала объектом территориальных притязаний Китая, что было закреплено в марте 1918 г. специальным декретом президента Китайской Республики и введением оккупационных войск.
Китайская оккупация вызвала сопротивление монгольских патриотов. В конце 1919 г. в столице Монголии Урге (совр. Улан-Батор) возникли две первые подпольные антикитайские группы, в которые входили представители разных сословий. Их участниками были будущие лидеры монгольской революции Д. Сухэ-Батор и X. Чойбалсан, которые начали организацию партизанских отрядов. 25 июля 1920 г. обе группы объединились в Монгольскую народную партию (МНИ), принявшую манифест о намерениях: лишить монгольскую знать наследственных привилегий, заменить монархию народным правительством и обратиться к Советской России за военной помощью. Последнее было тем более актуально, что помимо китайской оккупации на монгольскую землю надвинулась еще одна серьезная опасность.
3.1. Боевые действия против белогвардейских войск
К середине 1920 г. накопили значительные силы избежавшие полного разгрома в ходе Гражданской войны части Южной армии адмирала А. В. Колчака, сосредоточившиеся у границы с Китаем. Это произошло за счет присоединившихся к ним разрозненных белых отрядов, а также прямой финансовой поддержки Японии, которая надеялась с помощью русских белогвардейцев не только закрепиться в китайской провинции Синьцзян, но также изгнать китайцев из Монголии и, став полновластными хозяевами этой страны, развернуть широкую интервенцию против советского Дальнего Востока.
В августе 1920 г. белый атаман Г. М. Семенов, активный проводник планов Японии по созданию Великой Монголии на территории от Тибета до озера Байкал и от Синьцзяна до Хинганских гор, которому 4 января 1920 г. адмирал Колчак передал всю полноту военной и гражданской власти «на территории Российской восточной окраины», т. е. в Забайкалье и Приморье, с санкции японского оккупационного командования на Дальнем Востоке направил в Монголию так называемую Конно-азиатскую дивизию генерал-лейтенанта Р. Ф. Унгерн фон Штернберга, преследуя далеко идущие цели превратить монгольскую землю в военный плацдарм для захвата советской территории вплоть до Сибирской железнодорожной магистрали. Наиболее боеспособную часть дивизии составляли забайкальские казаки, но в ней служили также буряты, монголы, китайцы, поэтому дивизия и носила такое название. Главное преимущество унгерновцев заключалось в их подвижности. Обладая большим количеством лошадей (не менее двух на каждого всадника), они широко маневрировали, совершали многокилометровые переходы, предпринимали внезапные и стремительные атаки.
В середине сентября войска барона Унгерна приблизились к Урге, занятой тогда китайским гарнизоном. В это время делегация МНП находилась в Москве, где имела ряд встреч с представителями Коминтерна и советскими руководителями, включая В. И. Ленина, в ходе которых обратилась с просьбой об оказании военной помощи. 10 ноября монгольские делегаты были уведомлены о положительном решении советского правительства. Но вскоре было получено сообщение, что китайский гарнизон Урги успешно отразил штурм, и 28 ноября решение о походе в Монголию частей Красной Армии отменили.
Однако 4 февраля 1921 г., после ожесточенных боев, войскам Унгерна все-таки удалось захватить Ургу и установить жестокий режим военной диктатуры. Это сразу же скорректировало планы советской стороны: несмотря на то, что она сама находилась еще в состоянии Гражданской войны, на пленарной сессии Коминтерна в Иркутске 10 февраля 1921 г. была принята резолюция об оказании помощи в борьбе монгольского народа за свободу и независимость силами частей Красной Армии, а также деньгами, оружием и военными инструкторами.
Как известно, в это время Советская Республика переживала практически полную дипломатическую изоляцию. Надежды на быстрое осуществление мировой революции рухнули, на первый план выдвинулась задача обеспечения безопасности собственных границ. В этой ситуации правительство было заинтересовано иметь союзниками соседние страны, которые при неблагоприятном развитии событий могли превратиться в потенциальный плацдарм для нападения
