говорить, но я оборвал его, переведя взгляд на его старшего брата.
– Люциан, научи своего брата кое-чему, ладно? Даже Перри знает, что в некоторых битвах бесполезно участвовать. И эта как раз относится к тем, в которых ваша семья не выстоит. Мы заключили контракт, вы нарушили условия. Давайте будем вести себя впредь как взрослые люди, – я посмотрел на Лео, пригвоздив его жестким взглядом. – Я проведу это дело через столько судов, сколько потребуется. И позабочусь о том, чтобы каждая ваша темная тайна выплыла на свет.
– Вы угрожаете моему клиенту? – у их адвоката еще хватило наглости спросить.
– Я лишь предсказал их будущее, если они не станут играть по правилам.
Наша жаркая дискуссия вновь была прервана официантом, принесшим напитки. Он также принял заказы на ужин. Морелли заказали по стейку, поскольку уже несколько дней мечтали о нем. Команда Константинов – я готов был прямо сейчас убить Эш за прижившееся название – также изъявила желание поесть. Наблюдать унижение и уступчивость Морелли было достаточно приятно, но я был голоден.
Пока все выбирали гарниры, Энтони передал мне одну из папок. Взяв в руки, я раскрыл ее. Внутри обнаружились фотографии и записи. То, о чем говорил Ульрих. Интересно и полезно. И как всегда вовремя. Я определенно выпишу ему премию.
Перри тоже склонился ко мне, заглядывая внутрь папки. К моему удивлению, он никак не выдал испытанных эмоций. Закрыв ее, я вернул все Энтони и одобрительно кивнул.
– Сорок миллионов и по рукам, – снова попытался Лео, как только официант ушел. – Без скандалов. Думаю, вы сами удивитесь, если потащите дело в суд. Секреты Морелли, говоришь? Конечно. Но некоторые из них связаны с Константинами.
Бред. Это ведь сущий бред, верно? Однако я вспомнил, как мама хотела поскорее все это закончить, и мое чувство, что она скрывала что-то о Лео Морелли. Так много секретов вокруг меня. Однако я не был бы Константином, если постепенно не раскрыл бы все. Потом останется выбросить мусор, выстроить стены повыше и продолжить трахать всех, кто не носит нашей фамилии.
– Пустые обещания, – я пригубил вино. – Ты уже доказал, что лжец и ублюдок, – поставив бокал обратно на стол, я снова посмотрел на Люциана. – И это ваш зверь, да?
– Слушай сюда, – зарычал Лео, оправдывая свое прозвище, которое произносили обычно разве что шепотом. – Ты не имеешь права вот так заявляться и...
– Хватит, – перебил его Люциан. – На мой взгляд Константин предлагает простое решение проблемы, которой и не должно было быть, – он сердито посмотрел на меня через стол. – Однако как бы просто все ни выглядело, я склонен к сопротивлению. Совершенно ясно, что у тебя какая-то особая привязанность к этому зданию.
– Сопротивление станет пустой тратой вашего времени, энергии и ограниченных средств, – бросил я в ответ. – Уверен, моя мама говорила то же самое.
– Этот договор купли-продажи будет законен? – спросил Люциан своего адвоката.
– Все законно, – кивнул он.
– Как и первоначальный контракт, – напомнил им Энтони.
Лео бросил на меня яростный взгляд.
«Да, ублюдок, это ты все усложнил, а не я».
– Ты действительно хочешь дать ему то, что он хочет? – возмущенно произнес Лео, обращая пылающий гневом взгляд на старшего брата.
Люциан вздохнул.
– Ты действительно хочешь, чтобы в суде выплыли все наши секреты? Может, Константин об этом пожалеет, но сперва мы сполна пожалеем сами.
Лео впился в меня хмурым взглядом, но промолчал.
– Мистер Константин купит здание по первоначальной цене, – сказал Энтони, возвращая нашу беседу в нужное русло. – Мистер Морелли, вы можете прямо сейчас подписаться во всех местах, где приклеены стикеры. И скоро все это закончится.
Лео смотрел на придвинутые к нему документы, как на змею. Морелли всегда ярко проявляли эмоции. Лео же в их проявлении уже стал легендарным. Мы же всегда скрывали чувства под непроницаемыми слоями ледяного безразличия. Тот факт, что прямо сейчас я сгорал от сжигаемой меня холодной ярости, внешне никак не проявлялся.
Наконец, Лео нацарапал свою подпись над выделенными строчками. После документы передали мне, и я потратил какое-то время, вновь пробегаясь взглядом по договору, лишь после этого подписал в необходимых местах. Гарольд переведет деньги завтра.
– Зайдите завтра утром в мой офис, – произнес Энтони, обратившись к Морелли. – Получите чек и завершим оформление документов.
Как только подписанный документ оказался в папке Энтони, я поднял взгляд на Люциана.
– А теперь перейдем к другим вопросам на повестке дня. Прежде всего, давайте обсудим последствия действий Лео. В частности, опубликованные фотографии и видео.
– Это угроза? – вновь подал голос их адвокат.
– Нет, – я пожал плечом. – Разговор, как и сказал. Конечно, вы понимаете, насколько эти материалы порочат имя Константинов.
– И что? – потребовал Люциан. – Контракт подписан. Конец разговора.
Лео посмотрел на меня самодовольным взглядом, будто даже порадовался, что я затронул эту тему. Понимание накрыло его задолго до его адвоката. Контракт действительно был лаконичным. Даже слишком. Настолько, что в нем не было ни единого упоминания о судебных процессах, которые все равно начнутся, когда я подам на них иск за клевету. Это ведь совершенно другая тема.
Они приняли мои слова за чистую монету. Наши намеки, что все это исчезнет с подписанием Лео контракта. Но я с ними еще не закончил.
– Значит, вот как все будет, – начал я, глядя на Лео. – Ты заставишь все исчезнуть. Кем бы ни были твои люди в СМИ, ты свяжешься с ними. Если приложишь усилия для тушения пожара вокруг моей семьи, это тебе зачтется. Тогда подготовленные нами судебные иски не пойдут дальше. Проблема должна исчезнуть также быстро, как и появилась во всех новостях.
Лео весь будто ощетинился, но все же выдавил из себя:
– Фотографий не будет.
– Проследи, чтобы все исчезло очень быстро, – жестко припечатал я. – В противном случае, в понедельник это станет судебным разбирательством. Тик-так.
– Это все? – потребовал Люциан. – А то мы начинаем уставать от твоих игр, Константин. Переходи сразу к делу,
