Мэннфордов – не моя проблема, потому что – спойлер – они ваши, – я усмехнулся, когда Люциан зарычал. – То есть не конкретно ваши, конечно, но вашего дяди. Винсента.
Энтони раскрыл папку с файлами, достал присланные Ульрихом фотографии и документы, после чего, в обход их адвоката, подсунул сразу Лео. Тот сердито вырвал все из его рук, чтобы ознакомиться с тем, что мы для них подготовили.
Доказательства.
И много чего еще.
Мэнди Мэннфорд, учась в колледже, была одной из юных любовниц Винсента Морелли. Ульриху пришлось покопаться, но в итоге он раздобыл фотографии, на которых они целовались, держались за руки, а еще множество гостиничных квитанций и денежных переводов Мэнди примерно в то же время, как та узнала, что беременна. Однако все прекратилось ровно в тот момент, как она обратилась к врачу, чтобы подтвердить беременность. Мы раздобыли фотографии с ресторана, где ужинали Мэнди с Винсентом вечером после приема врача. На следующий день они вдвоем встретились с адвокатом. Судя по добытым Ульрихом документам, Мэнди ушла из конторы на миллион долларов богаче, а также учредила три образовательных фонда и стала владелицей нового «порше». И все это за то, чтобы оставить в тайне, кто стал отцом ее детей.
– В чем суть твоей игры, Константин? – потребовал Люциан, пока его брат все еще изучал документы.
Я с удовольствием отметил, что они оба не притрагивались к стейкам, а те остывали, пока братья пытались разобраться в том дерьме, которое мы только что вывалили им на колени. Даже если ради этого придется и самому есть холодный стейк, напоминавший резину.
– Я уже говорил. Хочу, чтобы вы все оставили Эш в покое. Таково мое желание.
– Вся эта информация получена незаконно, – отозвался Лео.
– Именно поэтому сперва пришел с этим к вам, – спокойно отозвался я. – Но вряд ли вы захотите, чтобы об этом узнала пресса. Поверьте, им будет плевать, законно они получили новость или нет. Только представьте, какие еще секреты они смогут раскрыть, если им указать, где копать, – я качнул головой. – Как человек, недавно нарвавшийся на скандал, могу сказать: это дорого и отнимает массу времени. Однако я смогу остановить финансовые убытки, но вы? Лучше вам срезать это дело еще на перевале.
Конечно, деньги у них тоже были, но их секреты куда более мрачные.
– Чего ты хочешь? – разозлился Лео. – Ты получил свое здание и мое слово, что СМИ заглохнут про твой сексуальный скандал. Также я пообещал оставить твою подружку в покое, – рыкнул он. – Но тебе мало, так? Избалованный сукин сын. Нам следует отправить тебя в суд доказывать этот блеф. Посмотрим, понравится ли тебе то, что ты узнаешь о матери.
Проигнорировав его замечание, я глотнул еще вина и пожал плечами, указав двумя пальцами на Люциана.
– Хочу, чтобы вы предъявили на них свои права.
Люциан поджал губы, едва не полыхая от ярости.
– На тройняшек Мэннфорд?
– Послушайте, мистер Константин, – вмешался адвокат, – мой клиент не станет...
– Мне плевать, как ты это сделаешь, но я хочу, чтобы тройняшки перешли под контроль Морелли. В конце концов, они ваши двоюродные братья, – прошипел я, проигнорировав адвоката. – Прямо сейчас они совершенно безвредны со своими угрозами, поскольку едва, мать вашу, могут ходить, но когда снова встанут на ноги, то пойдут терроризировать Эш. Лео сам в это влез, вступив с ними в сговор, теперь тебе придется закончить то, что он начал.
Лео погряз в этом дерьме по самые уши, и я не собирался уходить, не получив их согласие разобраться с этим. Странно лишь то, что в его глазах мерцал одобрительный блеск, будто он и сам желал такого исхода. Будто знал что-то, чего не знал я.
– Что еще у тебя там в папке? – жестким тоном осведомился Люциан. – Какие еще сюрпризы ты нам приготовил?
– Это все, – зло усмехнулся я, – на данный момент.
– Сперва нам нужно проверить это предположение. Провести тесты на отцовство.
– Не торопитесь. Следующие несколько недель они смогут только лежать и будут целиком в вашем распоряжении, – я отодвинул свой стул и поднялся. – Но как только у вас появится подтверждение тому, что ваш дядя спал с кем попало, разберитесь с ними. Они безрассудны и неуправляемы. Я не хочу видеть их рядом с моей... девушкой.
Сейчас не было нужды это отрицать. Официально заявив на Эш права, я решил вынудить Морелли отвалить от нее. В противном случае, теперь они понимали, что я использую все силы, что были у меня в арсенале, чтобы их уничтожить.
Я смотрел на Морелли еще минуту, прежде чем обошел стол и встал рядом с Люцианом. Двое их тупоголовых мускулистых охранника шагнули в мою сторону, но я не шевельнулся. Если бы дошло до драки, Ксавье справился бы с ними обоими с закрытыми глазами. Лео напрягся, а Люциан взглянул на меня так, словно прямо сейчас собирался растопить меня своим огненным взглядом.
Меня-то.
Мужчину, застывшего в ледяной и полной апатии.
Во всем мире недостаточно огня, чтобы я растаял.
Я протянул Люциану руку. Когда с Лео требовалось составлять контракты, условия которых он все равно ни во что не ставил, мы с Люцианом предпочитали придерживаться устных договоренностей. Люди своего слова. Старшие сыновья в наших семьях.
– Я объявляю временное перемирие, – сказал я ему. – Я откажусь от всех дел по ущемлению Морелли, как только здание Бэлтриджа снова будет записано на мое имя.
– И... – протянул он, не делая и попытки пожать мне руку.
– И все, что тебе нужно для этого сделать – удерживать этих троих мудаков на вашей территории. Пусть подчиняются вашим правилам.
– Это все? – издевательски спросил Люциан.
– Все просто. Если не удержишь их, и эти придурки придут за моей девушкой, перемирию конец. Оно не только будет закончено, я буду рассматривать это как призыв к началу войны. Поверь, войны со мной вы не хотите.
Я поставлю своей целью уничтожить каждого из них, пока у Морелли не останется ничего, кроме сожалений, что упустили когда-то возможность жить в мире с Константинами.
